И даром не нужна (СИ) - Шторм Елена - Страница 8

Лучик?

— К тебе это тоже относится, — пытаюсь улыбнуться, как бы черно ни было внутри.

Девчонки оказываются ловкими и проворными. Я боюсь, что они будут как те, что мыли меня, парализованную — бесчуственными, грубыми. Но они не такие — и постепенно, даже очень быстро я таю по отношению к ним. Они помогают, дают простые советы. Особенно Роза.

Внезапно я думаю, что мне впервые повезло с кем-то в этом мире! Роза кажется неравнодушной к моим бедам. Было бы здорово и впрямь ухватиться за такого человека. Разговорить. Заключить сделку, взять её с собой.

Только вот…

— Насчёт того, что сказал принц, — язык не поворачивается назвать гада «его высочество». — Ты хочешь быть моей служанкой? Отправиться со мной?

Девушка внезапно мнётся, глядит в пол.

— Это была бы честь для меня.

— Но?

— Земли его высочества? Это очень далеко! И опасно. И…

— Хорошо. Ладно. Знаешь, расскажи мне о землях принца и не бери остальное в голову.

Сердце сжимается. Конечно, ей лучше здесь — и она не хочет лететь за тридевять земель в иное место! О чём я думаю?

Конечно, я не заставлю первую попавшуюся девушку помогать мне насильно. Вообще никого из них не возьму, даже если беловолосый мерзавец будет плеваться ядом.

Её лицо светлеет. Правда, потом… Я вроде бы уже ко всему стараюсь подготовиться, но от того, что она рассказывает о землях принца, снова что-то скребётся в груди.

Это край империи.

Империя, кстати, вполне настоящая: разные расы, объединённые под пятой правящей семьи… Мне не повезёт отправиться на север. Там холодно! Нужна тёплая одежда. А нравы? Роза говорит, «варварские», и я едва не смеюсь! Земли недавно присоединённые, порядка никакого.

Но лучше всё увидеть своими глазами.

Спасибо девушкам, они действительно приносят мне и три тёплых платья, и накидки, и сапоги. Не знаю, с чьего это плеча — но всё замеряют по мне, уносят обратно и уже вечером возвращают, подогнанное по размеру. Даже кажется, что без магии не обошлось! Приносят и сумку (спасибо, что не дубовый ларец), дают зубной порошок и какое-то масло для рук, а ещё пару «лечебных» микстур, которые я вряд ли решусь открыть, даже если поранюсь.

Я наконец отмываюсь от тюремного запаха и расспрашиваю девушек о местной жизни.

Вечером пытаюсь попасть к императору. Увы, проще сказать, чем сделать! Всё, что мне удаётся — послать ему записку. И получить в ответ: «Подарок, я объясню брату, что если он навредит тебе, то пойдёт против моей императорской воли. Это недопустимо. Будь спокойна».

Спокойствия во мне ни на грош. Но… увы, что есть.

Видимо, за этот день я не успеваю вымотаться, так что сплю хуже, чем в камере. Мне снятся ледяные земли и злые ветра.

А на утро в комнату вновь заходит беловолосый гад.

— Идём, — говорит, даже не спросив, готова ли я.

Сжимаю зубы. На его счастье, я готова. И на моё собственное тоже — как бы то ни было, скоро я уберусь из этого кошмарного места, из его общества!

Служанки подхватывают мои собранные вещи и спешат за нами.

В этот раз мы идём наверх.

И наверх.

Но когда выходим на площадку на крыше дворца, я теряю дар речи.

Площадка огромная. Залитый светом овал, ничем не огороженный и ровный. Его портят лишь пара выходов вроде нашего и маленькая сторожка с краю.

Внизу с трёх сторон раскинулось море. Только впереди виднеется длинный мост, ведущий в… это явно большой город. Больше, чем я думала! Дома облепили скалы и рассыпались по холмам, белые крыши сверкают на солнце. Какие-то величественные башни тянутся вверх как грибы.

Но удивляет не это.

Удивляет то, что творится на крыше.

Во-первых, она исчерчена непонятными линиями. А во-вторых недалеко от нас, в одном из мест, где линии сходятся, стоят… сани.

На крыше.

Ну, почти сани! Большая повозка на полозьях, с тремя сиденьями. Не запряжённая. Пустая, если не считать мужичка, который что-то жуёт, прислонившись к небольшому крылу сбоку. Два охранника скучают рядом.

