Дотла. Книга вторая - Фео Элеонора - Страница 10

– Что заставило тебя сомневаться?

Ванесса нахмурилась. Захотелось передернуть плечом, сбросить тяжесть, которой напитывался этот разговор. И все воспоминания в голове.

– Другой человек. Который знал Арса еще дольше, чем вы с Андреем. И который знал Лею.

Аля выглядела так, будто в ее голове собирались паззлы прямо в эту самую секунду. Кусочки соединялись, один к другому. Выстраивались, цепляясь друг за друга правильными сторонами, создавая картинку перед внутренним взором. Взгляд постепенно зажигался осознанием. Будто вспыхивали лампочки гирлянд по внешнему краю радужки.

– Тот парень… Он?..

– Радмир.

– Радмир?! – глаза Али распахнулись. Это было не просто удивление. Шок, неожиданность, практически страх, и каждую из этих эмоций Ванесса теперь прекрасно понимала.

– Да.

– Я слышала о нем, – третий голос, негромкий, но хлесткий и прохладный, неожиданно вмешался в разговор. Ванесса вздрогнула. Они с Алей одновременно обернулись.

В дверях, прислонившись плечом к коску и сложив руки на груди, стояла Тая. Красные волосы с той стороны, где они были длиннее, ложились на скулу, отбрасывая тень на белую кожу. Тая поджала губы и поежилась, словно почувствовала себя неловко.

– Простите, я не подслушивала вас, если что. Услышала знакомое имя из коридора. Наверное, мы говорим об одном и том же человеке. Он психолог. Недавно отучился и вернулся сюда. А еще он в прошлом артист огненного театра.

Ванесса вздрогнула снова. Всем телом. Что-то внутри затряслось, и она обхватила себя руками, покивав головой. Смотрела в глаза Тае, которые были наполнены голым пониманием. Она знала Радмира, и, казалось, этих знаний ей вполне хватало, чтобы понять, в какой западне оказалась Ванесса.

Ванесса положила ладонь на кровать рядом с собой и похлопала по покрывалу, приглашая Таю присоединиться. Она пересекла комнату и опустилась рядом с Ванессой, уткнувшись ладонями в свои колени.

– Моя подруга некоторое время встречалась с ним. Он законченный мудак. Просто ломал ее и ее психику постоянными манипуляциями: чувством вины, играми в «горячо-холодно», молчанкой, шантажом, газлайтингом. И причем делает он это так мастерски, – Тая зло усмехнулась. – Она поняла, что что-то действительно было не так с этим человеком, только когда, наконец, оборвала с ним все отношения.

Дыхание закупорилось в горле. Ванесса сжалась – неосознанно, просто реакция тела на человека, который попытался ее сломать. Только вот зачем? Кто она была ему? Никто. Кто-то ему был только Арс. И Лея.

Однако в каких масштабах это происходило после Леи – даже страшно было думать. Сколько еще было таких девчонок? И ведь все они были ему никем, как и Ванесса.

Однако у нее и Радмира все равно была одна связывающая ниточка – Арс. Сыграло ли это какую-то роль? Хотел ли он через нее дотянуться до Арса по этой нити?

Кажется, все было очевидно.

Ванесса подняла ноги на кровать и обхватила их руками, утыкаясь подбородком в колени. Боясь даже повернуть голову к Тае. Чувствуя ее цепкий, пронзительный, бесконечно-глубокий – настолько, что почти из пустоты состоящий – взгляд.

Глаза защипало предательски: неприятно и обидно.

– Несса? – позвала Тая полушепотом. – Я… не хотела.

– Продолжай, – буркнула Ванесса в свои колени. Ей нужно было услышать до конца. Услышать и в очередной раз понять, какой он человек. Чтобы точно перестать винить себя во всем, что она сделала по незнанию и наивности. – Пожалуйста, рассказывай. Когда это было?

– Давно, – продолжила Тая, но Ванесса все равно чувствовала ее взгляд на своей скуле. – Как раз перед тем, как он уехал учиться. Он тогда много с кем встречался. И много кого довел до нереальных проблем с самими собой. Такой весь хороший, комфортный, загадочный. Понимающий, мать его. И несмотря на то, что он перевстречался с половиной девчонок этого города, любил он совсем другую.

Ванесса закусила губу до боли. Еще немного – и прокусит до крови.

