"Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чернов Сергей - Страница 110

— Глянь, глянь, на этого придурка, Полин! — Оживлённо и вульгарно тычу пальцем в ведущего сольную клоунскую партию. Начинаю ржать. Полинка осторожно улыбается.

— Пацаны, идите сюда! Приколитесь! — Под шарканье стульев о пол друзья немедленно присоединяются к нам. Девчонкам отдельного приглашения не требуется.

— Вот на этого дурачка с ушами, гляньте! Он и так лопоухий, да ещё оттягивает их! Слышь, придурок! Скоро уши станут, как у спаниеля!

Все смотрят на лопоухого, девочки хихикают и переглядываются. Мальчишки гыгыкают, но по степени воздействия до девчонок им далеко. Всем мужчинам, наверное, знакомо это чувство из детства, страшного неудобства и смущения, когда вдруг стайка девочек концентрирует на тебе внимание, начинает перешёптываться и хихикать. Чувствуешь себя объектом едких насмешек, хотя реально дело может обстоять наоборот. К примеру, ты им всем страшно нравишься, и они решают, кто подойдёт к тебе первой.

Лопоухому не позавидуешь. Вместо того, чтобы повеселиться и поглумиться над ботаником, посмевшим урвать себе симпатичную девчонку, попугать его, поиздеваться, он вдруг сам чувствует себя на сцене в роли артиста-дебютанта, напрочь забывшего свой текст. Над ним веселятся и глумятся. К тому же ботаник не один, их четверо, могут и сами навалять.

Делаю следующий финт. Снимаю маску пай-мальчика, в глазах всплывает угроза, обещание кровавой расправы. Делаю резкое движение к витрине и выбрасываю вперёд руку. Ладонь упирается в стекло точно напротив вытянувшегося лица лопоухого. Рефлекторно тот отскакивает. Тут все начинают ржать по-настоящему. Переключаемся на старшего члена гоп-компании. Тычем в него пальцами, сами корчим рожи, показываем факи, жестами просим подождать, когда мы выйдем…

— Что у вас тут происходит? — Строгий голос останавливает наше веселье. Хотя и причина исчезает, придурки словно испаряются.

— Уже ничего, — поворачиваюсь к строгому официанту, наверное, старшему, — какие-то балбесы на улице рожи корчили.

Друзья, переговариваясь и пересмеиваясь, расходятся по местам.

Дома, вечером.

Расфокусированными глазами пялюсь в планшет. Только что просмотрел ролик: https://youtu.be/BH3LNMFm1vI

Второй раз посмотрел и чувствую, придётся ещё не раз пересматривать. Космический док, сборка космических аппаратов на орбите — будто мои ещё не оформившиеся мысли подслушали. Если бы американцы додумались до этого полвека назад, им не пришлось бы делать вид, что они на Луне побывали. Реально до неё могли добраться без всяких полумифических Сатурнов-5. Могли бы?

Просматриваю материалы по Аполлону. Самый тяжёлый модуль — командный, тянет на пятнадцать тонн. Грузоподъёмность точно существовавшего Сатурна-1Б — 18 тонн. Со стыковкой по словам самих американцев у них не было никаких проблем даже на лунной орбите. Так что на земной могли всё состыковать легко. Затем накачать топливом. И могли сформировать лунный корабль со стартовой массой не сто сорок тонн, а в двести или триста. И плюхнуть на поверхность Луны стотонную блямбу.

Да, могли бы. Не экономили бы каждый грамм.

А вот почему фронтмен ролика высказывается против Луны, не понимаю. Например, тему полезных ископаемых просто в сторону отбрасывает. Может, он таким макаром намеренно маскирует исключительную важность Луны? Из неё ведь можно сделать замечательный трамплин в большой космос. Естественный космопорт. Самое сложное и относительно лёгкое оборудование доставляется с Земли на лунную орбиту. Люди тоже. Да, там тоже нужен док и заправочная станция. Детали космических аппаратов, из которых формируется корпус и массивные части, вроде топливных баков, цистерн для воды и прочее, забрасываются с Луны. Полезная нагрузка при выходе на лунную орбиту около пятидесяти процентов даже на современных движках. К тому же удельный импульс ракетных движков в вакууме процентов на десять больше.

