Цена пророчества - Карелина Анна - Страница 14

Коридор второго этажа освещался тусклыми магическими кристаллами под потолком и узкими, высокими окнами. Даже со стеклом, а не со слюдой или бычьим пузырём. Я подошла к одному из них. На окне за ночь расцвели причудливые морозные узоры – папоротники и ледяные розы. Но через верхнюю часть, куда художник-мороз не достал, можно было выглянуть наружу. Я встала на цыпочки и подтянулась на подоконнике.

В предрассветных сумерках улица стояла пустая и серая. Домики с заснеженными разноцветными крышами жались друг к другу. Из труб курился дымок.

Интересно, подумалось мне, – а местные хозяйки тоже воду артефактами греют или всё по старинке, в печи? Из-за лютого мороза даже бродячие собаки попрятались по подворотням.

Вдруг одна тень отделилась от забора. Она была слишком большой для собаки и слишком сгорбленной для человека. Я застыла, чувствуя, как сердце пропускает удар. Тень двинулась. Она перетекла через дорогу с неестественной, ломаной грацией. Чудище. Оно нас нашло. Существо подняло лохматую морду, и мне показалось, что его глаза уставились прямо на меня сквозь стекло и морозные узоры.

Отпрянув от окна, словно меня ударили, я рванула к своей двери, забыв про тишину, спотыкаясь на каждом шагу. Грохот моих сапог по доскам, казалось, разбудил всех. Дверь нашей комнаты распахнулась. На пороге стоял Милош, уже в обличье человека, в одних штанах, босой, со всклокоченными волосами и мечом в руке. Я упала, растянувшись на полу прямо у его ног. Он быстро подхватил меня, и мы ввалились внутрь.

– Лана?! – выдохнул он, сжимая мои плечи. – Что?! Напугала до смерти, думал – украли!

За его спиной повскакивали заспанные, но уже готовые к бою Биршен и Тисай.

– Там… – я хватала ртом воздух. – В окне… Я видела его!

– Кого?!

– Чудище! То самое! Оно на улице, под окнами! За нами пришло!

Хорошее настроение и остатки сна испарились мгновенно. Лица парней окаменели. Они затащили меня вглубь комнаты, подальше от окна.

– Ты уверена? – серьёзно спросил Биршен, натягивая рубаху.

Я яростно закивала:

– Оно смотрело на меня! Огромное, горбатое!

– Проклятье, – выругался Милош. Он быстро, по-военному, начал одеваться.

– Я проверю, – бросил он, застёгивая пояс с мечом.

– Стой, один не ходи! – Тисай схватил куртку. – Я с тобой.

Милош кивнул, уже у двери обернулся ко мне:

– Запритесь. И носа не высовывайте.

– А люди? – пискнула я. – В трактире полно народу!

– Если за ночь не напало, может, и сейчас пронесёт, – мрачно ответил Бирш, баррикадируя дверь стулом. – Старосту предупредим, если подтвердится.

Парни исчезли. Время потянулось, как резина. Я успела нормально надеть своё платье дрожащими руками. Через вечность в дверь условным стуком постучали. Вернулись все трое, включая Андреаса, которого они перехватили по дороге. Вид у них был озадаченный.

– Чисто, – выдохнул Милош, стряхивая снег с плеч.

– Никого. Ни следов на свежем снегу, ни запаха. Вообще ничего. Пустота.

Я похолодела.

– Вы… вы мне не верите? – голос дрогнул.

Неужели подумают, что я сумасшедшая истеричка?

– Верим, – твёрдо сказал Милош, глядя мне в глаза. – Я тебе верю, Лана. Но следов нет.

– Может, это предвидение? – предположил Андреас, потирая подбородок. – Как со смертью коменданта? Ты увидела то, что будет, или то, что могло быть?

Я замерла. О таком я не подумала. Я просто испугалась.

– Не знаю, оно было таким реальным.

– Не расстраивайся, – Милош положил руку мне на плечо. – Так даже лучше. Предупреждён, значит, вооружён. Мы сейчас же уходим. И старосту разбудим по дороге, пусть караул усилит.

Я кивнула, чувствуя себя виноватой и напуганной одновременно. Что толку от моего дара, если я сама не понимаю, когда смотрю в окно, а когда – в будущее?

