Родословная. Том 7 (СИ) - Протоиерей (Ткачев) Андрей - Страница 6

А пока оставалось только ждать.

Командир орков всё так же размахивал своим двуручным мечом, будто тот ничего не весил. Вот что значит разница в силе и габаритах: когда монструозное оружие оказывается в руках столь же монструозного существа, оно выглядит и ощущается совсем иначе.

Да, это доставляло мне определённые проблемы, но, по сути, даже к этому я уже успел приспособиться. В теле орка на данный момент не было ни одного из моих лезвий, а сам он полыхал энергией, напитывающей множество символов на его коже. Это делало его сильнее и быстрее, чем прежде. Однако даже к этому я уже был готов — и знал, как отвечать на подобные атаки.

Как бы хорош ни был мой противник как воин, его приёмы оставались предсказуемыми. Да, он пытался использовать финты, свободные конечности, удары ногами, но всё-таки нельзя было сказать, что он обладал настоящим мастерством фехтования. Да и вряд ли подобному существу это вообще было нужно. Когда ты размахиваешь огромным мечом, решают сила удара и скорость, с которой ты им бьешь. И в этом он, действительно, преуспел — наверняка одолел не одного противника в ожесточённых сражениях.

Просто я оказался лучше. И это было вполне объективно.

Орк пару раз махнул мечом, пытаясь увести меня в сторону, но я был быстрее. Как только он перекрывал мне один путь к сближению, я тут же использовал другой. Тем более что размах огромного меча создавал инерцию — и оружие на мгновение уводилось в сторону, без возможности быстро вернуть его в исходную позицию. А если я ещё и помогал себе телекинезом, манёвренность возрастала многократно.

Так что, несмотря на давление со стороны орка, я продолжал наносить всё более успешные удары. Лезвие моего меча пробивалось сквозь его кожу, оставляя кровоточащие раны. Да, они затягивались довольно быстро, и орк не терял силы из-за кровопотери. Но каждый раз, когда мой меч проникал в тело этого монстра Разлома, он напитывался его кровью, а я — становился сильнее.

Этот бой всё равно оставался изматывающим. Но самое главное — я полностью приспособился к манере ведения боя этого существа и теперь намеревался действовать более напористо.

Это заметил и сам орк, когда вместо того, чтобы принять его размашистый удар мечом в жёсткий блок, я столкнул наши клинки и отбросил его оружие в сторону с такой силой, что ему пришлось спешно разворачиваться, чтобы удержать меч в руках. Иначе он отлетел бы в сторону, пусть и недалеко.

Надо было видеть глаза краснокожего орка в тот момент — он явно не ожидал от меня такой силы. Всего на несколько мгновений он растерялся. И это была его большая ошибка. Я тут же воспользовался моментом и в стремительном выпаде проткнул его мечом в живот.

Правда, пришлось немедленно отпрыгивать и оставить оружие в ране — он едва не располосовал меня когтями. Видимо, у орков это считалось естественным дополнением к оружию — когти вместо ногтей.

Мой меч застрял в его теле, и я уже собирался взорвать его изнутри, но орк оказался быстрее. С хриплым рыком он выдернул клинок из живота и отбросил его в сторону.

— Умный, зараза, — недовольно произнес я.

Он не только вытащил меч до того, как я успел осуществить задуманное, но и не стал удерживать его — не пытался использовать против меня. Орк относился к моему оружию как к опасному артефакту, и это было разумно. Он явно понимал, что даже попытка взять его в руки может обернуться бедой.

Впрочем, это вовсе не значило, что я остался безоружным. Благодаря моей способности «Кузня крови», я мог создавать новое оружие в любой момент — что и продемонстрировал в следующую секунду. Мы снова столкнулись, но теперь в моих руках уже был новый меч.

Сражение, возможно, могло бы продолжаться, но я намеревался его закончить сейчас. Наши удары становились всё жёстче. Металлический звон наполнял пространство, и если раньше от столкновений меня не отбрасывало в сторону только благодаря телекинезу, то теперь и орка стало отбрасывать.

Я больше не сдерживался: увеличивал и скорость, и силу ударов. Каждое столкновение порождало небольшие взрывные волны, расходящиеся от точек удара.

