Князь Целитель 7 (СИ) - Измайлов Сергей - Страница 18

— Может, партейку в шашки? — предложил мне Олег Валерьевич.

— Опять хотите меня несколько раз победить? — усмехнулся я.

— Ты не так уж и плохо играешь, — отмахнулся Олег Валерьевич. — У меня вообще такое впечатление, что ты до этого притворялся.

— Ну идём, — согласился я. — Вроде в лаборатории я пока не нужен.

Мы заварили крепкий чай и уселись за стол. Когда доигрывали третью партию, услышали приближающийся вой сирен.

— Успеем доиграть, — сказал Олег Валерьевич, — уже немного осталось.

Через несколько ходов оказалось, что выиграл я, как он и предрекал. Убрали шашки в коробку и пошли в приёмное отделение. В этот раз раненых завозили не через запасной вход, а через новый блок приёмного отделения, который пока что служил коридором к старому холлу, где мы приступили к оказанию медицинской помощи пострадавшим. Герасимов проводил взглядом носилки и каталки, но продолжил заниматься сортировкой оборудования, махнув на нас рукой, мол, сами справитесь.

Раненых было десятка полтора. Особо тяжёлых не было, признаков ментального поражения тоже. В ранах в этот раз я не увидел ни малейших признаков ведьминой гангрены, просто обычные раны. И, в принципе, все ранения были такие, как я видел, когда только приехал в Каменск. Никакого извращённого экстрима.

Как выяснилось, несколько отрядов решили зайти подальше вглубь Аномалии, не рассчитали силы и столкнулись с большим количеством монстров. По звукам стрельбы, они нашли друг друга и соединились, потом уже отбивались вместе и друг другу помогали эвакуировать раненых. Об этом мне поведал первый же боец, которого я лечил.

— Молодцы, что объединились, — сказал я.

— А иначе мы бы не выжили, — сказал крепкий мужчина лет сорока пяти или чуть больше, морщась от моего воздействия во время сращивания разорванной мышцы на бедре.

— Я предлагал обезболить, — сказал я.

— Ничего, я крепкий, — сказал мужчина. — Потерплю. Не хочу вырубаться даже на время.

— Дело ваше, — сказал я и продолжил, стараясь делать всё аккуратно, чтобы бойцу было не так больно.

Закончив с этим бойцом, я перешёл к следующему, у которого было серьёзное ранение в грудную клетку, но, похоже, не проникающее. Больше похоже на когти Синего Саблезуба, которые пропахали поперёк грудной клетки, вплоть до того, что обнажили рёбра. Она достаточно большая, но оказалась не очень глубокая.

Ну что ж, кажется, пришло время мне немного поэкспериментировать.

Я дал пациенту капсулу наркозного эликсира и, когда увидел, что тот задремал, направил с расстояния больше метра ладонь в сторону раны. Сосредоточился на создании вихревого энергетического потока, чтобы тонкая воронка, плавно уходя от моей ладони, попадала именно в рану. Постепенно продвигая водоворот энергии вдоль раны, я видел, как стремительно срастаются мягкие ткани и восстанавливается кожа.

На полное заживление большой рваной раны ушло буквально секунд десять, максимум пятнадцать.

Завершив процесс, я почувствовал, как меня пошатнуло. Всё правильно, ничто не даётся просто так. Резкий упадок уровня энергии я частично компенсировал, удалив из организма раненого негативную энергию аномалии, трансформировав её в свою. Но всё же решил пару минут помедитировать и только потом перешёл к следующему раненому бойцу.

Всё это время мы работали с Олегом Валерьевичем вдвоём, даже никого не звали на помощь. Уже ближе к финишу в коридоре появился Костя, мы уже заканчивали лечение последних раненых.

— А чего вы не позвали? — удивлённо спросил Костя.

— Не переживай, мы и сами нормально справились, — сказал я. — Вон, даже Анатолий Фёдорович спокойно разбирается с оборудованием и не пришёл помочь. Он в нас верит, а ты нет, выходит? — спросил я, улыбаясь.

— Почему же? — сразу засмущался парень. — Я как раз таки больше всех в вас верю! — уже более уверенно сказал Константин. — Ну тогда я пойду обратно, в лабораторию, просто Женя попросила меня сходить на разведку.

