Новгородец (СИ) - Смородинский Георгий Георгиевич - Страница 10

— Все слова уже сказаны, — девушка улыбнулась. — Огню я пожертвовала[4], поэтому ешь, как умеешь. Только помешать не забудь. И ещё у нас не принято разговаривать с полным ртом.

— Хорошо, не буду, — я улыбнулся в ответ. — Но тогда ты расскажи мне про душу. Как она смогла вернуться?

— Это тебе Велеславу лучше спросить, — Лада немного смутилась. — Могу рассказать только то, что сама понимаю.

— Да, конечно, — я кивнул и принялся размешивать кашу.

— Я иду путём, который указала мне Жива[5], и многого ещё не знаю, — после недолгого молчания пояснила мне Лада. — Мне не известно, почему души покидают тела живых, и я тем более не знаю, почему это случилось с тобой. Впрочем, когда такое случается, связь с ней все равно сохраняется. В тот момент, когда ты получил смертельную рану, душа вернулась, чтобы окончательно разорвать эту связь, но Перун задержал её в теле, а Велес не пропустил в Навь[6].

— То есть я погиб и ожил?

Не сказать, что меня сильно удивило рассказанное лекаркой. Особенно после того, что уже довелось пережить. Погиб-поднялся — какая ерунда. Главное, что не стал таким же как те скелеты возле сторожки.

— Не совсем так, — Лада покачала головой. — Ты не жил правильно до получения смертельной раны, и поэтому боги оставили тебя в Яви[7]. Если бы ты погиб в бою с волколаком, то никто бы уже тебе не помог. Однако ты выжил, услышал зов Громовержца, смог дойти до жертвенника и окончательно привязал душу к телу. Кутья ее порадует, — девушка указала на миску с кашей. — Ешь уже! Хватит мешать!

— Сейчас. Ответь только ещё на вопрос, — я уселся поудобнее и посмотрел на собеседницу. — Скажи, а Перун мог отправить в тело какую-то другую душу?

Услышав вопрос, Лада нахмурилась и осторожно поинтересовалась:

— А почему ты об этом спросил?

— Ну вас же смутило мое имя, — я спокойно посмотрел ей в глаза.

— Сложно сказать, — девушка вздохнула снова указала на миску. — Ты пока ешь, а я подумаю, над ответом.

Каша была безумно вкусная. Вот казалось бы: пшеница, мед, сухие ягоды и орехи, но я никогда в жизни ничего такого не пробовал. Возможно, Лада права, и душа действительно радуется этому нехитрому угощению? Хотя есть подозрение, что этот я просто ничего вкуснее не ел. Тут же с едой не так, как у нас. Репа, капуста, бобы, ржаной хлеб и по праздникам мясо. Дружинники, понятно, питаются лучше, но я же не был дружинником. Не был, да, но обязательно стану!

Девушка думала достаточно долго. Хмурилась, закусывала губу и со стороны была похожа на молодого ученого, который стоит на пороге открытия. Придя наконец к каким-то ответам, она дождалась, когда я поем, и забрала у меня пустую миску.

— Спасибо, — с улыбкой поблагодарил её я. — Очень вкусно. Душа и правда порадовалась.

— Три дня ты должен есть только это, — строго произнесла Лада, затем отнесла миску и вернулась к столу. — Ложку оставь себе, а что до твоего вопроса… — девушка пожала плечами. — Думаю, да! Перун мог отправить в тело душу погибшего воина. Большего я тебе не скажу. Не хочу попусту болтать о неведомом. Поговори с Велеславой. Она в этом разбирается намного лучше меня.

«М-да… Велеслава у них тут как ходячий справочник продвинутого язычника. Хотя жрица Велеса другой, наверное, быть не может», — я мысленно улыбнулся, а вслух произнес:

— Обязательно поговорю, а ты хотя бы расскажи, что там были за твари в лесу?

— Тот волколак, которого ты убил, был сильным колдуном, — хмуро ответила девушка. — Тут когда-то было два крупных поселения данов. Они потом ушли обратно на север, а курганы остались. Их стражи — драугры[8] — заперты в земле специальными рунами. Колдун снял эти руны, подчинил своей воле стражей и привёл их к святилищу Громовержца.

— А зачем ему это понадобилось? — я непонимающе поморщился. — Он хотел кого-то убить или собирался разрушить святилище, а мы ему помешали? Ведь вряд ли он это делал от скуки.

