Полубояринов 3 (СИ) - Сухов Александр Евгеньевич - Страница 16

Ладно, пускай отдыхает. Выспится, отправимся с ним на охоту. Толку с него ноль без палочки, однако оставить одного на произвол судьбы в пещере не могу себе позволить. Пусть, сидя на моем плече, смотрит, откуда еда берется.

Дорогие друзья, если понравилось, не ленитесь ставить лайки. Вам оно ничего не стоит, автору приятно.

Глава 6

— Гера, будь осторожен! — Мой мыслеголос едва не срывался от волнения. — Высоко не поднимайся! Вороны стаей нападут, спасай тебя потом.

На что тут же получил ответ от питомца, совершавшего головокружительные кульбиты, пируэты и сальто-мортале на высоте полукилометра:

— Не волнуйся, Папа-Ма, всё под контролем.

За три прошедших месяца с момента появления на свет юного дракона ничего особо в моей жизни не поменялось, если не принимать во внимание само наличие Германа. Как вы поняли, от имени Драко я все-таки отказался. Во-первых, уж слишком банально. Во-вторых, не отражает внутренней неугомонной сущности моего питомца.

Буквально через неделю после рождения этот безбашенный малый решил отправиться в самовольную отлучку из нашей пещеры. Лишь благодаря неусыпной бдительности Клариссы, своевременно разбудившей меня, удалось предотвратить этот опасный для его жизни поступок. Вот тогда-то, отчитывая дитятко, я взглянул в его глаза и решил переименовать в Германа, поскольку взгляд питомца напомнил мне одного знакомого по военной академии парня по фамилии Муратов. Этот рыжеволосый «потомок Чингисхана», как он сам себя называл, был неизбывной головной болью для преподавателей и курсантов Академии. Эдакий паук, плетущий невидимые сети раздора между молодыми горячими и часто несдержанными ребятами. Подзуживал, натравливал народ друг на друга, сам же при этом оставался всегда в стороне. Так вот, глядя в два золотистых звездчатых омута с вертикальным зрачком, окаймленным изумрудной зеленью я, по какой-то неведомой причине, увидел перед собой Германа Муратова и по наитию решил переиначить имя своего питомца. Теперь он у меня не Драко, а Герман. Вот такая история.

А через два месяца после его появления на свет между нами образовалась устойчивая ментальная связь. Сначала примитивная на уровне: накорми меня, пить хочу, травки вкусной дай, почеши спинку, ну и так далее. Со временем мы стали понимать друг друга всё лучше и лучше. Поскольку речевой аппарат рептилии не приспособлен издавать членораздельные звуки, пришлось моему питомцу осваивать мыслеречь. И это у него, благодаря педагогическим способностям Клариссы, получается все лучше и лучше.

Как оказалось, драконы существа вполне разумные, по-своему, разумеется. Они неспособны оперировать абстрактными понятиями. Математика, физика, философия и все прочие придуманные людьми условности, именуемые научным мировоззрением, для них пустой звук. Зато в плане практическом крылатые рептилии оказались существами, можно сказать, гениальными. Мне так и не удалось вбить в голову питомца, что дважды два равняется четырем, или то, что продолжительность суток в этом мире двадцать три часа. Что же касается, чем перекусить и за кем поохотиться, тут я ему не советчик, поскольку все необходимые для выживания практические знания об этом мире, уже заложены в подкорковое вещество его мозга. И оперирует он ими на уровне инстинктов.

Впервые врожденную способность к добыванию пищи Герман проявил сразу же после того, как я позволил ему покинуть пещеру, разумеется, под моим бдительным присмотром. Первым, что он сделал, оказавшись на открытом воздухе, бросился под куст и поймал некрупного грызуна напоминающего внешним видом обычную серую крысу, коих по своему неразумению и вопиющей халатности люди расселили практически по всем освоенным планетам галактики Млечный Путь, а также по всему колонизированному иномирью моей новой реальности. Слопал половину тушки, остальное положил на землю и подвинул лапой к моим ногам, всем своим гордым видом давая понять, ты меня кормил, родитель, теперь моя очередь добывать еду. Случилось это спустя месяц после рождения Германа.