После стихийного пробуждения я не сразу пришёл в себя. Сон, тяжёлый и вязкий, не хотел отпускать. Та щепа, когда я разлепил веки, бросил взгляд на кровать Весланы и увидел смятую пустую постель, выбила из меня весь дух. Сердце ухнуло куда-то в пятки. В голове мгновенно вспыхнули картины одна страшнее другой: Похитили? Сама ушла? Тварь пролезла? Я заметался по комнате, путаясь в штанинах, и вылетел в коридор, едва не выбив дверь. И как же я был счастлив, увидев распростёртую на досках пифию! Живая. Целая. Невредимая.

Вся такая… несуразная для нашего жестокого времени. Слишком честная и прямая. Она удивлялась всему новому, как ребёнок, и заглядывала в глаза с такой доверчивостью, словно искала там ответы на все загадки мироздания. И от этого была безумно милая. Мне доставляло удовольствие подшучивать над ней, видеть, как вспыхивают гневом её серые глаза. Но больше всего мне нравилось чувствовать свою нужность, когда приходилось защищать её от бед. А ещё она, несмотря на долгую лёжку в реке и пыль дорог, одуряюще пахла летом. Полевыми цветами, нагретым солнцем, лугом и утренней росой. Даже лютующая вокруг зима и запах жареного мяса в трактире не могли перебить этот тонкий цветочно-земляничный аромат. В обличье волка он сводил меня с ума, подчинял инстинкты. Вчера я, позор на мою голову, не удержался и сам полез к ней под руку за лаской, как дворовый пёс. И ни капли об этом не жалею.

Поняв, что с девушкой всё в порядке, я расплылся в глупой, облегчённой улыбке. Подумаешь, упала с перепугу, главное – здесь, со мной. А потом я разглядел её лицо: серые глаза, распахнутые в животном ужасе, дрожащие губы, покрасневший от холода носик. Она, хватаясь за мою рубаху, сбивчиво поведала про монстра за окном. Я мысленно выругался последними словами. Мы-то, идиоты, решили, что ночь прошла тихо и всё обошлось. Ошиблись. Тварь шла по следу, как гончая. Это не бездумная нечисть, а скорее охотник. Деревня большая, людная, кругом охранные руны и патрули. Неужели никто не почуял нежеланного гостя?

На шум из соседней комнаты выглянул заспанный Андреас. Быстро оценив обстановку, мы втроём, оставив Веслану под присмотром Бирша, выскочили на улицу. Обошли весь периметр трактира, проверили каждый сугроб и каждую тень. Пусто. Свежий снег лежал нетронутым покрывалом.

– А если Веслане показалось? – Тисай задумчиво оглядывал бревенчатый сруб напротив окна, прикидывая, могло ли чудище так быстро исчезнуть, не оставив следов.

– Она не сумасшедшая, – отрезал я, пнув ледышку. – Если говорит, что видела, значит, видела.

– Мы не подозреваем твою подружку во лжи, – Андреас закатил глаза, пряча замёрзшие руки в карманы. – Но она напуганная девчонка, последние дни у неё были, мягко говоря, не сахар.

– Она не моя подружка, – процедил я.

– Как скажешь, злой волк! – хохотнул Андреас. – Ведь ты совершенно с ней не возишься, как наседка. И не смотришь исподлобья на любого мужика, который посмеет взглянуть в её сторону.

Я уже открыл рот, чтобы ответить что-то язвительное, но увидел, как обычно тактичный Тис согласно кивает, пряча улыбку. Понял, что отпираться бесполезно.

– Так заметно? – буркнул я.

– Очень, – подтвердил Андреас. – Не сразу, но ты начал её опекать так, будто она хрустальная ваза. Прям как свою пару.

Я вздрогнул от этого слова.

– У меня не может быть пары. Этот вопрос закрыт.

– Угу, знаем, – закатил глаза Тисай. – Слышали сто раз. Но ведёшь себя ты именно как типичный оборотень, нашедший свою единственную.

– Она же тебе тоже понравилась… – попытался я перевести стрелки на рыжего.

– Понравилась, – честно признался Тис, не став юлить. – Но не до такой степени, чтобы с другом с голодным блеском в глазах ссориться. Для меня она просто красивая и милая девушка, которой нужна помощь.

– Так что никто из нас к Веслане больше не подкатывает всерьёз, – подвёл итог Андреас, хлопая меня по плечу. – Дорогу молодым да ранним! Но лекарю её бы и правда не мешало показать. А то видится девице всякое – то мёртвые коменданты, то твари в окнах.

Вот, значит, что решили мои друзья. Сводники доморощенные. Только они ошиблись в одном: наши дороги с Весланой разойдутся сегодня же.