Я Скелет навсегда? Ну не беда! (СИ) - Прах Паркер - Страница 21

— Капитан… что теперь? — прохрипел Рован, прижимая обожжённую руку к груди.

Валериан посмотрел на него, затем на остальных. Их лица были в отчаянии, но он не мог позволить себе сломаться, он их Капитан и он ещё не выполнил свою главную цель.

— Теперь мы берём наши семьи, а так же семьи наших погибших товарищей и уходим, — твёрдо сказал он. — Готорн уверен, что нас уже перебили. Он отбивает вторжение, это наше преимущество. Идём!

Валериан не знал, куда что будет делать Подполье. Не знал, удастся ли им спасти Элару. Но он знал одно — хаос, который они устроили, подарил ему тот самый желанный шанс. И он не собирался его упускать.

Валериан пробивался вперёд, вместе со стражниками своего отряда. Улицы Цитадели, выглядели неважно. Офицеры орали противоречивые приказы, где-то гремели взрывы, всюду звуки битв.

Валериан не оглядывался, и группа не тормозила. Их цель лишь одна — тюремный блок, где в плену находились их семьи. Там Готорн обеспечивал их детям и жёнам «безопасные и комфортные условия» — ублюдок, не скрываясь, держал их в плену, чтобы у бойцов не было шанса сопротивляться. Именно там его жена Алиса и новорождённый сын Астерион ждали возвращения отца и мужа.

Самое страшное для Валериана в тот момент было не сносить голову очередному трусу, который, на кровавой службе Готорна, вставал на пути, пытаясь помешать отцам спасти свои семьи. Он боялся не успеть к ним, прежде чем в тюрьму доберутся палачи медведя. Готорн всегда наказывал предателей и делал это с особой жестокостью.

Они миновали очередной поворот, когда навстречу вышла группа из четырёх Безмолвных. Догнали таки!

— Капитан Валериан, — гулкий, искажённый шлемом голос прозвучал как приговор. — Умрите как подобает войну, трусливая крыса! Настоящий солдат не должен бежать с корабля, даже если его Капитан ведёт курс прямо на пропасть!

Но Валериан не замедлился. Он шёл прямо на них, правая рука не слезала с рукояти меча.

— Прочь с моей дороги, рабы.

Безмолвные переглянулись. Никто здесь не собирался дискутировать, каждый знал свою правду. Маги Безмолвных стали читать заклинания.

Но Валериан двигался быстрее. Его клинок рассёк воздух, Безмолвный захрипел, падая. Остальные трое замерли на мгновение — их обучали убивать, но они убивали монстров и простых жителей, а не сослуживцев.

Это мгновение стоило им жизни.

Стражники Валериана набросились на них с яростью загнанных зверей. Лейтенант пробил горло копьём, двое других добили упавших ударами топоров. Кровь залила мрамор, чёрные доспехи задребезжали о плиты.

— Вперёд! — рявкнул Валериан, не глядя на трупы.

Они ворвались в здание, сокращая путь. Огромный зал с высокими сводами и панорамными окнами, выходящими на внутренний двор резиденции Готорна, величественный и неприступный, словно кусок горы, высеченный руками титанов.

Валериан остановился у окна и поднял руку, тяжело дыша.

— Передышка тридцать секунд.

Рука сжимала рукоять меча до боли. Он видел, как во дворе «Безмолвные» формировали строй, готовясь к атаке. Видел, как маги в синих мантиях сплетали дополнительные барьеры.

Эти безумцы из Подполья уже добрались настолько далеко? Они совсем не теряли времени.

Как вдруг…

Крыло особняка — там, где находилась лаборатория Костяного Алхимика — вспыхнуло ослепительным белым светом, который выжег все тени, превратив мир в чёрно-белую гравюру. Валериан зажмурился, но даже сквозь веки видел этот свет, пронзающий череп. Затем…

Взрыв!

Чистая, неконтролируемая магическая энергия, вырвалась. Стены словно выгнулись наружу, камень трещал, балки взметнулись к потолкам гигантской пещеры, словно мелкие спички…

Ударная волна дошла и до здания где находился Валериан. Стекло взорвалось дождём осколков. Валериан успел закрыть лицо рукой, но острые осколки впивались в кожу. Он упал на колени, почувствовав, как пол под ним дрожит. Где-то сзади раздался вопль — кого-то из стражников пронзило крупным осколком.

