Прекрасный яд (ЛП) - Кент Рина - Страница 3

Люди также считают, что Университет Грейстоун, расположенный на окраине города, является престижным учебным заведением, известным своими выдающимися учениками и спортсменами. Его историческая архитектура хорошо сохранилась и гармонично вписывается в окружающую среду. Хотя университет предлагает известные программы в области бизнеса, права, естественных наук и спортивной медицины, его настоящая гордость — хоккейная программа, которая стала буквально фабрикой будущих звезд НХЛ.

Студенческий коллектив представляет собой смесь богатых наследников, таких как Кейн, Джуд и Престон, и амбициозных стипендиатов, таких как я, привлеченных в Грейстоун его связями и престижем.

Однако люди не знают, что под этой блестящей внешностью университет скрывает свое темное влияние — «Венкор». Тайная организация, связанная с ним и с семьями основателей города. Здесь не просто приобретают власть, а манипулируют ею и передают ее из поколения в поколение.

Каждый уголок этого места шепчет о власти престижных семей, которые основали город.

Девенпорты, Каллаханы, Армстронги и Осборны живут в закрытом районе под названием Рейвенсвуд-Хилл на окраине города, в туманном лесу, возвышающемся над городом. За тяжелыми железными воротами их уединенные особняки отражают наследие влияния и контроля над городом. Дороги, ведущие к Рейвенсвуд-Хилл, усажены высокими дубами и скрытыми системами безопасности, создавая атмосферу исключительности и тайны.

Хилл всегда был закрыт для посторонних, поэтому я вынуждена использовать этих троих.

А, вернее, одного.

Кейн — мой лучший вариант. Не думаю, что он идиот, которого можно легко обмануть, но он, по крайней мере, пацифист. За последние несколько недель я посмотрела много его игр онлайн и лично — можете вызвать полицию за преследование — и ни разу не видела, чтобы он прибегал к насилию.

Ни разу.

Это своего рода чудо в таком физическом виде спорта, как хоккей.

Скорее, он эксперт в разнимании драк. Он никогда не теряет самообладания, и его авторитет чувствуется даже через экран. Наверное, поэтому он без труда стал капитаном команды.

Я бы предпочла не сближаться ни с кем из них, но я вынуждена, поэтому выбор пал на Кейна.

— Кого пригласишь на этот раз? — спрашивает Кейн, подъезжая к скамейке.

— Никого, — отвечает Джуд, не оборачиваясь.

— Уверен?

— Да. Отвали, — с этими словами Джуд покидает лед, направляется к туннелю и исчезает из виду.

Слабый механический гул ледогенераторов перекрывает тишину, и Кейн несколько секунд пристально смотрит на Престона.

— А ты?

— Пока еще думаю.

— Они ждут, что ты приведешь кого-нибудь на посвящение, Прес.

— Ты не говорил этого Джуду.

— Потому что будет лучше, если он придет один. Он просто схватит кого-нибудь с улицы, чтобы тот сопровождал его, а нам не нужны лишние проблемы. Ты другой. Используй свои навыки убеждения. Я имею в виду навыки манипуляции.

— В последний раз, когда я это сделал, она не захотела пить мою кровь. Я чуть не убил ее, прежде чем ее выгнали, — он хмурится. — Как кто-то может отказаться от моей крови?

— Нормальные люди? — Кейн задает тот же вопрос, о котором подумала я. Серьезно, возможно, этот парень — член «Венкора» только потому, что родился в семье Основателей.

Он явно не принадлежит тому месту.

— А ты? — спрашивает Престон, поднимая бровь.

— У меня все под контролем. За себя беспокойся.

Под контролем? Это значит, что у него уже есть кто-то на примете?

Я должна была втереться ему в доверие, чтобы стать этим «кем-то».

Не так давно я подала заявку на стажировку в медицинской команде, но еще не получила ответ.

Мой однокурсник сказал, что они ни за что не возьмут девушку на эту должность, и злорадно добавил, что он идеально подходит для этой работы.

Если он прав, то мои шансы приблизиться к команде стали еще меньше, чем раньше. Я могла бы подать заявку на должность помощника административного менеджера или даже волонтера. Однако в такой популярной команде, как «Гадюки», это не гарантирует вообще ничего.

