"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чернов Сергей - Страница 565

Вот такой проект получился.

Проблем же с доставкой на высокую орбиту у нас нет. Это я президенту сказал, что можем только по одному спутнику выводить, и это правда. Было правдой, когда мы в самом начале занимались этим. Собственно, наши высотные спутники — это те же самые «Виманы». Но с тех пор много воды утекло. Нынешняя грузовая «Вимана» практически без доработки — немного оборудования довесить — легко выведет на ГСО двенадцать тонн. Да ещё и раскидает их сама по орбите.

В чём не соврал, так в том, что на «Оби» её заправлять придётся.

Нерешённая корректно проблема у нас одна — доставка людей с орбиты на Землю. Она не стоит заброшенная, но реальных испытаний не проводилось. Тупо нечего с орбиты отправлять, кроме людей. Мы, в принципе, всегда можем купить у Роскосмоса древние, но супернадёжные спускаемые капсулы, которыми комплектуют «Союзы». Два обстоятельства останавливают: не доверяю Роскосмосу, и неубедительная вместимость. Всего три человека. Маловато будет.

В самом начале планировал регулярные рейсы: Луна — «Обь» — Земля. Но реальность снисходительно показала мне мой излишний оптимизм. Рейсы будут, но нескоро, а доставка на Землю нужна сейчас.

Сажусь обратно за стол. Заходит Андрей:

— Как у тебя?

— Сейчас скину, — то, что говорим об инспекторе, ясно обоим. — Посмотришь, покритикуешь…

Затем я покритикую его критику, короче, обычная схема нашего взаимодействия. Если задуматься, то…

— Слушай, Андрей, а ведь мы с тобой вдвоём целое КБ заменяем. Причём превосходим его раза в три по эффективности.

— Как бы ни в пять, — поправляет меня. — Это ты к чему? К повышению зарплаты?

Ржу. Хорошая шутка. Так-то он прав, но всё равно шутка. Нашу работу подкрепляет мощный программный комплекс, для которого базу данных мы начали создавать ещё студентами. И она постоянно пополняется новой информацией. Новые сплавы и материалы создают ежегодно. «Виртуальный эксперимент» постоянно модернизируется, его нейросети набираются опыта. Есть, конечно, минусы. Главный недостаток в том, что программной частью занимаемся только мы с Андреем. В силу секретности. Это базу пополнять может кто угодно.

— Слушай, как у нас с доставкой на Землю с «Оби»? А то, может, я что-то пропустил?

Визит в столицу занял почти полторы недели, никак меня Москва отпускать не хотела. А дела у нас идут быстро.

— Мог и пропустить. И не только за последний раз, — пожимает плечами. — Пассажирские «Виманы» готовы. Их три штуки на «Оби».

Рассказывает. Что-то знаю конкретно, что-то понаслышке (за всем не усмотришь), о чём-то не знал.

— Гульфики мы налепим любые и в любом количестве… — рассказывает Андрей.

Свои крылышки (солнечные панели) «Вимана» может складывать и прятать. Корпус и так гладкий. На нос же надевается насадка из тугоплавкого сплава. Такой чехол, оставляющий зазор с корпусом. Снаружи абляционный слой. Наши остряки пробовали обозвать чехол «шапочкой для ныряния», но такие длинные прозвища не приживаются. На паренька, предложившего назвать презервативом (Нуачо! Защитный чехольчик!), все остальные посмотрели с таким осуждением, что тот быстренько снял своё предложение. Однако вылетевшее слово не поймаешь, идея уже вброшена в массы. Означенные народные массы после лёгкого бурления выдали приемлемый вариант — гульфик.

— Ты не придумал, как будем испытывать спуск «Виманы»?

Разок Андрей к моему очередному закидону, как он их называл, отнёсся скептически. Я не оправдывался и не объяснялся, ещё чего! Прижал его рукой и взглядом к стенке и сказал:

— Ты будешь изучать и перенимать эти закидоны. И пока полностью не освоишь этот стиль, я не буду считать тебя способным успешно управлять Агентством. И на кой хрен мне тогда такой первый заместитель?

В процессе нашей совместной работы изредка, но чувствительно тыкал его носом в двойную эффективность моих закидонов. Пока тот не осознал и не взмолился. А то ишь, решил, что уже сам летать научился!

