Системный Кузнец VII (СИ) - Мечников Ярослав - Страница 18

Вдох. Выдох.

Никакой паники или желания забиться в угол. Я отпустил своё прошлое минуту назад, позволив тому сгореть — у меня не осталось ничего, кроме настоящего момента, и в этом моменте у меня была работа.

Обернулся. Свен и Гром всё ещё были пленниками кошмаров, но я больше не мог нянчиться с ними — я сделал всё, что мог — теперь их судьба в их руках. А моя судьба ждала меня во тьме. Поправил воротник рубахи, провёл ладонью по лицу, и шагнул к выходу из Ниши.

В аду требовался кузнец.

Ротонда встретила тишиной — круглый зал казался внутренностями зверя. Масляные лампы в бронзовых чашах задыхались, огонь скукожился до синих точек, не в силах бороться с давящей аурой Скверны. Тени по углам шевелились.

Я шёл к выходу, шаги по граниту звучали как удары метронома. Нужно оружие — бросил взгляд на стойки у стен, где мастера оставляли образцы для демонстрации.

Изящные шпаги? Я не фехтовальщик, а технарь. Тяжёлые секиры в стиле гвардии? Смещённый баланс и неудобный хват. Топоры Брандта? Меня передёрнуло — не возьму в руки ничего, что касалось пальцев этого ублюдка.

Взгляд зацепился за дальний угол, где валялся кузнечный инвентарь — там, прислонённое к стене, стояло то, что мне сразу понравилось — кузнечный молот-кувалда — рукоять из вяза, отполированная сотнями ладоней до блеска, боёк — квадратный кусок чернённой стали, с одним скошенным краем.

Подошёл и взялся за рукоять. Дерево легло в ладонь как влитое, словно здороваясь.

[Анализ Предмета]

[Тип: Двуручный Ударный Молот]

[Вес: 14 кг]

[Материал: Углеродистая сталь (Закалка 45 HRC)]

[Статус: Обычный / Надёжный]

[Совместимость с навыком «Мастерство Молота»: 100%]

— Пойдёт, — бросил в пустоту.

Вес в четырнадцать килограммов для моего нынешнего тела, разогнанного почти до шестой ступени, ощущался как вес трости. Крутанул молот в руке, проверяя инерцию — воздух гулко свистнул.

Я двинулся к выходу из элитного сектора.

Коридор, ведущий к парадной лестнице, превратился в кишку сумасшедшего дома. Аура Матери Глубин, просачиваясь сквозь стены, работала как психотропный газ. Впереди, перегораживая проход, стояли двое гвардейцев. В любой другой день они бы отдали честь или потребовали пропуск, а сейчас стояли друг напротив друга с обнажёнными мечами.

— Уйди… — прохрипел один, глядя на напарника остекленевшими глазами. — Уйди из моей головы! Я вырежу тебя!

— Тень… — бормотал второй, по лицу которого текли слюни. — Она за спиной… она ест мою тень…

Я не замедлил шаг — не было времени.

Один из них, среагировав на движение, резко развернулся ко мне — меч дёрнулся.

— Ещё одна! — взвизгнул он. — Сдохни, тень!

Мужик рванулся вперёд, занося клинок для истеричного удара.

Вдох, Нижний Котёл.

Я не стал уклоняться или блокировать, вместо этого использовал то, что понимал лучше всего — физику.

«Взрывное Ускорение».

Тело, напитанное жаром, стало снарядом — сократил дистанцию рывком, пропуская лезвие меча над плечом, и, не останавливаясь, врезался плечом гвардейцу в грудь.

Удар был такой силы, что латы мужика вогнулись внутрь. Воздух выбило из его лёгких со звуком лопнувшего шара — тот отлетел назад, сбивая с ног напарника, и оба покатились по полу.

Перешагнул через стонущие тела, не обернувшись. Молот в руке легонько качнулся — минус два препятствия.

Дальше было хуже.

Коридоры расширялись, переходя в парадные залы, и здесь царил ад. Увидел вельможу в разодранном камзоле — тот стоял на коленях перед кривым зеркалом и с упорством расцарапывал лицо ногтями.

— Не я… это не моё лицо… под кожей черви… надо достать… — шептал мужчина, кровь капала на дорогой ковёр.

Мимо пробежала служанка с пустым подносом, хохоча во весь голос — смех отражался от сводов, искажаясь и превращаясь в визг.

