Плохое время для чудес (СИ) - Уланов Андрей Андреевич - Страница 10

– О нет! – услышь Аллана режиссер в Королевской Оперы, главные роли в "Падшем Принце", "Истории о пяти дубах" и прочей классике "высокого трагизма" ему были бы обеспечены на три сезона вперед. – Только не борщ… моя тетушка так часто готовила его, что мы пропитались им сверху донизу. Это не шутка, я чувствовал его вкус, когда грыз ногти. Давайте поговорим о чем-то более приятном, скажем, о солонине или флотских сухарях. Добрый сухарь, знаете ли, не уступает по твердости граниту.

– Разумеется, – не отрывая взгляд от потеков на окне, произнес Кард. – Их же забивали в пушки вместо картечи.

– Сэр, вскинулся Том, – при всем уважении я сомневаюсь, что…

– Напрасно, мой юный гном, совершенно напрасно, – перебил его Молинари. – Когда речь заходит о смертоубийстве, людская фантазия воистину не знает пределов. Я уверен, что наш добрый друг полковник поведал нам чистейшую правду… и, – уже открыто усмехаясь, добавил герцог, – я лишь надеюсь, что ему не чуждо милосердие. Боюсь, истину о добавлении во флотский рацион огурцов и кабачков наши слабые лесные нервы попросту не выдержат.

– Ужаснее этих тайн, – подхватил игру Аллан, – разве что история о гороховом концентрате.

– Готово! – брат Винсент разогнулся и сдвинул на лоб очки, точнее гибрид обычных летных очков с лупами часовщика. – Ваша, без сомнения, очаровательная гномка, хвала Творцу, еще и мастер каллиграфии. Прекрасный, четкий стиль, три четверти типографских шрифтов должны расплавиться от зависти. Не в обиду присутствующим, но вряд ли кому-то из вас удалось бы разместить на этом крохотном лоскутке добрых две страницы, – Винсент помахал листом бумаги, – моего, как видите, отнюдь не размашистого почерка.

Краем глаза я увидела, как полковник сделал странный жест правой рукой – склоченными пальцами почти коснувшись оконного стекла.

– При случае, – произнес он, – я непременно передам достопочтенной мисс Сноррадоттир ваши комплименты. А теперь, когда вы воздали должное форме, нельзя ли перейти к содержанию?

– И заткните, наконец, пробку! – возвысил голос Молинари. – Не знаю, как вы, а мы с инспектором Грин едва держимся на ногах из-за этого… этого…

– Ацетона, – подсказала я, решив не заострять внимание на том, что Молинари уже в который раз подчеркнуто игнорирует мое новое звание. В конце концов, даже сам Кард регулярно забывает добавить "старший" к привычному "инспектор Грин".

– О, мои извинения, – Винсент торопливо притер на место фигурную пробку. – В самом деле, запах не из приятных… к тому же, тут не чистый раствор, а с примесями. Даже осадок выпал. Забавные кристаллы, не видел прежде…

С этими словами монах поднял флакончик перед собой, видимо, пытаясь лучше рассмотреть упомянутые кристаллы.

– Сейчас…

Я успела рассмотреть начал движения, которым Винсент собирался встряхнуть флакон. А вот удар трости Молинари оказался слишком быстр даже для меня. Флакон улетел к стене… но вместо звона разбитого хрусталя по ушам оглушительно хлестнуло... словно великан из сказок с размаху хлопнул в ладони.

– Кажется, – брат Винсент, чуть наклонив голову, внимательно смотрел на выбоину в стене, – я обязан вам, герцог.

– Пустяки, право слово, – отмахнулся Молинари. – Несколько пальцев, максимум, кисть… глаза, если уж очень не повезло. Голову вам бы точно не оторвало.

– Но… зачем? – пробормотал Том. – Я думал, она хотела нам помочь…

– Думаю, – Кард, отойдя от окна, осторожно коснулся края выбоины, – именно это и было сделано. Просто мисс Сноррадоттир не учла, что вскрывать ее посылку будут не подчиненные арквена Керуана или кое-кто из комиссии по налогам и сборам. Склонен полагать, что здесь имела место самая обычная мера предосторожности.