— Придумал, — искин, поварившись в подсознании, подбросил ответ: — Кроме самого испытания ещё два плюса. Они мелкие, но в сумме дают удовлетворительный эффект.

Андрей терпеливо пережидает паузу.

— Вы с новым вариантом андроида когда закончите?

— Уже закончили.

— Нет, не закончили. Вам надо адаптировать очередную Анжелу к управлению космическим аппаратом. Дайте мне андроида-пилота.

— Это не очень долго, — Андрей отвечает, прикинув возможности. — Тем более доводить будем в процессе.

— Это и будет одним из плюсов. Начнём тренировать… кстати, если возникает новая специальность, то имя надо новое дать. Короче, обучение пилота-андроида — один из плюсов.

— А второй?

— Ну как же! Возвращение «Виман», повторное использование. Наша экономика станет ещё экономнее.

Уходим на обед. По пути и в столовой продолжаем беседу.

— С кораблём дальнего плавания что будем делать? — Андрей интересуется проектом, нацеленным на длинные многомесячные экспедиции. — Ты договорился с Росатомом за их ядерный привод?

— Ага, договорился, — мечу на поднос блюда с раздачи. — Теперь думаю, а не послать ли их на хрен…

12 июля, вторник, время 14:05

Москва, ул. Серебрякова, офис подразделения Росатома.

— Видите ли, Виктор Александрович… — вкрадчивый тон и ласковый взгляд заместителя директора НИКИЭТ мне не понравились с первой секунды. — … слегка изменились обстоятельства.

— Не тяните кота за хвост, — советую небрежно, — время дорого.

— Хорошо, — сладко улыбается. — Дело в том, что китайцы предложили нам миллиард с четвертью, и мы хотели бы…

— Получить с меня столько же, — даже не спрашиваю.

Насчёт цен надо упомянуть, что американский доллар совсем не тот, что прежде. Поэтому ведущие страны, члены БРИКС, в своё время приравняли доллар к комплексной корзине, в которой чего только нет. Марк мне что-то долго объяснял, но я усвоил один момент: новый виртуальный доллар приравняли к девяноста рублям. Наши хотели к ста, есть в этом выгода, но дружелюбные партнёры российские аппетиты урезали. Своего рода стандарт, его так и называют — международный доллар, чтобы отделить от американского, который неуклонно снижает свой курс относительно него.

Курс рубля немного колеблется, но именно что немного и очень туго. Смысл спекуляций практически утерян, а международный рынок уверенно стабилизируется.

— Сначала покажите привод в работе, — поставил условие, которого давно добиваюсь.

— Испытательный полигон на Урале, — сочувственно вздыхает Анатолий Константинович, так зовут собеседника. — Он немного фонит, вы ж понимаете…

— Тогда общую схему, — уступать не собирался. — Я должен знать, что покупаю.

— Увы, — так же сочась сочувствием, разводит руками. — Секретность.

— Сейчас будете кормить меня сказочками, что китайцы вслепую покупают? — в свою очередь утопил его в сарказме.

Сдался. Дополнительная угроза пожаловаться президенту сработала. Конечно, меня заставили дать подписку. А мне что — одной больше, одной меньше. И через час сидел в кабинете у какого-то спеца, который водил световой указкой по видеодоске.

— Лучшее рабочее тело — ксенон, но можно использовать любой газ, — вещал мужчина интеллигентного вида с залысиной. — Реактор, собственно, нужен только для разогрева. Мы добились температуры плазмы в пять тысяч градусов…

Намотал на ус всё, что можно. Теперь я осведомлён, а значит — вооружён. Уже тогда, прямо на ходу прикидывал, что выйдет улучшить и как можно изменить схему. Например, получится ли использовать в качестве рабочего газа пары металлов? Не вижу препятствий.

16 июля, суббота, время 12:45.

Байконур, Обитель Оккама, столовая.

— И ты согласился?

Ищу в тоне друга осуждение или подозрительность. Нет, дежурный вопрос. Молодец, учится всё-таки.

— Условно, да.

— Ты понимаешь, что они сейчас начнут искать новые поводы цену задрать?