Башни Латераны 5 (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 9

— Отдыхай, — сказал он. — Береги силы.

Она не ответила. Закрыла глаза. Двое других магов стояли рядом. Мужчина — немолодой, лысый, с ожогом на половину лица. Женщина — молодая, светловолосая, руки трясутся. Лео не знал их имён. Не успел узнать.

— Можете бить? — спросил он. Мужчина покачал головой и развел руками.

— Пустой. После залпа — ни капли энергии. Нужно часа три, чтобы восстановиться.

— У нас нет трёх часов.

— А то я не знаю. — прищуривается он, зло глядя на Лео: — у нас даже двадцати минут нет. Я выпил эликсир и подготовил свой личный круг, два метра ткани, синайский шелк, огненный дождь, фамильное заклинание… берег его… — он отвел взгляд в сторону, махнул рукой: — какая к черту разница уже. На один раз меня хватит. Выдам все что смогу, потом… — он замолчал.

— Понимаю. — сказал Лео.

— Ни черта ты не понимаешь, солдат. — откликнулся маг, все еще глядя в сторону: — там на холме маяк стоял, они ударили по наведению… навесом. Точно в цель. Откуда они знали где мы стоять будем? Где сейчас наши командиры? Где твоя родственница Хельга? А? Нас подставили, солдат. Где сейчас рыцари фон Штауфена? Сдались в плен скорее всего, их выкупят за фамильное золото и земли, аристократы никогда своих не убивают, а нас никто в плен брать не будет… зачем? А даже если возьмут… я схизматик. Инквизиция таких не любит, либо костер, либо на цепь… даже не знаю, что хуже.

— Да чего тут гадать. — откликается Лудо, стоящий рядом: — пусть на цепи, но все же не поджаренный. Их там кормят, поят и содержат, чего гадать. Ты-то хоть маг, такими не разбрасываются, а нашего брата либо конями тут стопчут, либо на галеры… плавал на галерах? Знаешь какая там вонь? Потому что они прикованы к своим лавкам намертво, там кандалы расклепывают только после смерти…

— Заткнитесь, оба. — говорит Лео: — какие галеры и цепи, чего вы каркаете хуже Вернера. А ты, Кусок, лучше бери Йохана и помоги нашему оставшемуся магу круг развернуть… одно заклинание лучше, чем ничего… а вы, дейна? — он поворачивается к женщине в синей, перепачканной сажей мантии. Женщина промолчала. Смотрела куда-то мимо Лео, сквозь него.

— Ясно. — вздыхает он.

— Вот и нашли главного. — скалится Лудо и хлопает Йохана по плечу: — пошли, деревня, поможем магикусу, заодно расскажешь, как у вас в таких случая делали и кому твоя тетка Лусинда отсасывала в амбаре за мельницей…

— Нет у меня такой тетки. — отвечает Йохан: — есть тетя Марта, но у нее и зубов почти не осталось, все выпали, а на святого Августина ей в аккурат восемьдесят стукнет… кстати, а где Сало?

— Там остался. — коротко отвечает Лео.

— Жалко парня.

— Может он все еще жив? Хотя… там после нас еще пару раз ударило… — Лудо с Йоханом помогают освободить пространство внутри строя, расстилают ткань с начерченным кругом.

Он услышал топот раньше, чем увидел.

Копыта по сухой земле. Ближе, ближе. Люди в строю заволновались, повернули головы. Копья качнулись.

— Всадник! — крикнул кто-то. — Один!

Лео пробился к краю каре, протиснулся между щитами.

Всадник скакал по дороге — от холма, от того места, где когда-то стояла батарея. Один. Лошадь измучена, бока в мыле, морда в пене. Всадник — маленький, тонкий, в обгорелом плаще.

— Свои! — крикнул он. — Это свои!

Хельга.

Она влетела в разрыв между щитами, осадила лошадь. Животное захрипело, встало на дыбы, едва не сбросило всадницу. Хельга удержалась — одной рукой. Вторая висела плетью, обмотанная грязной тряпкой.

— Кто старший? — рявкнула она, оглядывая строй. Голос — хриплый, сорванный. Лицо — чёрное от копоти. Глаза — те же. Холодные. Командирские.

— Я, дейна. — Эрих шагнул вперёд. — Сержант Эрих, вторая рота.

— Где Бруно?

— Не знаю, дейна. В обозе был. Обоз… — он замолчал. Не нужно было договаривать.

Хельга кивнула. Спешилась — неуклюже, едва не упала. Лео шагнул к ней, поддержал.

— Кузен. — она посмотрела на него. Секунда — и что-то мелькнуло в глазах. Удивление? Облегчение? — Живой.

— Живой, — сказал он. — Вывез три телеги. Раненых, магов.

— Магов? Сколько?

— Трое. Все пустые. Мужик вроде боеспособен, хоть и высушен, а Кристина каналы пережгла. Еще одна… — он махнул рукой: — там все.