— Не знаю, что именно он задумывал, — Лада ещё больше нахмурилась, — но тут, между Новгородом и Псковом, недавно появился один из кощеевых слуг. Велеслава и Мстислав уверены, что колдун выполнял его указание.

— Один из кощеевых слуг? — удивлённо выдохнул я. — А Кощей — это который Бессмертный?

Блин! Еще и Кощей… Хотя, чему тут, блин, удивляться? Самое интересное, что в славянской мифологии никакого Кощея не было. Он появился в фольклоре и сказках значительно позже — в семнадцатом, или восемнадцатом веке. А тут, значит, есть? И дуб, и сундук, и — дальше по списку? Хотя это вряд ли… Какой идиот будет прятать так свою смерть?

— Почему бессмертный? — Лада вскинула брови. — Он скорее Неприкаянный. Велес изгнал его из Нави, боги отвергли Кощея и не пустили в Правь[9]. Явь для него тоже закрыта. Желая отомстить, Кощей ушел под руку Лилит. Здесь, в Яви, он появиться не может, поэтому отправляет слуг. Кощею обещана эта земля, вот он и гадит, как может.

— А Лилит это…

— Верховная богиня ромеев и латинян, — зло ответила девушка. — Лживая и хитрая тварь! Такая же, как и все их новые боги.

Охренеть! Мне казалось, что христианство сюда не дошло, а оно, выходит, в этом мире просто не появилось? Или появилось, но не распространилось так, как у нас? Ромеями славяне называли жителей Византии, откуда на Русь пришло православие. Латинянами — европейцев-католиков за их привычку молиться на латыни. Здесь, возможно, тоже случился какой-то раскол, а молиться они могут и этой новой богине?

А ещё имя Лилит предки по большей части связывали с демоном. Возможно, здесь она какая-то другая? Как бы то ни было, вопросы задавать пока рано. С какого хрена меня вот прямо сейчас должна интересовать чужая религия? К тому же я не силён в православии и вряд ли смогу сформулировать правильные вопросы. Для начала нужно осмотреться.

— А эта богиня — она только у ромеев и латинян? — поинтересовался я, стараясь не показывать заинтересованность. — Или есть ещё какие-то боги?

— Терна везде, — Лада отвела взгляд. — Лилит не приняли только славяне, даны, урмане и свеи. Северяне чтят своих старых богов, как и мы. Новая вера требует от них отказаться.

— А терна это название их веры?

— Да, — устало ответила девушка. — Ее символом является терновый венец.

— То есть латиняне и ромеи пытаются захватить нашу землю, чтобы насадить здесь свою веру?

— Так и есть. При этом мы не запрещали им молиться своей богине на нашей земле. В Новгороде есть святилище Лилит, и в Пскове оно тоже было… — произнеся это, девушка поднялась со своего чурбака и добавила: — Об остальном мы поговорим позже, Олег. Сейчас у меня есть дела.

— Да, конечно, — я тоже поднялся. — Спасибо тебе за лечение и заботу. Только ответь на последний вопрос. Скажи, а какой сейчас год?

— Триста семидесятый от начала правления Рюрика, — без колебаний ответила девушка и строго потребовала: — Никуда отсюда не уходи! Сейчас вернутся Мстислав и Велеслава. Они будут с тобой говорить.

— А здесь их подождать можно? — я указал на бревна, которые лежали неподалёку и, судя по всему, использовались для сидения.

— Жди, где хочешь, — Лада пожала плечами и кивнула на Мала, стоящего метрах в двадцати и время от времени поглядывающего в нашу сторону. — Главное — будь на виду.

Произнеся это, девушка направилась к входу в избу. Я проводил её взглядом, вздохнул и пошёл к бревнам.

Нужно было посидеть, подумать и уложить в голове всю полученную информацию. Сделать это необходимо до прихода боярина и волхвы Велеславы. Они ведь тоже будут со мной говорить, и чувствую — загрузят по полной. Нужно как минимум подготовиться к этому разговору и составить список вопросов.

Итак, что мы имеем? По предварительной информации, в этом мире нет христианства. Его место заняла религия с названием Терна, верховной богиней которой является какая-то Лилит. На первый взгляд, для непосвященного меня различия с христианством минимальны. Отличается только имя верховного божества, её пол и символ религии. В остальном все очень даже похоже. Меченосцы, епископства, экспансия и нетерпимость к другим религиям.