Но, как оказалось, мой противник лишь сильнее радовался подобному развитию событий.

Он что-то яростно кричал, улыбаясь своей клыкастой ухмылкой, и всё мощнее размахивал своим мечом. Казалось, он напрочь забыл о манёврах и обманках — теперь он просто хотел уничтожить меня. Монстр Разлома больше не полагался на хитрость. Он стремился задавить своей силой, как будто всё ещё верил, что в этом бою он — сильнейший.

А может быть, он просто увидел во мне достойного противника. Того, с кем можно схлестнуться и по-настоящему насладиться боем. Сомневаюсь, что у такого командира орков было много соперников, способных доставить ему настоящее удовольствие в сражении.

И, признаюсь, я чувствовал, что он, действительно, наслаждается этим боем — несмотря на боль, несмотря на потери, несмотря на то, что рядом с ним умирали его товарищи от рук моих соратниц.

От отряда орков уже осталось не так много бойцов. И по сути, всё теперь решалось в нашей с ним схватке.

Так что в следующий миг мы снова столкнулись клинками, но на этот раз я снова пересилил его — и удар телекинезом в грудь монстра Разлома оказался достаточным, чтобы отбросить его на несколько шагов назад.

А уже в следующее мгновение его левая кисть была отсечена и отброшена в сторону моим мечом.

Орк лишь шире оскалился в ответ и с яростью бросился на меня, но, по сути, это серьёзное ранение уже поставило точку в нашем сражении. Всё, что происходило дальше, было достаточно предсказуемо.

Он продолжал наносить удары, но без одной кисти уже не мог столь ловко управляться с мечом, перебрасывая его из руки в руку и создавая ту опасную, размашистую схему атак, с которой мне пришлось иметь дело ранее.

Я вновь выждал несколько его замедленных ударов, затем атаковал, на этот раз целясь в связки на ногах. Результат не заставил себя ждать — орк едва удержался на ногах. Конечно, я рассчитывал, что он рухнет хотя бы на одно колено, но силы воли у этого существа было не занимать. Несмотря на боль, которую он явно ощущал — это было видно по его лицу, — монстр продолжал преследовать меня.

Но затягивать бой уже не имело смысла.

Всего за несколько мгновений я нанёс ему множество глубоких ран, и его регенерация перестала справляться. Как я и предполагал, даже у этой способности были свои пределы. За всё это время сражения я порядком истощил его восстановительные ресурсы.

В следующий миг его двухметровый меч был отброшен в сторону ударом телекинеза, и стремительным взмахом мой меч отсёк голову командиру орков. Даже в этом состоянии он продолжал яростно оскаливаться, будто бы я вовсе не победил его, а он сам этого добивался.

Да уж… отбитые, конечно, эти орки.

Но бой, наконец-то, был закончен. К этому моменту и девушки справились со своими противниками — мы полностью уничтожили этот элитный отряд. Стоит признать, сражение меня вымотало. Но показывать этого, особенно перед своими людьми, я не собирался.

А вдалеке передвижение оставшихся орков замедлилось — они замерли в паре сотен метров от нас.

Ну что же… посмотрим, как они будут действовать дальше.

К этому моменту к нам подтянулись остальные бойцы моего рода и теперь мы стояли все вместе против этой небольшой армии орков.

Возможно, этот бой мог бы начаться как-нибудь эпично и героически. Возможно, мы, действительно, сумели бы противостоять этому отряду орков в одиночку. Но всё сложилось иначе.

К этому Разлому стягивали не только мой род — сюда направили всех Стражей, которые были свободны на данный момент. Так что, когда я уже собирался отдать команду на атаку, из внешнего мира появились отряды других родов. В том числе — и несколько знакомых мне независимых Стражей.

Среди них — Амелия и Кайл. Софи, как я и ожидал, рядом с ними не оказалось. Последний рейд сильно её потрепал, и это, похоже, сказалось не только на её физическом, но и психологическом состоянии. Неудивительно, что она не присоединилась к своему отряду. Вряд ли вообще захочет когда-либо снова стать действующим Стражем. Некоторые воспоминания давят слишком сильно и не отпускают, как бы ни старался их вытеснить.