Довольно-таки тягомотно получается. И заметно более долгий процесс. И всё-таки лунный док мне представляется более привлекательным, чем у Земли.

Есть такой момент. Чтобы оторваться от земной орбиты, корабль должен поднять скорость от первой космической до второй. С восьми километров в секунду до одиннадцати. Чтобы оторваться от Луны надо набрать скорость с 1680 м/с до 2375 м/с, то есть прибавить в скорости не три километра в секунду, а семьсот метров в ту же секунду. Три и ноль семь, разница существенная.

Хотя с использованием доведённых до ума ионных движков с умопомрачительным удельным импульсом выгоду лунной орбиты можно нивелировать. Однако по полезной нагрузке запуск с Земли вряд ли когда-нибудь догонит старт с Луны.

— Qu'est-ce quetu regardes, — на плечи наваливается Кир. Молодец он всё-таки! По-французски шпарит не хуже любого парижанина. Что смотрю? Про космос, вестимо.

— Sur l'espace.

При любом раскладе ясно: нужна сверхтяжёлая орбитальная станция, док, верфь для строительства космических аппаратов на орбите. На земной орбите. Будем осваивать Луну или не будем, без дока на земной орбите всё равно не обойдёшься.

В целом этот ролик меня успокаивает. Если контроль над Луной действительно не даёт стратегического ультимативного преимущества, то и дёргаться нечего, пусть американцы себе зубы об неё обламывают. Переслегин утверждает, что взять всё и никому не отдавать не сможет никто. Любой надорвётся. Луну целиком, пожалуй, тоже никто не хапнет. Кстати, это не совсем хорошо. Чревато космическими войнами.

Когда после турников и чистки зубов укладываюсь в кровать, додумываю ещё одну мысль: возможно, что Луна не будет уникальным космическим шлюзом. Зря англосаксы такие мечты лелеют. Сверхтяжёлая ОС (орбитальная станция) с определёнными производственными возможностями тоже может играть роль шлюза. Да, на Луне ОС энергетически более выгодна, но, поди, её ещё построй. До земной орбиты намного ближе.

И ещё всё сильнее свербит, как камешек в ботинке, раздражающая мысль, что я опаздываю. Две тысячи двадцатый год, ядерный космический привод создан, Луну фактически делят, а я в пятом классе сижу. Надо спурт врубать, иначе никуда не успею…

1 декабря, музыкальная школа.

Саксофон альт. Поначалу пришлось выяснять, какой в школе, я же не копенгаген. Выяснили. Теперь в гордом одиночестве сижу в отдельном классе, как принц. Тренирую пальцы и дыхалку, играю гаммы и кое-какие связки из прошлого мира. Получается так себе, но для первого раза сойдёт.

Как чувствую, научиться будет не сильно сложно. Исключительно механику придётся выстроить, пальцы разработать.

— Ну, как? — В класс заходит Николай Михайлович Семенихин, директор и человек. — Успехи есть?

Сразу он мне показался хорошим человеком. Иллюстрация мнения, что полные крупные люди обычно добрые. С короткой бородкой и бакенбардами, красиво обрамляющими круглое лицо.

— Продемонстрируешь?

— Нет, Николай Михайлович, — опустив руки вниз, потряхиваю кистями, — доупражнялся до судорог. Если минут через десять хотя бы…

— Через десять, так через десять, — легко соглашается директор. С ним вообще очень легко иметь дело.

— Я б на Катю посмотрел…

— Пойдём, только заходить не будем, у двери постоим.

Подходим по коридору к классу фортепьяно. Мимо нас проходит фея. Тут три или четыре преподавательницы, пока не пересчитал, и все красивые. По разному, но все. Есть одна, типаж тургеневской барышни, интеллигентной и утончённой. Та, что мимо прошла, с ногами и бюстом. Интересно, директор их по экстерьеру подбирает? Или так само собой сложилось?

Слушаем у приоткрытой двери фрагменты от Кати. Перемежаются поучающими речами педагога. Когда метресса удовлетворяется исполнением, безрезультатно пытаюсь уловить разницу, которой она добивалась от Кати. У меня что, слуха нет? В смысле, требуемой тонкости? А и ладно, лишь бы лабать на саксофоне хватало.

Директор удивился после прослушивания моих экзерсисов.