Темное божество из СССР 3 (СИ) - Татуков Карим Анарович "loloking333" - Страница 36

Правда с применением способности в реальном бою пока стоит повременить. Элементальный контроль, помимо физической силы, требовал постоянной концентрации.

Создавать короткоживущие атакующие конструкции — не проблема. Но сложная структура экзоскелета, подразумевала поддержание формы, и одновременное управление. А в условиях, когда тебе пытаются отстрелить башку, или порубить на куски, отвлекаться на дополнительные факторы — не самая лучшая из идей.

На самом деле, решение проблемы не сложное. Нужно всего лишь создать полноценную кремниево-кальциевую броню. Ну или посвятить больше времени тренировкам.

Время покажет, насколько далеко удастся зайти по данному пути. Но уже сейчас можно использовать полет как средство передвижения, или как способ сбежать. Открытие третьей плоскости перемещения — это вам не шутки.

Пока Паша размышлял о перспективах новообретенных сил, Витек постепенно выходил из стоячего паралича.

— Ты летаешь?.. — Вопрос, полный недоверия и шока вырвался из горла Фомина.

Да и как тут оставаться спокойным, когда твой одноклассник-неудачник, сначала становится сверхатлетом, избивает главного спортсмена школы, кадрит первую красавицу, создает бизнес-империю, производит высокотехнологичную продукцию мирового уровня, проводит рейд в потусторонний мир, а теперь, мать его, еще и летает!

Осталось только огнем задышать, и свинец в золото превратить. И если раньше Витек бы посмеялся над подобными мыслями, то сейчас подозрительно косился на здоровяка, всерьез подозревая, что и на подобный абсурд он может быть способен.

— Все собрались? — Вместо ответа, Паша сам озадачил соклассника вопросом.

Витек вынужденно кивнул.

Он как раз явился сообщить об этом начальнику, в который раз сетуя на то, что выполняет обязанности Дарьи. Но не посылает же аристократку из мира смертных на место тренировки эволюциониста. Черная карта только выпуталась из проблем. Не хватало еще новой волны слухов о Коновалове.

— Погнали. — Паша мерно зашагал по тропинке в сторону поместья, будто ничто в этом мире не могло его смутить. — Да, я летаю. Прикинь. Сам в шоке.

В конце концов, он не удержал бесстрастной мины, и самодовольно похвастался.

Оглянувшись, великан обнаружил, что Витек смотрит в сторону и слегка фырчит, делая вид, будто ему совсем не интересно. Прямо обиженная жена, сплетни которой проигнорировал гадкий муж.

Вскоре парочка вывалилась из леса, застав на площади перед поместьем массовое столпотворение. В который раз это происходит, и Паша даже задумался о расширении данного участка. Но пока строители слишком заняты возведением заводских коробок.

— Павел Сергеевич! — Дарья, в длинной зимней куртке, которая нормальному человеку опускалась бы практически по щиколотки, но ей была едва ли до колен, подбежала к начальнику. Девушка не стала приближаться ближе чем на три метра из-за испарений, тянущихся за великаном бледным шлейфом. — Отчет о закупках стройматериалов на столе. Съездила на почту, чуть не закрылись передо носом. Хорошо, что успела. Пришли письма от Житомирской фабрики музыкальных инструментов, Минского камвольного комбината, Самаранефтегаза, и Калачанского ремонто-транспортного предприятия. Пока не вскрывала. Можете сами прочитать.

Сергеева младшая протянула стопку писем. И дождавшись, когда начальник их заберет, резко отстранилась.

Воняло от Коновалова страшно, так что чистоплотная девушка едва могла находиться рядом.

«Куда ему столько тренироваться? Итак, ни в машину, ни в комнату не помещается. Пришлось всю мебель в рабочем кабинете менять. И стол, чтоб коленками не стукался, и кресло, чтоб вся попа влезала, и шкафы, так как ручки-капельки, видите-ли слишком маленькие и неудобные, как соски семиклассницы… Придурок».

Честно говоря, Дарья не знала, как относиться к начальнику. Раньше она считала его бандитом, пусть и невероятно талантливым в вопросах предпринимательства, коммуникаций, и производства.

