Развод. Верни мне сына (СИ) - Владимирова Оксана - Страница 13

— Расспрошу и ваш артефакт отправлю на экспертизу в столицу, — хищно улыбнулся граф.

Ну хоть это он сделает. От облегчения я разжала стиснутые на подлокотнике руки. Я точно знаю, что есть люди в нашем городке, которые не станут скрывать правду. Надеюсь, именно их и будет опрашивать господин имперский следователь.

— Спасибо.

— Что же мне с вами делать, госпожа Марино? — граф смотрел на меня так, как будто уже решил, как со мной поступить, и моё мнение его интересовало постольку-поскольку.

Я опять напряглась. Сидя в тюрьме, я не помогу Райну. В груди всё сдавило, едва я вспомнила, как он вырывался из объятий Грэйс, спеша ко мне. Прикрыв глаза, я отогнала от себя воспоминания. Моя голова сейчас должна быть светлой и занятой нашей увлекательной беседой с графом, иначе мне никак не помочь Райну.

— Понять и поверить, — серьёзно взглянула я в глаза Порте.

Улыбаться ему и кокетничать сейчас не время, да и сил на это совсем нет.

— Я, в связи с создавшейся ситуацией, уже связывался с герцогиней Верро, — буквально на секунду граф закатил глаза, а потом снова превратился в холодного, расчётливого дракона. Видать, разговор у него с Лаурой был тяжёлым.

— И что она вам посоветовала?

— Госпожа Марино, если бы не заверения герцогини, что вы порядочная женщина, я бы с вами в данный момент по-другому разговаривал.

Интересно, по-другому — это как? У меня от этого разговора все поджилки трясутся, ощущение такое, как будто я весь день мешки с картошкой таскала. Неужели граф может ещё жёстче допрашивать?

— Сердечно благодарю вас, — склонила я голову, не удержавшись от ехидных ноток в голосе.

Похоже, у меня от стресса и напряжения весь страх улетучился. Говорю, что в голову взбредёт.

Тиканье часов опять резануло по ушам. Я посмотрела на графа.

— За вас внесли залог, поэтому вы отправляетесь в столицу, под крылышко к герцогине, пока я тут веду расследование, но если я обнаружу, что вы хоть в чем-то замешаны…

— Подождите, — оборвала я графа. Непонимание, смешанное с возмущением, забурлило в груди. — Вы предлагаете мне оставить сына и уехать?

— Для вас, госпожа Марино, это наилучший вариант.

Серые глаза господина Порте сверлили меня.

Это он сейчас на полном серьёзе считает, что мать может ради собственной безопасности бросить своего ребёнка с убийцами? Он в своём уме?

— Нет. Я никуда не отправлюсь. Я бесконечно благодарна Лауре за её помощь, но лучше сидеть тут в тюрьме, чем быть в комфорте, но за сотни километров от моего сына.

Тик. Так. Тик. Так.

— Я буду тщательно следить за вашим сыном. С ним ничего не случится.

— Нет.

— Вы согласны отправиться обратно в тюрьму?

— Согласна, — сложила я руки на груди.

Я что-нибудь придумаю, правда быстро восторжествует, не все же люди лжецы. Взять хотя бы Вивьен, она точно не станет лгать на счёт моих моральных устоев.

— Хорошо, — граф встал со своего места.

Я тоже встала.

Граф подошёл к двери кабинета и открыл её, тут же показался тот самый стражник, который грубо со мной обращался, даже место на спине, куда он меня всё время тыкал, заныло.

— Прошу, — сказал граф, указывая рукой на коридор.

Вздёрнув подбородок, я прошла к двери. Граф Порте неожиданно остановил меня рукой, он оказался настолько близко, что я рассмотрела в его серых глазах зелёные крапинки и ощутила аромат лайма, свежести моря и сандалового дерева, исходящего от него.

— Лаура велела мне отправить вас к ней портальным камнем, вы могли бы быть сейчас далеко от всей этой грязи. Не поменяете решения? — голос следователя звучал как у змея-искусителя.

— Мы это уже обсуждали, господин имперский следователь, — я отодвинула руку графа.

Раздражение начало закипать в груди. Сколько можно повторять, что я не оставлю своего сына в опасности.

Порте снова остановил меня.

Что ему нужно? Не наигрался?

