Моя нестрашная сказка (СИ) - Морозова Мария - Страница 5

Я обреченно посмотрела на шкаф. Туда уже не один год подряд складывалось все, что выбросить жалко, а девать некуда. Старые папки с документами и без, коробки разных размеров, о содержимом которых мы не имели ни малейшего понятия, справочники еще советских времен, что так любил наш бывший директор. И где-то там был погребен мешок праздничных украшений.

- Вон, я его вижу, - прищурилась Света. – Красненький такой мешок. Точно они.

- Уверена?

- Уверена. Это фирменный пакет из какого-то французского супермаркета. В нем Оля после Нового года приносила на пробу французские деликатесы. Перед тем, как игрушки складывать, я его еще отмывала в туалете от жутко вонючего сыра.

- Тогда ладно, - со вздохом поднялась я.

Шкаф был не сильно высокий, и к счастью, мне хватило роста, чтобы ухватиться за ручку пакета. Я дернула, но он не даже не шевельнулся.

- Зацепился, что ли? – поморщилась я и дернула посильнее.

Остальное произошло буквально за какие-то несколько секунд. Раздался шорох, и я заметила, как со шкафа стремительно съезжает огромная коробка. И съезжает прямо мне на голову. Где-то испуганно пискнула Светка, а я уже приготовилась попрощаться если не с жизнью, то со здоровьем точно, но вдруг чья-то рука перехватила коробку прямо надо мной и остановила падение.

- Юлия Игоревна, - пробормотал мне на ухо Горин, - что же вы так неаккуратно?

Он легко удерживал коробку, а второй рукой обнимал меня со спины, и так крепко, что я почувствовала биение чужого сердца.

- Все в порядке? – теплое дыхание коснулось виска.

- В п-порядке, - ответила я сбивчиво то ли от испуга, то ли от смущения.

От выпустил меня и пристроил коробку на край стола.

- Ой, Дмитрий Романович, - подбежала коллега. – Вы нашу Юлю прямо спасли.

Света попыталась поднять коробку и изумленно охнула, ей не удалось оторвать ее даже от стола. Кирпичи там что ли?

- Да она же тяжеленая. Килограмм десять, не меньше. А вы ее так лихо одной рукой поймали.

Я с изумление покосилась на мужчину. Он ведь так спокойно подхватил этого монстра, почти одними пальцами, и перенес на стол без видимых усилий. Такая силища вообще бывает?

- А что у вас в ней? – поинтересовался мужчина.

Кряхтя Светлана открыла коробку и перед нами оказались плотно уложенные куски толстой плитки, по виду мраморной или гранитной.

- Образцы… - протянула женщина. – Это нам летом облицовочную плитку предлагали. Вот и принесли показать всякого. А мы на шкаф спрятали и забыли.

- И зачем вам сейчас вдруг понадобилась эта плитка? – недоуменно приподнял бровь мужчина.

- А нам не плитка нужна, а пакет, - улыбнулась я. - Вон тот красный.

- Этот? – Дмитрий Романович без труда снял мешок, а потом еще пошарил на шкафу и стащил оттуда большую картонную папку.

- Она вам сделала наклон, - задумчиво повертел ее в руках начальник. – Вот ящик и съехал. Вы бы хоть на стул встали, Юлия Игоревна.

Я покосилась на свое кресло на колесиках и хихикнула:

- Это был бы акробатический номер, достойный цирка Дю Соллей

- Мы просто кабинет хотим украсить, - сказала Светлана. – Игрушка вот искали. Вы же не против?

- Нет, не против. Это здорово.

- Ой, - всплеснула руками женщина, - а хотите, Юля и ваш кабинет украсит?

- Буду рад, - обаятельно улыбнулся мне мужчина.

- Я к вам минут через десять зайду, хорошо? – ответила ему улыбкой, а сама за спиной показала подруге кулак.

- Тогда я вас жду, - ответил мужчина и вышел.

- Ну вот, - преувеличенно грозно посмотрела я на коллегу и потрясла пакетом, - теперь придется от сердца отрывать самые красивые игрушки.

- Знаешь, я бы для такого мужика тоже чего-нибудь оторвала.

- Это прозвучало как угроза, - рассмеялась я. – Боюсь, Дмитрий Романович бы не оценил.

В итоге, я выбрала из пакета небольшую настольную елочку, украшенную крошечными игрушками, и самую прилично выглядящую гирлянду из мишуры. Завернула все это бумагу, чтобы не светить перед офисными сплетницами, и отправилась к начальнику.