– Эта девушка умерла тогда, а при жизни любила не Радмира, а другого человека. И Радмир… не знаю… возможно, отыгрывался на других за это. Его перекосила невзаимность, а затем – смерть любимой девушки. Он просто вымещал свою боль болью на других. Чертов психопат. Но потом он уехал. Это все, что я знаю.

Наступила тишина, в которой вопрос, заданный хлестким голосом Таи, показался оглушающе громким.

– Он вернулся, Несса? Ты с ним знакома? Он что-то заставил тебя делать? Навредил?

– Я совершила очень большую ошибку. Но мы ее исправили. Все хорошо.

– Несса, – дрожащий голос Али ударился о сознание, заставил повернуть голову, посмотреть на нее. И с замершим сердцем осознать, что она догадалась. Паззлы сложились до конца, до финальной картинки. – Почему ты пошла крутить спаркли?

И именно в тот момент треснуло что-то внутри.

Стекло.

Разбилось.

И оцарапало внутренние стенки, что были за ребрами. Ванесса утонула в крови, боли, огне и своей глупости. Окончательно. Бесповоротно. С головой. И захлебнулась.

Слезами.

И вот теперь все точно встало на свои места.

– Потому что перед этим мы говорили с Радмиром. Он рассказывал, что крутил спаркли. И как это успокаивает, приводит в себя, опустошает от ненужных эмоций, возвращает контроль. А мне это нужно было после одного из разговоров… – Ванесса нахмурилась, теперь понимая, как все это было очевидно на самом деле. – Одного из разговоров с ним. Он сказал мне кое-что, что меня сломало практически пополам… И мне нужно было прийти в себя. К тому же я долго думала над тем, чтобы попробовать включить спарклинг в программу к фестивалю. Ну и вот, – она вытянула перед собой руки. Дрожащие, обмотанные стерильно чистыми бинтами, под которыми заживали ожоги и лопались экссудатом пузыри. – Попробовала. Повелась.

– Ты – что?

Арс.

Девушки обернулись в один момент. Он стоял в дверях и смотрел на Ванессу. Зрачок практически целиком съел радужку, и глаза казались черными в скудном освещении. А то, что было в них, то, что топило его взгляд до краев этой черноты, пустило холодную, липкую дрожь по спине: ужас, оглушение, изумление.

– Он сказал, что крутил спаркли, все рассказал, и я…

– Несса, – позвал ее Арс. Покачал головой, не сводя с нее глаз. – Мир никогда не крутил спаркли.

Ледяной ужас стегнул по грудной клетке, и Ванесса замерла, однако она прекрасно различила момент, когда ужас в его потемневших глазах сменился слепящим осознанием, а затем – неожиданно – яростью.

– Это он тебя надоумил. Взяться за спаркли, – Арс сощурил глаза. Тон холодный, будто она окунула пальцы в бочку с ледяной водой.

– Я…

– Это Мир, да? Тоже он? – это «тоже» ударило под дых, почти согнуло пополам. – Из-за него ты!.. Боже, и как я не понял сразу? – он зло хохотнул, запрокинул голову, будто не верил в происходящее. Ванесса тоже не верила.

Арса почти разрывало от эмоций, они переполнили его в момент настолько, что он, по всей видимости, тоже не мог подобрать слов.

Или же их, наоборот, было чересчур много. Как и догадок в голове. И под этой тяжестью он ломался.

– Я не хотела, – Ванесса поднялась с кровати, закусив губу, обхватив себя руками за плечи. Глаза наполнялись слезами, и она зло заморгала, чтобы не расплакаться сейчас. Да вообще никогда из-за Радмира, потому что он не стоил ее слез и переживаний!

Желая лишь одного: чтобы он, наконец, исчез из их жизни. Жалея, что заговорила с ним тем августовским вечером. Он уже тогда все знал. А вот она еще не знала ничего.

Вдруг чувствуя теплое прикосновение тонкой ладони к своему плечу.

– Конечно, Несса не хотела, Арс, – голос Таи откуда-то из-за спины.

– Да я знаю! Естественно, знаю, Тая. Несса не хотела. Зато он, – Арс ткнул пальцем куда-то в сторону. Куда-то, где, по всей видимости, мог находиться Радмир. – Он хотел.

– Арс, – спокойный голос Али за другим плечом Ванессы. Арс тут же перевел на нее пылающий ледяной яростью взгляд. – Он мудак. Судя по тому, что я знаю и услышала сейчас, он мудак всю свою гребаную жизнь, но он не стоит всего этого. Успокойся. Несса в порядке, и это самое главное.