Валериан поднял голову, смахивая кровь с глаз.

Огромного куска особняка Готорна больше не существовало. На его месте зияла дымящаяся рана — осталась лишь груда обломков, накрытая плащом из огня. Пламя жадно пожирало остатки мебели, книг, алхимических реагентов, взлетая столбами к потолку пещеры.

Но это было не самое страшное. Над Цитаделью висел золотой купол — барьер, который Готорн холил и лелеял, выкачивая из города всю ману, какую только мог. Барьер, который не дрогнул даже под натиском тысяч монстров.

Теперь он дрожал.

Валериан видел, как по его поверхности побежали трещины. Купол замерцал, словно огромная свеча на ветру. Где-то в механизме поддержки что-то сломалось. Взрыв в лаборатории сжёг столько маны, перегрузил систему настолько, что весь барьер, за какие-то секунды…

— Нет… — выдохнул кто-то из стражников позади Валериана, голос дрожал. — Барьер… барьер падает!

Золотое свечение померкло, стало блеклым, почти прозрачным. Ещё немного и монстры снаружи просто его снесут и тогда… А что тогда? Весь этот Барьер и есть основной смысл Цитадели!

Валериан встал, качаясь на ногах. Кровь текла по лицу, капала на латы. Он смотрел на горящий особняк, на мерцающий барьер, на разбегающихся в панике солдат и магов… Где-то уже случился прорыв монстров. Вторжение Подполья перестало быть их единственной проблемой.

И в его груди что-то задрожало. Он повернулся к своим людям. Они смотрели на него, в их глазах стояла растерянность, страх и вопрос: «Что теперь?»

Валериан сплюнул кровь на пол.

— Смотрите! — голос его прозвучал хрипло, но очень громко. — Смотрите на его дом! Он горит! Его крепость — горит!

Он поднял меч, указывая клинком на дымящиеся руины.

— Готорн доказывал, что он бог! Что он контролирует всё! Что барьеры которые он хотел построить несокрушимы! А теперь посмотрите! Барьеры сломались! Его дом рушится! Монстры прорываются! — его голос окреп, налился яростью. — Он не бог! Он такой же смертный, как мы! И он пользовался нами, чтобы спасти свою шкуру!

Ответа не было, все смотрели на него, из-за угла появились даже простые слуги дома в котором они были, вражески настроенные маги, вошедшие с улицы и стражники на стороне Готорна. Но их глазах мелькнуло что-то новое. Они словно загорелись чем-то живым… Проблесками самосознания.

— Капитан Валериан… — начал было один из офицеров, но осёкся, не зная, что сказать.

— Я не служу тирану, — отрезал Валериан. — Я служу городу! Служу его людям! А Готорн служит лишь себе и теперь вы видите чего на самом деле стоят все грехи, на которые он шёл, чтобы строить свою «утопию». Он всего-лишь безумный зверолюд, возомнивший себя выше наших жизней и свободы!

Он опустил меч и взглянул на свою напуганную аудиторию.

— Разве мы одни это видим? — сказал Валериан, указав на своих бойцов. — Вы готовы ему подчиняться даже узрев что всегда сражались за ложь?

— Но… Куда мы пойдём, если не будем… — неуверенно прошептал один из Безмолвных.

— Куда укажет ваша воля, — просто ответил Валериан. — Может быть к тем, кто ещё помнит, что такое свобода и достоинство? Горожане, брошенные за стенами Цитадели не только выжили, но и нанесли сокрушающий удар Готорну. — следом он указал за окно, на вторгнувшихся в цитадель бойцов Подполья. — А вы… Вы сами обязаны уметь делать выбор.

Валериан шагнул к выходу из дома, не оглядываясь на остолбеневших преследователей. Как вдруг за его спиной раздался топот. Это стражники последовали за ним. Не все, но многие. И их враждебность к нему… иссякла.

Миф о всемогуществе и правоте Готорна горел ослепляющим пламенем вместе с его домом.

Валериан и его отряд пробирались по Цитадели как крысы в горящем амбаре. Каждый поворот мог стать последним, каждая тень скрывала врага. Они миновали очередной контрольный пост, оставив за собой трупы охранников. Солдаты Валериана двигались на пределе, но останавливаться было нельзя.