- Я не буду вас сильно отвлекать, - пробормотала, пристраивая елочку возле монитора Горина.

- Вы не отвлекаете, - улыбнулся тот. – Вы принесли мне праздник, Юлия.

- Это просто пара скромных украшений, - смутилась я и направилась к окну.

Директорский фикус в объятиях мишуры смотрелся очень даже мило. Думаю, этого вполне хватит. Все же Горин – хозяин строительной фирмы, а не заведующий детским садом. Обилие блесток, снежинок и шариков здесь было бы совсем не уместно.

Закончив с украшением, я на минуту задержалась у окна, за которым переливался праздничной иллюминацией соседний торговый центр. Несмотря на то, что был разгар рабочего дня, посетителей там хватало. Люди выносили набитые едой пакеты с логотипом супермаркета, коробки, елки, упакованные в целлофан. Дети тянули родителей к деревянным горкам, установленным перед торговым центром. Куда-то стремительно помчался мужчина в шубе Деда Мороза.

- Праздник к нам приходит, - пробормотала я еле слышно.

- Чего вы ждете от нового года? - так же тихо спросил мужчина, незаметно подошедший совсем близко.

- Не знаю, - я грустно улыбнулась, не отводя взгляд от улицы. - Глупо говорить, что я жду чуда, да? Но иногда так хочется, чтобы в жизни появилось немного сказки.

- Иногда сказка бывает гораздо ближе, чем ты думаешь, - теплое дыхание пощекотало мой висок.

Подняла глаза и поймала взгляд Горина в отражении стекла. То ли отблески огней с улицы, то ли особенности офисного освещения вдруг окрасили его радужки странными желтыми оттенками. А я вдруг поняла, что мы стоим непозволительно близко друг к другу. Да и говорила я ему сейчас непозволительно личные вещи.

- Простите, - пролепетала я, отшатнувшись. - Наверное, мне пора работать.

- Наверное, - вздохнул Дмитрий Романович.

Извинившись еще раз, я пулей вылетела из кабинета, а спину мне жег серьезный пронзительный взгляд.

***

Я быстро шла через небольшой сквер от остановки к дому. Мороз пощипывал щеки, в сугробах возились дети, строя неуклюжую крепость, а под ногами бодро хрустел снежок, который не успели убрать коммунальщики. И я уже предвкушала, как приду домой, надену теплые носки, заварю огромную чашку чая с малиновым вареньем и укутаюсь в любимый плед. Но неожиданно дорогу мне заступила невысокая мужская фигура.

- Юля, - хрипло произнес знакомый голос.

- Гоша? Опять ты?

- Юль, мне очень нужны деньги, - сбивчиво забормотал он. – Я играю, выигрываю, потом опять проигрываю. Я снова должен им.

- Гошка, - простонала я, - ну что ты творишь?

- Я не могу по-другому, понимаешь? Не могу.

- Уезжай. Уезжай из Москвы. У тебя же родители под Омском, уезжай к ним. Там тебя не достанут.

- Я не для того в Москву приехал, - окрысился бывший, - чтобы потом в деревню возвращаться. Ты-то хорошо устроилась, коренная москвичка, с квартирой, с работой. Хозяйка жизни. А что остается таким как я?

- Дурак, - устало покачала я головой.

Ну какая хозяйка жизни? Разве мне все приносили на блюдечке с голубой каемочкой? Наша семья никогда не шиковала. Были и финансовые проблемы, и необходимость родителям работать на трех работах, и долгая болезнь бабушки, которую подкосила смерть деда. Сенька, мой двоюродный брат, ездит вахтами на север, чтобы накопить на первый взнос по ипотеке и жениться, я никак не насобираю на нормальный ремонт. А Гоша вбил себе нелепое заблуждение, будто в Москве все рождаются с золотой ложкой во рту.

А тот все больше и больше распалялся.

- Да если бы не твоя хата, я бы даже на тебя не посмотрел, - выпалил он яростно

- Не хочу больше слушать, - поморщилась я и развернулась, собираясь идти домой.

- Я еще не договорил, - прошипел мужчина и сильно дернул меня за рукав пальто.

- Пусти, - возмутилась я.

- Дай мне денег, дура, - зашипел Гоша и затряс меня, как игрушку.

- Сам дурак. Отпусти, а то закричу, - я извернулась и пнула его по колену.