— Все готово, да? — повторил Престон с понимающим тоном.

— Иди домой, Армстронг.

— Есть, капитан, — Престон саркастически отдает честь, на его губах появляется садистская улыбка, и он уезжает на коньках. — Пора утопить Каллахана в душе.

На арене воцаряется тишина. Кейн стоит посреди катка несколько секунд, затем подбирает разбросанные шайбы и складывает их в соответствующий отсек.

Ноги болят от напряжения, и я знаю, что если сейчас не уйду, то упаду и выдам себя.

Я кусаю губу и стою неподвижно.

Уйду после Кейна.

Пока он здесь, я ни за что не смогу ускользнуть незаметно.

Хватит быть такой паинькой, иди уже.

Звук коньков смешивается с шумом льдогенераторов, и я растираю затекшие ноги, не замечая, что Кейн подъехал к моей стороне трибун.

Когда я поднимаю взгляд, он останавливается прямо напротив моего укрытия.

Холод проникает в кости, и воздух становится таким холодным, что больно дышать.

В гнетущей тишине спокойный голос Кейна разносится по пустой арене.

— Можешь выходить.

Я опускаюсь еще ниже, надеясь — нет, молясь — что он говорит с кем-то другим, кто был настолько же смелым, — или глупым — чтобы пробраться на арену «Гадюк» поздно ночью.

— Я знаю, что ты там. Предлагаю показаться, пока здесь только я. Не могу гарантировать, что парни отнесутся к этому с таким же пониманием.

Мое сердце бьется так сильно, что чуть не вырывается из груди.

Пот покрывает мои руки, когда я сжимаю ручки сиденья. Никакой холодный воздух не может погасить огонь, разгорающийся внизу живота.

Слова Кейна эхом раздаются в моей груди, а не в голове, и я перестаю дышать.

Да, я собиралась «познакомиться» с ним официально. Но не так. У меня было несколько планов, чтобы все выглядело естественно и правдоподобно.

Застукать меня за подглядыванием — не был одним из них.

Возможно, если я убегу, то смогу выбраться отсюда…

— Неужели я настолько страшный? Обещаю, я не кусаюсь, — в его голосе слышится веселье, и это вырывает меня из потока моих мыслей.

Боже, почему, черт возьми, глубокий, хриплый голос этого парня звучит так, будто он из моих самых мрачных и восхитительных снов?

Он звучит расслабленно. Даже маняще.

Возможно, из-за этого или из-за того, что мои ноги перестали слушаться меня, я решаю воспользоваться этой возможностью. Вероятность еще одной встречи с Кейном Девенпортом один на один ничтожно мала. Он всегда окружен людьми.

Все время.

Везде.

В любом месте.

Он — магнитное поле, к которому тянутся люди.

Я — одна из этих людей.

Резко выдохнув, я медленно встаю. Колени горят, ноги онемели. Быстрым движением я снимаю бейсболку и приглаживаю волосы, пока длинные волнистые каштановые пряди не падают ровно на грудь.

Моя сестра Вайолет говорила мне, что первое впечатление самое важное, и я ненавижу себя за то, что не нарядилась для этой встречи, которую планировала несколько недель. Но я все-таки нанесла немного макияжа, надела джинсы, которые подчеркивают мои формы, и бежевый топ, который красиво контрастирует с моей смуглой кожей.

Конечно, я могла выглядеть и лучше, но и так сойдет.

Это решит судьбу моего плана.

Глубоко вздохнув, я опустила взгляд и почти забыла, насколько Кейн красив.

Почти.

Он прислонился к борту, скрестив руки на груди, клюшка свисала с его руки, и он выглядел одновременно угрожающе и небрежно. Меня удивили противоречивые впечатления, которые он на меня произвел, от чего моя кожа покрылась мурашками.

Темно-синяя хоккейная экипировка добавляет его и без того устрашающей внешности еще больше мрачности. Несмотря на несколько рядов сидений, отделяющих нас, и мой средний рост в 168 см, он все равно выглядит устрашающе высоким.