– Склонен с вами согласится, – кивнул химик. – Проделано по-гномски надежно, возможная улика обратилась в мельчайшую пыль, фактически в ничто в самом прямом смысле. Не будет грехом против истины предположить, что по бризантости этот, гм, осадок превосходит даже гремучую ртуть. Весьма, весьма интересно… стоит провести кое-какие опыты…

– Ставлю шелл против наггета, – тихо шепнул Аллан, – что в ближайшие дни даже простуженный гоблин учует запах этого вашего ацетона за полмили от конторы.

– Лучше молитесь Творцу, – прошептала в ответ я, – чтобы в ходе опытов наш монах не превратил в пыль весь квартал.

– В любом случае, – Кард развернулся к столу, – не думаю, чтобы это являлось частью нашей мозаики. Что с текстом? Он зашифрован?

– Не совсем, – брат Винсент прижал листик двумя пальцами, после чего наклонил голову едва ли не к плечу, словно пытаясь понять, под каким углом зрения его собственный почерк более читаем.

– Что значит "не совсем"?

– Видите ли, сэр… мисс Сноррадоттир в самом деле постаралась дать максимум информации, для чего использовала, гм, ряд сокращений. Судя по структуре записи, я могу предположить, что первое число в строке означает дату… видимо, по гномскому календарю…

– Их, между прочим, четыре… – вставил Том, – и это лишь основные, а ведь каждый клан…

–…далее, видимо, идет цена партии, – продолжил химик, – затем количество, гм, товара и, наконец, получатель. И вот именно с последней, наиболее интересной категорией лично я испытываю некоторые сложности. Что, например, может значить Dr-ch Vex?

– Корпус драгунов-шассеров Вексена, разумеется.

Наверное, я бы меньше удивилась, вытащи Аллан изо рта белого кролика. И, судя по виду остальных – даже Молинари слегка приподнял бровь, – их впечатление было схожим.

– А что вы так на меня смотрите? – теперь уже удивленно выглядел сам О’Шиннах. – Обычные сокращения армейского телеграфа, давно уже не секретные, ими сейчас пользуются даже газетчики…

***

– Думаю, вэнда, вы согласитесь… чай – это едва ли не главный повод считать человечество не совсем безнадежным. Конечно, именно мы сделали это грубое ремесло подлинным Искусством. Но следует признать, что лежащая в основе идея проявлять вкус заварки горячей водой могла прийти в голову лишь человеку.

– Или гному.

– Возможно… но шансов значительно меньше. Во-первых, они рассматривают культурные растения исключительно с точки зрения калорийности на квадратный фут своих пещерных оранжерей. Во-вторых, лишний расход топлива для нагрева… нет, даже узнай гномы некоторые полезные свойства чайного куста, они бы сделали его тонизирующей жвачкой.

Спорить со своим почти-старшим-наставником – стараниями арквена Керуана меня приписали еще и к охране посольства "без определенных обязанностей", – мне совершенно не хотелось. Сначала Молинари, теперь вот Керуан… что-то моих знакомых эльфов потянуло на рассуждения о расово-кулинарных особенностях. Лично мне же хотелось просто утопать в мягких подушках чайной "Кривой кустик". И аранийцы и даже сотрудники посольства единогласно сократили длинное, в классическом стиле конца прошлой Эпохи название "Горная сосна, искривленная ударами ледяного ветра и злой судьбы, закинувшей семя на голый каменный склон…" и еще пять строф. По слухам, хозяин очень переживал… но на качестве чая это не сказалось. И сейчас я с наслаждением вдыхала почти-божественный аромат красного "копченого" чая. Толстая керамическая чашка остывала медленно, давая в полной мере ощутить, как меняется с понижением температуры… как там говорил брат Винсент? Спектр? – да, запах менялся. Первые дымно-горьковатые тона заменялись тягуче-медовыми, завораживающий танец чаинок на темнеющей поверхности становился все медленней и вот уже робко, как первые ростки по весне, появились фруктовые ноты.

Едва заметный даже эльфийскому зрению парок… или даже просто струи горячего воздуха расходились от чашки, обволакивая меня, заключая в уютный кокон, куда не проникал уже ни стук дождя по черепице, ни разбойничий посвист ветра…

– Жаль, что информация от гномов оказалась пустышкой! – после долгого молчания арквен Керуан все же соизволил подвести итог моего доклада. – Как вы сказали "лопнувшее ничто?" Очень… образно и уместно. Что ж, по крайней мере, вы увидели кусочек подземной жизни.