Хельга закрыла глаза. Открыла.

— Значит, немного пехоты, — сказала она. — Без магов. Без конницы. Без обоза.

— Так и есть, дейна.

Она огляделась. Медленно, внимательно. Строй. Телеги. Раненые. Лица — бледные, испуганные, обречённые.

— Принимаю командование, — сказала она. — Сержант! Теперь я тут главная. Держать строй. У нас есть немного времени, мы можем отступить с дороги глубже в лес, там конница не пройдет, да и магам будет сложней нас выцелить.

Никто не возразил.

— Ал, — она повернулась к нему. — Ты организовывал людей?

— Да.

— Продолжай. Мне нужен порядок. Будешь моим заместителем. — она повела плечом, скривилась от боли, схватилась за больное место. Лео дернулся было к ней но нарвался на холодный взгляд и отступил.

— В лес, — повторила Хельга, обводя взглядом строй. — Сержант, сколько времени нужно, чтобы дойти до границы леса? Туда, куда кавалерия за нами не пойдет?

Эрих прищурился, глядя на тёмную полосу деревьев.

— Если все бросить и бегом — то минут пятнадцать. Если строем, с телегами и ранеными… — он пожевал губу. — Полчаса. Может, больше.

— Полчаса, — Хельга кивнула. — Хорошо. Времени нет…

Она повернулась к строю, набрала воздуха в грудь.

— Слушай мою команду! — голос хриплый, сорванный, но громкий. — Отступаем к лесу! Первая и вторая линии — прикрытие! Остальные — марш! Раненых не бросать! Телеги — в центр колонны!

Люди зашевелились. Медленно, неуверенно. Кто-то переглядывался, кто-то топтался на месте.

— Чего встали⁈ — рявкнул Эрих. — Слышали приказ! Пошли, пошли, пошли!

Строй начал разворачиваться. Неуклюже, со скрипом — как телега с заржавевшими колёсами. Каре ломалось, превращалось в колонну. Щитоносцы первой линии отходили последними, пятясь, не опуская щитов.

— Живее! Не растягиваться! Держать дистанцию!

Телеги тронулись. Возницы щёлкали поводьями, лошади храпели, не хотели идти. Колёса вязли в пыли, скрипели. На телегах — раненые. Мартен лежал, закрыв глаза, дышал тяжело, со свистом. Рядом — другие. Обожжённые, переломанные.

— Йохан! — крикнул Лео. — Помоги с телегой!

Йохан подбежал, упёрся плечом в борт. Лудо — с другой стороны. Вдвоём толкали, помогая лошадям.

— Ну и жара… — пропыхтел Йохан. — Хуже, чем у нас в деревне в августе, когда мы с кумом Бертольдом…

— Потом расскажешь, — оборвал его Лео. — Толкай давай.

Колонна ползла к лесу. Медленно, мучительно медленно. Пыль поднималась из-под сотен ног, висела в воздухе жёлтым облаком. Солнце палило. Доспехи раскалились, люди обливались потом, задыхались.

Лео оглядывался назад. Холмы. Дорога. Пока — пусто. Но надолго ли?

— Дейна! — он догнал Хельгу, которая шла рядом с лошадью, держась за седло здоровой рукой. — Как думаете, сколько у нас времени?

Хельга не ответила сразу. Смотрела вперёд, на приближающуюся опушку.

— Достаточно, — сказала наконец. — Они сейчас добивают тех, кто разбежался. Собирают трофеи, гонят убегающих… это приятно. Мы не представляем для них угрозы, никакой угрозы совсем. У нас нет скорости, мы не сможем ни отойти, ни спрятаться, ни сманеврировать… так что я думаю, что они оставят нас в покое… надеюсь. В конце концов Освальд уже победил, чего ему еще нужно…

Лео посмотрел на Хельгу, понимая, что это не анализ ситуации, а скорее голос отчаянной надежды. Чего еще нужно Освальду, он одним махом уничтожил самую главную угрозу — отряд мобильной артиллерии, потом выбил манёвренную часть — тяжелую конницу. Легкая же куда-то запропастилась, наверняка удрали, спасая свои шкуры… а пехоте бежать некуда, но она и угрозы особой не представляет, по крайней мере не для «Крылатых» и не для магов, которым даже на тележки вставать не нужно, они вполне могут спокойно круги расчертить, пока «Крылатые» вокруг каре кружат… и если честно, то «Крылатые» могли бы их строй разметать и без всяких магов. В конце концов Третий Полк — это не рота гельвецийских наемных пикинеров, которые даже умирать в строю будут… а бронированные «Крылатые» Освальда — лучшая кавалерия по эту сторону Вельдры. Но они не будут рисковать. Зачем? Пехота без обоза, без конницы — что они смогут? Три дня и люди уже ослабнут… им нужна провизия, нужна вода. Через неделю их можно будет брать голыми руками… тех, кто выживет.