Граф прикоснулся к моему плечу и пустил импульс магии.

Антимагические наручники спали. От нахлынувшей силы, что не могла свободно во мне циркулировать, я покачнулась и посмотрела в глаза Порте, едва сумев сфокусировать взгляд.

— Что происходит? — спросила я, потому что мне казалось, что со мной играют, как кот с мышью перед тем, как её съесть.

— Я не сказал вам о втором выходе из вашего положения, — холодно глядя мне в глаза, ответил граф. — Вы остаётесь в городе, никуда из него не выезжаете и не лезете в дело, которое я расследую, иначе посчитаю это препятствием следствию и посажу вас в тюрьму.

Остаться в Тиронхейне, рядом с Райном? Для меня это самое лучшее, что можно было предложить.

— Благодарю вас, граф, — с благодарностью я смотрела на следователя.

Мне хотелось броситься ему на шею и с благодарностью обнять за то, что он сделал для меня. Эмоции кипели в крови вместе с магией, которая прочищала магические каналы и рвалась наружу.

— Рано меня благодарить, госпожа Марино. Если я установлю, что вы виновны, пощады от меня не ждите. Тут вам и герцогиня не поможет.

От холодного взгляда графа улыбка сползла с лица. Бросил ложку дёгтя в бочку мёда. Но я ни в чём не виновата.

— Буду молиться, чтобы вы нашли злоумышленников. Всего хорошего, — присела я в реверансе и вышла наконец в коридор.

Суровый стражник молча вывел меня к выходу и, не церемонясь, без лишних слов сопроводил на улицу.

Едва дверь за мной закрылась, я вдохнула свежего осеннего воздуха. У нас на севере осень быстрее приходит, чем в столице. Листья на деревьях уже стали наливаться желтизной. Ночи были холодные.

Я как будто в первый раз увидела Тиронхейн. Мрачный суровый город необычайно красив в своей строгости. Я двинулась по улице. Ноги сами собой несли меня к дому, где остался мой сын. Я должна узнать, как он себя чувствует, что с ним случилось? Сердце тревожно билось в предвкушении встречи, я ускорила шаг и когда приблизилась к воротам дома, то уже не шла, а бежала.

Железные, закрытые ворота поумерили мой пыл. Я с нетерпением прикаснулась к ним магией, пытаясь открыть и наконец-то пройти к своему сыну, но руку обожгло, ворота не открылись.

Всё опустилось вниз. Тревога разрывала грудь.

Так. Похоже, ворота перенастроили, чтобы я не попала в дом. Но ничего, сейчас позову охранника. Я что-нибудь придумаю.

— Откройте, пожалуйста, — крикнула я в будку, где виднелся силуэт сторожа. — Это я, госпожа Марино, бывшая хозяйка.

Будка открылась, и оттуда вышел незнакомый мне мужчина. Я с недоумением смотрела на него. Холодный, равнодушный и недовольный взгляд говорил, что он меня не знает и, скорее всего, даже слушать не будет.

Но я не сдамся!

— Здравствуйте, я мама Райна. Можно мне навестить сына? — как можно вежливее и твёрже спросила я.

— Не велено! — грубо ответил охранник, развернулся и пошёл обратно в свою будку.

К горлу подступила паника. Как не велено? Лукас же обещал, что даже если я уйду, то в любой момент могу увидеться с Райном.

— Господин Зенон дома? Позовите его! — сама не своя от создавшейся ситуации, приказала я.

— Господин Зенон ушел, госпожа Зенон тоже, — не оборачиваясь бросил охранник.

Да что же это такое? Почему меня не пускают к сыну? Захотелось создать боевой пульсар и запустить его в замок ворот.

— Что с младшим господином Зеноном? С ним всё в порядке? Кто сейчас с ним? — требовала я ответа.

Охранник резко остановился и развернулся.

— Иди отсюда, пока жива, иначе вызову стражу и тебя снова в тюрьму упекут.

От грубости мужчины я как будто прозрела. Грэйс исполнила то, что хотела! Меня вышвырнули за дверь без сына, и теперь меня не пустят к моему сыночку!

— Неужели у вас нет матери, и вы не понимаете, как может рваться материнское сердце к собственному ребёнку? — с горечью спросила я у охранника, надеясь, что мои слова заставят его хоть немного смягчиться.