Старый, но крепкий 9 (СИ) - Крынов Макс - Страница 16

— Сей-сию секунду! Прошу вас, господин Бронсон, пройдемте!

И, прижав к груди тряпки, пошагал вглубь особняка. Я последовал за ним, отмечая, что особняк был куда лучше, чем мне показалось изначально.

С каждым шагом по скрипучим дубовым ступеням и застеленным выцветшими коврами коридорам воздух вокруг меня менялся — становился гуще, тяжелее. С каждым десятком шагов концентрация Ци в стенах росла. Из-под слоев штукатурки, из-за гобеленов проступало сияние рунных печатей — сложные, переплетающиеся узоры, оплетавшие здание.

Мягкие, почти невесомые плетения энергии задевали и меня, проверяя, сканируя, но не враждебно — как хорошо выдрессированный пес, присматривающийся к незнакомцу и ждущий команды хозяина.

Особняк строили долго, вплетая в него силы, накопители. Проводили ритуалы — не те, что я организовывал с Мэй Лань, а более кровавые, с обязательными жертвоприношениями — от стен тянуло холодом, костяной мукой и прахом. Монументальный рунный массив вколачивали в камень, заклинали десятком практиков, вплетали в защиту злых духов и заставляли служить хозяевам этого места духов нейтральных — я чувствовал чужое внимание — как оценивающее, так и недоброе.

Тот, ради кого это место и было создано — принц, наследник королевской крови, уже прибыл и начал напитывать центральный накопитель особняка своими силами. Но строение было велико, а свободной духовной энергии у одного принца не может быть много. Думаю, он не зарядил накопитель и на четверть, потому особняк и не пробудился сразу во всей своей мощи.

Но для защиты самого принца этой мощности хватит с избытком. Эти стены помогут выстоять Эдвину и против целого отряда практиков.

Наконец, слуга, весь красный и запыхавшийся, остановился у высокой дубовой двери, украшенной резным королевским гербом.

— Пожалста, господин, — выдохнул он и, не дожидаясь ответа, пулей помчался стелить простыни.

Я толкнул тяжелую дверь.

Кабинет был просторным и, в отличие от остального особняка, безупречно чистым. Воздух здесь был особенно густ от сконцентрированной духовной энергии.

За большим столом из темного дерева сидели двое. На главном месте, в резном кресле, — принц Эдвин: свежий, улыбающийся. Напротив него, ссутулившись и устало потирая покрасневшие глаза, сидел Чили.

Я сделал шаг вперед, прикрыл дверь (раздался мягкий щелчок механического замка) и оказался внутри плотного кокона из рунной вязки.

— Китт! — принц первым нарушил тишину, легко поднимаясь с места. — Рад тебя видеть! Я слышал, в секте тебя вчера не было. Где пропадал?

Я склонил голову.

— Ваше Высочество. — Затем перевел взгляд на его спутника и просто кивнул. — Чили. Я проверял школу Небесного Гнева, следуя вашему поручению.

Чили, не говоря ни слова, тяжело поднялся и направился к стене, уступая мне место. Принц тут же кивнул на освободившийся стул.

— Прекрасно. Сейчас и обсудим. Садись.

Я подхожу поближе, и не успеваю еще сесть, как замечаю некую странность.

Чистую, мать ее, мелочь.

Стул, на котором я вижу сидящего и пышущего здоровьем принца, на деле пуст. Моя способность, с помощью которой я могу ощупать пространство даже в закрытой шкатулке, и понять, что же там лежит, никак не видит принца. И не потому, что принц закрыт со всех сторон защитными амулетами, а потому, что на стуле попросту никого нет.

Воспоминания навалились, будто ждали этого момента пару предыдущих месяцев.

Я вспоминаю, что ни разу за все встречи не чувствовал разума принца. Правда, считал, что у него лишь излишне хорошие защитные артефакты.

Вспоминаю, как во время путешествия с принцем по подвалам его особняка услышал, как за спиной застучали каблуки, но когда обернулся, никого не увидел. Как во время дождя не услышал плеска от обуви принца, хотя Чили вполне себе шлепал по лужам. Я тогда уловил некую странность, но осознать, ВОСПРИНЯТЬ ее не сумел — будто чья-то техника, чья-то иллюзия прятала от меня реальность.