Бандит, как бы роскошно не одевался, каким бы умным ни был, остается бандитом. Он жаден, жесток, запугивает слабых, и боится сильных. Однако предшествующие события показали насколько ошибочными оказались первоначальные суждения. Не то чтобы Паша проявил добросердечность, и щедрость. Нет, все пункты бандитизма подтверждены с лихвой, за исключением последнего…

Абсолютная уверенность и смелость перед лицом правоохранительных органов, а также организации Красного серпа, которая пугала едва ли не больше КГБ, волей-неволей заставляла проникнуться уважением.

Многие сотрудники кооператива вдохновились юным начальником. Из-за чего в последние дни перед Новым годом работали с двойной отдачей. Следуя за сильным лидером, они чувствовали уверенность завтрашнем дне. А также необъяснимое превосходство при встрече с теми, кто раньше уговаривал их покинуть тонущую лодку Черной карты.

Видя все это… и личные качества Коновалова, и отношение окружающих, Дарья сама не осознавала, в какой момент перестала считать его всего лишь рискованным способом заработать побольше денег для семьи. Теперь она выполняла поручения с меньшим внутренним сопротивлением. И даже кофе, к своему стыду, приносила без лишних вопросов.

Пока девушка пребывала в сомнениях относительно восприятия великана, тот взошел на лестницу под многочисленными удивленными взглядами.

Взмыленный вид Коновалова не вызывал вопросов, так как тот не в первый раз выходил из леса после тренировок, насквозь мокрый и провонявший потом. Озадачивало другое — почему одержимый деньгами начальник, которого даже в газетных карикатурах изображали как скрючившегося над горой золота кровопийцу, объявил сокращенный рабочий день, и созвал всех сотрудников перед поместьем?

Да, сегодня тридцать перовое декабря — Новый год. У всех сокращенные дни, или даже полноценные выходные. Но узнав Павла получше, становилось очевидно, что для него даже смерть работника — не повод не вытаскивать его на работу.

Водители газиков, проспавшие за последние четыре дня меньше десяти часов, с готовностью подтвердят.

Дождавшись, пока толпа успокоится, и полностью обратиться в слух, великан начал вещать:

— Ну что, миньоны корпорации зла, заставил вас понервничать восемьдесят девятый год? — Окинув сотрудников оценивающим взглядом, Паша с улыбкой спросил. И не дожидаясь очевидного ответа, продолжил: — Товарищ майор спал и видел, как клацнуть нас за аппетитные булочки. Простой люд перемывал косточки, будто сидел на кремлевской зарплате. Журналюги до оргазмических спазмов мусолили тему Черной карты. Как писал один гэнгста, ныне отлеживающийся в могиле: Под бурями судьбы жестокой, увял цветущий мой венец; живу печальный, одинокий; и жду, придет ли мой конец? Вроде так, точно не помню. Об этом лучше у целки, защищенной от женской близости ботанской аурой, спросите.

Кивнув на Витька, стоявшего прямо под лестницей, Паша сделал вид что не замечает его закатывающихся глаз.

— Нам всем пришлось несладко. У каждого семьи, друзья, свои заботы и проблемы. Целая куча причин не рисковать из-за кооператива собственным будущим. — Неожиданно, Паша присел на лестницу, совершенно не страшась застудить почки на холодном камне. Естественная температура нечеловеческого тела настолько высока, что насквозь мокрая спортивка, вместо того чтобы покрыться негнущимся слоем наледи, к этому времени почти полностью высохла. С таким чудовищным метаболизмом он скорее всю лестницу до положительных температур нагреет, чем замерзнет. И уж тем более простынет. — Однако! Однако все, кто здесь сейчас стоит, за исключением подкидышей из городских строительных бригад, стойко вынесли это тяжкое бремя. Преодолели испытание с мужеством и достоинством. Неважно, ради обожаемого начальника, как это сделал Витек, или по личным причинам. Всем, кто прошел столь трудный путь со мной, я благодарен.

Искренние слова Павла разнеслись над небольшой площадью.

Сбитые с толку выражения лиц — свидетельство того, что люди ожидали услышать очередную пошлую шутку, или издевку. Кто бы мог подумать, что этот поганый рост способен генерировать нечто человеческое.