Все вытягиваются, глядя на нас. А принц спокойно идёт в их сторону.

— Ваше высочество! — один из охранников вышагивает вперёд. — Леди. Его императорское величество прислал вам в дар повозку.

Не сразу понимаю, что это «вам» относится ко мне лично.

— Бесподобно, — беловолосый гад кривится при упоминании брата. Разворачивается и делает широкий жест рукой. — Ну вот, и ты получила подарок. Садись, полетишь.

Он… издевается, да?

Я вчера попыталась кое-что узнать об этом мире. Почти усвоила мысль, что «чудеса» здесь таковыми не являются и меня ждёт ещё много потрясений. Но даже милые служанки не знали, как меня отправят на север! Сейчас у них глаза, как и у меня — со старинную монету.

— В смысле полечу? — переспрашиваю. — По воздуху?

Охранники стоят и брутально молчат, принц холодно улыбается.

Я отворачиваюсь и делаю несколько шагов в сторону, тяжело дыша.

— Можешь полететь по земле, если так больше нравится, — раздаётся ядовитое со спины.

— Вы летали на этом? — снова разворачиваюсь к мужчине.

— Зачем? Мне нет нужды.

Ну да. По-моему, никому нет нужды садиться в сани на крыше и чего-то там ждать от жизни дальше.

— Вы умеете летать иначе? Как… — хочу сказать «как маг», но вспоминаю полупрозрачные крылья за его спиной и слабо вздрагиваю.

— Я дракон, девочка. — Кажется, он идеально чувствует мою слабость. На дне светлых глаз вспыхивает алый огонь. — Я ведь уже показал тебе.

Дракон…

Холод пробегает по спине.

Да, он показал мне при первой встрече что-то. Какое-то безумие, похожее на спецэффекты наяву — со своей кожей и чешуёй. И всё же!

— Что значит «дракон»? Вы превращаетесь в… — Нет, не в чудовище. Чудовище он по жизни. — Вы превращаетесь в большого зверя?

— Это значит, что я из тех, кто подчинил зверя. Мы правим этим миром. Но не думаю, что ты поймёшь.

Да, пожалуй, сейчас и пытаться не стоит.

Я трясу головой. Хочу потереть лицо, но этот жест выдаст слишком много слабости. Зверь? Звучит даже не как последний гвоздь в крышку гроба моей надежды — звучит как приговор само по себе!

Его даже человеком назвать нельзя?

Да, это ведь он звал меня «человечкой». Презрительно и холодно! И меня пугает даже не метаморфоза, которую я могу увидеть. А то, насколько это хорошо объясняет всю его… бесчувственность.

Эгоистичность.

Между нами — пропасть. Как в положении, так и в способе мыслить. Он, наверное, и правда чувствует себя хозяином жизни, а меня — ручным зверьком!

— Садись, — кивает «хозяин» на сани.

— И всё? Вы просто отправите меня, неподготовленную, на летающей повозке по небу? — голос всё-таки садится. Это же слишком опасный вариант! У него будет лёгкий способ убить меня — просто сбросив каким-либо образом с высоты.

А сани, словно отзываясь на мои слова, вздрагивают. Издают какой-то звук, похожий на утробный стон!

Зато беловолосый мерзавец неожиданно пристально смотрит на меня.

— А ты хотела чего-то другого? — презрительно. — Чтобы я понёс вас со служанкой в зубах? Или на спине?

— Служанка со мной не поедет.

— Тьма дорогая. Почему?

— Потому что вы дали мне право выбрать.

Каким-то образом я не отступаю, даже услышав про дракона — и искры льда взвиваются в серых глазах.

— Строптивая птица. Тогда хочешь, чтобы я нёс тебя одну? Женщины от такого без ума, да.

Глубоко вздыхаю.

Нельзя давать ему лишней власти над собой. К тому же, если повозку прислал император (тоже дракон?), она должна быть не такой опасной. Ну же: смогу я порадоваться, что путь на север по воздуху займёт меньше времени? И не придётся трястись на средневековой дороге?

А ещё мне вдруг приходит в голову, что беловолосый принц и впрямь женщин стесняться не привык. Все эти его повадки — что при первой нашей встрече, что вчера. Он кичится этим?