Вспоминаю, как принц отказался путешествовать со мной порталом, зато попросил телепортировать Чили. Тогда я подумал, что Его Высочество мне не доверяет, но суть, похоже, была в том, что принц Эдвин попросту не может существовать вдалеке от Чили. И вздумай я его телепортировать, попросту лопнул бы, как надутый ребенком пузырь.

Принца не существует.

Наделенного властью человека, который заботится о королевстве, в этой комнате нет. А может, не было никогда.

— Чего застыл? — с дружелюбной улыбкой спрашивает принц. И, похоже, тот, кто управляет принцем, уже знает ответ на этот вопрос, потому как улыбка так и не сходит с лица «Эдвина», только становится все более застывшей, неживой. Восковеет кожа, мутнеют глаза, и вот неотличимая от человека иллюзия уже перестает быть такой мастерски сплетенной. Словно кукловод, ранее сосредоточивший все внимание на кукле, оттягивает часть его обратно, для других целей.

Я, игнорируя вопрос куклы, медленно оборачиваюсь к стоящему в трех шагах от меня Чили, к которому и тянутся все потоки силы от особняка. Которого считают носителем королевской крови.

— Полагаю, нужно поговорить, — говорю хрипло, просчитывая варианты побега.

Старый слуга уже не притворяется старым слугой — уже не смотрит на меня с неодобрением, как на непутевого практика, к которому невесть с чего хорошо относится принц — как понимаю, это тоже было частью игры. Он теперь выглядит донельзя спокойно и уверенно. И смотрит на меня как на соперника перед партией в шахматах.

Я не стал призывать ледяной доспех, да и превентивно не ударил по двум причинам — во-первых, сам Чили не демонстрировал желания прикончить человека, раскрывшего его маленький секрет. А во-вторых, кабинет был оплетен рунами силой так плотно, что даже телепортация отсюда будет сопряжена с некими рисками, не то что применение каких-то техник, которые формация посчитает угрозой для находящегося в комнате человека.

— Полагаю, можно, — говорит Чили. Голос старика неуловимо меняется — становится надтреснутым, слегка дребезжащим. В волосах чуть добавляется седины, плечи становятся малость шире, и вот рядом со мной стоит совершенно другой человек, пусть и похожий на «дворецкого». Видимо, старик убрал с себя абсолютно все иллюзии, и выглядит он на самом деле так.

«Принц Эдвин» молча, не переставая улыбаться, встает и механически шагает к стене, застывая рядом с ней. Старик же, не посмотрев на иллюзию, спокойно обходит стол и садится на место куклы.

— Как понял, что вместо Эдвина иллюзия? — спрашивает сходу.

Хороший вопрос. Уже тем хороший, что практик не пытается успокоить меня, мол, настоящий принц сейчас в столице, а я вот путешествую между городами и от его имени и облика выполняю разные задания. А раз не убеждает, что ему надо бы сделать сразу, чтобы расслабить меня, то настоящего принца, скорее всего, и нету.

— Провел ритуал при повышении ступени, получил превосходный навык, позволяющий более полно воспринимать реальность.

Обтекаемое и слишком мутное описание, но черта с два я буду говорить практику, который специализируется на иллюзиях, как эти иллюзии против меня настроить.

— Велики твои таланты, Китт, — голос Чили полон иронии. — Ладно. Давай начнем со школы Небесного Гнева, а как уже поговорим о ней, сможешь задать свои вопросы по увиденному.

А я и не против. Мне и в радость потянуть время — как раз решу, как из этой задницы выбираться.

Я и рассказал, в деталях. Про рунную комнату сказал, про ее общую заброшенность и о том, что собираюсь починить тамошние недочеты. А параллельно с этим пробовал дотянуться до ближайшей печати, стоявшей в подвале секты. Печать ощущалась далекой — защита связывала и теневую магию, но кое-как дотянулся и попытался подпитать тонкий лучик этой связи. Раньше таким не занимался, потому с первого раза ничего не вышло.

Все-таки недочет защиты «от всего», которая стояла в особняке — в излишней ослабленности этой защиты по отношению к сильным практикам определенного направления. Нельзя качественно защититься от любых навыков. Окажись на моем месте зеленый послушник секты, он бы черта с два телепортировался, а вот я, наверное, вывернусь. Целым не выскочу — тут придется как через колючую проволоку прорываться. Но шансы выжить есть.