— Иди, — кивнул я. — И передай, что у нас тут всё в полном порядке, пусть не волнуется.

Последние излеченные пациенты пошли на выход. Дверь не успела закрыться, как зашёл довольный Герасимов.

— Ну что, ребята, теперь можно и отдохнуть, морально подготовиться к привозу обеда! — громко сказал мой наставник, довольно потирая руки.

— А что, уже скоро обед? — спросил я и посмотрел на часы. — И правда. А я даже не заметил, как время пролетело.

Неспешной походкой мы вернулись в ординаторскую. Вслед за нами зашёл Василий Анатольевич, снова чем-то недовольный. Целитель сел в кресло возле окна и уставился на начинающие желтеть кроны деревьев.

— Заметил сегодня интересное, — сказал вдруг Герасимов, привлекая общее внимание. — Видел рекламу, подписанную родом Демидовых. Они усердно привлекают сюда охотников и искателей приключений. Чует моё сердце, понаедут сейчас. Работы нам снова прибавится, даже несмотря на затишье в активности Аномалии.

Все дружно приуныли и обречённо вздохнули. Только я один сидел и улыбался, так как для меня это не новость. Похоже, мою улыбку заметил Василий Анатольевич.

— Вань, ты совсем, что ли, дурак? — выпалил Василий раздражённо. — Ну чему ты радуешься? Нас сейчас тут впрягут напропалую, сутки через сутки, а то и вовсе без выхода на белый свет. Вот тогда ты повеселишься, как следует!

Заведующий хотел сказать что-то в мою защиту, но я жестом руки его остановил. Анатолий Фёдорович удивлённо поднял брови, но промолчал, а я повернулся к Василию Анатольевичу.

— Может, я и дурак, но до вашего уровня интеллекта у меня опуститься не получится при всех моих стараниях, — совершенно спокойно сказал я.

У Василия Анатольевича на некоторое время перехватило дыхание. Его лицо стало наливаться краской, руки задрожали, а на скулах и висках заиграли желваки.

— Что ты сейчас сказал? — напряжённо выдавил он сквозь зубы.

— Лучше не заводись, — всё так же спокойно сказал я. — А то только хуже будет.

Я сидел всё в той же расслабленной позе, совершенно спокойно, невозмутимо смотрел ему в глаза. Стрелка гнева моего оппонента перевалила за максимум, собираясь перегнуться через ограничительную планку. Анатолий Фёдорович не выдержал и демонстративно покашлял.

— Дождешься ты у меня! — приглушенно произнёс сквозь зубы Василий Анатольевич, резко встал и вышел из ординаторской.

Все равно на большее его бы не хватило, и мы это прекрасно знали.

Звенящую тишину в ординаторской нарушали лишь дальние отзвуки работ по благоустройству нового приемного отделения. Я всё так же смотрел в окно, потом, отведя взгляд, заметил, что Герасимов и Олег Валерьевич украдкой на меня посматривают, но тут же отводят взгляд. Получается, что они наблюдают за мной, смотрят на мою реакцию.

А в моей реакции, собственно, ничего особенного нет. Я сейчас был спокоен как удав. Василий Анатольевич — это просто маленькая брехливая собачка, мне уже своими нелепыми высказываниями порядком надоел. Я и раньше-то его терпел потому, что просто не хотел обострять обстановку в коллективе, где мне ещё трудиться и набираться опыта из всех возможных источников.

Василий таким источником теперь точно не был и давно пора поставить его на место. Ничем особенным он не отличается, кроме того, что лет на пять старше меня. И не уверен, что это серьезное преимущество с его стороны. Больше никаких плюсов я в нем не заметил. Единственное, что пока официально считается, что его род более известный, чем мой. Просто про мой здесь пока не знают, лишь подозрения.

Внезапно тишину нарушил легкий скрип открывающейся двери ординаторской, потом звон посуды на въезжающей тележке с обедом. Сегодняшний обед — самый лучший из того, что здесь подают. Это был гороховый суп и гречка с котлетой. Вслед за буфетчицей зашли Женя с Костей, начали помогать расставлять тарелки по столу. Хоть Василий Анатольевич и отсутствовал, его порцию тоже поставили. Куда подевался коллега, никто не спрашивал. Но когда уже начали есть, открылась дверь, и он пришел.