А спустя еще месяц, как уже мною упоминалось, в моей голове начали появляться абстрактные картинки, источником которых был мой дракон. Поначалу я подумал, что это Кларисса так прикалывается, но судя по реакции нейросети, для нее самой проявившаяся коммуникативная способность пета стала полной неожиданностью. Впрочем, Клэр тут же занялась развитием юного дарования. Посредством нейролингвистических упражнений она в самые кратчайшие сроки углубила и расширила возможности малыша к мыслеречевому общению. За что ей моя искренняя и безмерная благодарность.

После того, как я довел до сведения Германа, что являюсь одновременно обоими его родителями, дракон начал называть меня Папа-Ма. То есть ребенок объединил понятия «отец» и «мать» в общий термин, что-то наподобие неотделимых друг от друга Инь и Ян. Вот такая философская загогулина.

Стоит отметить, что за прошедший срок из жалкого крошечного существа сформировался крылатый рептил внушительных габаритов и массой под половину центнера, способный своими мощными челюстями перемалывать не только мясо, но хрящи, даже кости животных. Тут целиком и полностью моя заслуга, поскольку без добываемой мной пищи, особых травок и чудесных кристаллов, регулярно подзаряжаемых моей магической энергией, дракон просто не выжил бы а этом суровом мире.

Уходя на охоту ли, на поиски ли трав, я помещал питомца в специально выгороженный жердями участок пещеры, где до него не доберутся, непрошенные гости, да и сам неугомонный подопечный не смог бы отправиться в самовольную отлучку. Тем не менее, пока Гера достаточно не окреп, я старался далеко не отлучаться и держаться в пределах видимости от входа в пещеру, чтобы в случае непредвиденной ситуации успеть прийти на помощь питомцу.

Ну а когда тот подрос, я начал брать его с собой на охоту.

Сначала он путешествовал, сидя на моем плече — прям княжий сокол. А когда научился нормально передвигаться собственными ногами, следовал за мной по земле, поскольку таскать на себе его неподъемную тушу я наотрез отказался.

А неделю назад Герману удалось взлететь в небеса. Разумеется, ни о какой аэродинамике тут речи не идет, не такие уж и большие крылья у моего питомца, чтобы совершать перемещения по воздуху на чистой физике. В помощь ему магия, поскольку драконы по своей сути являются существами одаренными в плане чародейства, поэтому способность к управлению воздушными заклинаниями и регулированию массы собственного тела магическими методами у них врожденная на уровне рефлексов. А еще мой питомец живой огнемет. Пока еще на уровне скромной паяльной лампы, работающей на бензине, виденной мной когда-то в музее древностей моей родной реальности. Однако на близкой дистанции ошарашить противника даже столь слабенький огненный выхлоп вполне способен.

Теперь, когда юный дракон, что называется, стал на крыло, он с высоты птичьего полета помогает мне обнаружить достойную дичь, или ценный магический ингредиент. Более того, наша ментальная связь позволяет мне подключаться к сознанию питомца с тем, чтобы видеть его глазами. И, скажу вам, наблюдать за окрестностями с небес очень даже продуктивно в плане поиска чего-нибудь полезного и интересного, поскольку сам Герман не всегда способен определить практическую значимость того или иного объекта.

Единственный неприятный момент для моего летающего друга, в какой-то степени даже угрозу представляют стайные птицы, обитающие в кронах деревьев. Эти твари после гибели крылатого кота возомнили себя хозяевами здешнего воздушного пространства и время от времени шумной ватагой нападают на Германа. Тот, разумеется, не промах, вполне способен защититься от происков пернатых агрессоров. Но все-таки по младости лет, бывает, теряется, забывает о своей магической способности к огнеметанию и пытается действовать исключительно когтями и зубами. Ничего, со временем поумнеет и научится виртуозно пользоваться своими чародейскими навыками, я в этом полностью уверен, поскольку достаточно вспомнить, как профессионально его родной отец расправился с убийцей его матери.