В одной из боковых галерей полыхал огонь — кто-то перевернул жаровню. Пламя пожирало гобелены с историей рода фон Штейн. Дым стлался по потолку, но никто не тушил пожар, а наоборот — какой-то старик в ночной рубашке стоял рядом и грел руки, улыбаясь, глядя, как горит история его господина.

Жара от огня я не чувствовал — внутренний жар был сильнее. Прошёл сквозь полосу задымления, задержав дыхание, как делал сотни раз в прошлой жизни. Дым был едким, но родным.

— Дорогу! — рявкнул, когда группа обезумевших слуг попыталась преградить путь, сбившись в кучу от страха.

Они шарахнулись в стороны, вжимаясь в стены.

Я вылетел из замкового корпуса на широкий мост-галерею, соединяющий цитадель с городскими стенами, и масштаб катастрофы ударил в глаза. Снаружи бушевала метель, ветер выл так, что закладывало уши, но даже сквозь вой пробивались звуки с нижних уровней.

Город внизу горел — очаги пожаров пробивали снежную мглу оранжевыми пятнами. Люди метались по улицам крошечными муравьями.

Подошёл к парапету моста — ветер рванул за одежду, пытаясь сбросить, но я стоял прочно. «Стойка Тысячелетнего Вулкана» работала на рефлексах.

Сквозь пелену снега увидел, что над внешней стеной нависала Тьма. Мать Глубин была огромной — силуэт уходил в небо, теряясь в тучах — гора, обретшая плоть. Видел гигантские щупальца, извивающиеся в воздухе, будто чёрные молнии.

— Вот ты какая… — прошептал себе.

Никакого страха, только оценка пожарного, смотрящего на стихийное бедствие, которое нужно устранить или просто пережить.

Вдруг у самых стен увидел яркую вспышку.

Свет метался, прыгал и прорезал тьму — это был мой металл.

— Йорн, — выдохнул, губы растянулись в усмешке. — Живой, чёрт тебя дери.

Свет двигался к стене — не отступал, а шёл в атаку. Я сжал рукоять молота, дерево скрипнуло — не мог стоять здесь и смотреть, как гладиатор на арене. Я сделал это оружие, я — часть этой битвы.

— Ну, держись, тварь, — сказал ветру. — Кузнец идёт принимать работу.

Перекинул молот на плечо и побежал вниз, к воротам, навстречу тому, от чего хотел бы сбежать весь город. Вырвался из лабиринта замковых переходов на брусчатку Верхнего Города.

Метель ревела голосом левиафана, ветер швырял в лицо ледяную крошку пополам с песком и сажей. Земля под ногами дрожала с интервалом в пару секунд, будто гигант забивал сваи в планету.

Я бежал к Южным Воротам. Вокруг творился хаос — люди жались к стенам домов, закрывая головы руками. Кто-то молился, кто-то выл в унисон с ветром. Перевёрнутая телега перегородила улицу, колесо вращалось, скрипя на ветру, но чем ближе подходил к внешней стене, тем меньше становилось гражданских и больше железа.

У самого барбакана, прикрывающего вход в надвратную башню, сгрудился отряд «Каменных Грифонов». В основном, молодые ребята — может быть, только выпустились из академии. Парней пять или шесть — выглядели как побитые псы, загнанные в угол. Воины стояли, сбившись в кучу, выставив алебарды и щиты в сторону закрытых ворот, хотя враг был снаружи. Лица были серыми от ужаса, у одного тряслись руки, другой блевал себе под ноги, не в силах справиться с тошнотой от ментального давления.

Я замедлил бег, переходя на шаг. Молот лежал на плече.

— Стой! — визгливо крикнул крайний солдат, заметив меня. — Назад, смертник! Куда прёшь⁈

Парень дёрнул копьём в мою сторону, глаза были безумные, белки налиты кровью. Они наверняка были практиками, но справляться с аурой матери им было явно очень трудно.

Для него я был тенью, вынырнувшей из метели.

— Опусти железо, солдат, — голос пришлось повысить, чтобы перекричать бурю, но вложил в него Ци. — Я иду на стену.

— На стену⁈ — солдат хохотнул, брызгая слюной. — Ты спятил? Там смерть! Никто не ходит наверх! Приказ капитана — держать периметр изнутри!

Ко мне повернулся грузный мужик с перебитым носом — выглядел чуть лучше остальных, но и его взгляд блуждал, то и дело срываясь на створки ворот, что содрогались от ударов снаружи.

— Вали в нору, парень, — прохрипел мужик, сплёвывая густую слизь. — Не мешай подыхать — тварь проломит кладку… и мы все…