Смерть зимы - Ольховская Влада - Страница 9

Иллюзия мелькнула, усилив страх, и отступила. Марк все еще был жив, он все еще мог двигаться, а значит, его приняла в темные объятия обычная вода. Да еще и утягивает куда-то, течение такое сильное – там, где течения вообще быть не должно! Он заставил себя отстраниться от несправедливости происходящего. Откуда здесь вообще может быть справедливость, откуда она в новом мире? Все происходит так, как угодно пустошам, а не людям, достаточно этого.

Когда он перестал искать ответы, стало легче, Марк смог полностью сосредоточиться на выживании. Он использовал нейромодуль, чтобы усилить зрение и направить все ресурсы организма на борьбу с холодом. Это, увы, лишало его возможности управлять дронами, но от них пока что толку нет, автопилот о них позаботится.

Он видел, что проводники, упавшие вместе с ним, долго не продержались. Они пережили падение, они были молодыми и сильными, они даже попытались остаться на плаву… Только все это их не спасло. Сообразив, в какой безвыходной ситуации они оказались, они забились в панике, начали метаться, пытаясь подняться на одну из льдин, соскальзывая снова и снова, пока промокшая одежда не потащила их на дно.

Марку оставалось лишь порадоваться, что он не принял у проводников шубу, предпочел плащ, который когда-то дала ему Геката. Тонкая ткань обеспечивала достаточный уровень тепла за счет вшитых в нее микросхем, не промокала, не меняла вес. Поэтому Марк все еще мог сопротивляться – даже в миг, когда поток увлек его на глубину, в тоннель, скрывающийся под землей.

Он не знал, куда ведет течение, и не хотел знать. Темнота давила, холод отнимал силы быстрее, чем обычно. Тело наливалось болезненной тяжестью, и двигаться не хотелось, место страха стремительно занимала апатия. В какой-то момент ему показалось, что можно пойти на что угодно, лишь бы согреться, и даже смерть не так страшна по сравнению с всепоглощающим холодом…

Марк не поддался, просто не позволил себе. Он не стал сопротивляться течению, знал, что это бессмысленно. Он поплыл сквозь поток по диагонали, так, чтобы подобраться к одной из промерзших стен. Почувствовав под руками твердую поверхность, он достал из-за пояса нож и изо всех сил вогнал в обледеневшую почву, чтобы получить хоть какую-то опору в мире движения в пустоту – в пасть незримого чудовища, к самой смерти.

Первая попытка ни к чему не привела, лезвие просто соскользнуло. Человеческих сил в такой ситуации не хватит, боль нарастает, лучше не дергаться, закончить все… И непонятно ведь, откуда эти мысли лезут! Неужели таково природное милосердие, цель которого – избавить умирающего от лишних мук?

Ну так и к черту такое милосердие! Марк сосредоточился на настройках нейромодуля, тех самых, которые были нацелены на выживание. Делать такое операторам не рекомендовалось, но когда тебя уносит в никуда подземное течение, появляется неплохой повод пересмотреть правила безопасности! Ему нужно было получить от своего тела больше: больше силы, больше скорости, больше ловкости…

Он понятия не имел, как придется заплатить за такой «кредит энергии», но как врач догадывался. Без травмы мышц не обойдется, и шанса нет, и это будет даже не микротравма. Кожа уже чудовищно повреждена. Кости… треснут так точно, но могут и не сломаться. Ущерб внутренним органам будет зависеть от того, какие именно ресурсы организм отнимет сам у себя.

Кажется, что это слишком много, нет смысла и выживать в подобном состоянии – все равно ведь будет смерть, только отсроченная. Но и принять свою гибель как единственный вариант Марк просто не мог. Разве они не договорились с Гекатой, что он точно не умрет? Да еще и так глупо… Тогда это казалось шуткой, теперь вот превратилось в приказ, который он не имел права нарушить.

У него все-таки получилось перенастроить модуль, пусть и не идеально. По крайней мере, хватило сил вогнать нож в стену и остановить движение, уже хорошо! Только вот холод никуда не исчез, дышать почти невозможно, в лицо бьет вода, и маска, которую Дагмар заставил его надеть, пока что спасает, но надолго ее не хватит. А нужно не просто продержаться до помощи, потому что ее не будет, нужно как-то выбраться из проклятого тоннеля!

Велик был соблазн использовать дрона, привести его сюда, зацепиться, позволить машине принять на себя основную нагрузку… Но Марк так и не решился. Одновременно управлять дроном и регулировать работу модуля невозможно, поэтому он вряд ли удержится на роботе, даже если сумеет его сюда привести.

Если бы в группе был еще один оператор, шансы на спасение остались бы. Мустафа ведь предлагал отправиться с ними! Но Марк отказался, сослался на то, что они и без того лишились Иовина, кто-то должен защищать госпожу Гекату… Вполне приемлемая версия, если не учитывать, что госпожа Геката сама кого угодно защитит. Марку просто не хотелось подвергать других риску из-за собственных смутных догадок, а получилось в итоге вот как.

На проводников тут надежды нет, и даже не потому, что они не захотели бы помочь. Захотели бы – им же еще объясняться с делегацией Черного Города! Они просто ничего не могут, они, скорее всего, и вовсе уверены, что он мертв. Если так, они вот-вот уедут, надо бы поторопиться!

Он достал второй нож, и на этот раз пробить слой льда, намерзший на стены, оказалось чуть легче. Марк заставил себя сосредоточиться на простейших действиях, думать только о них – и не думать о том, что происходит с его телом. Ударить, найти опору, подтянуться. Повторить. Вода текла так быстро, а он продвигался так медленно, что чувство обреченности отказывалось отступать. Но он знал, что должен вернуться, и любые «невозможно» на этом фоне теряли значение.

Он все-таки справился. Вырвался из глотки подземелья, из хватки мороза – может, еще не окончательно, однако он добрался до льдин, образовавших некое подобие берега у самого дна провала.

И здесь неожиданно обнаружилось приятное открытие – надо же… Марк уже списал проводников со счетов, он не был готов к тому, что на льдине ему подадут руку.

– Я должен быть шокирован тем, что ты выкарабкался, но – нет, – усмехнулся Дагмар. – Я почему-то сразу понял, что тебя даже земля не сожрет.

На льдину спустился только он, остальные наблюдали сверху, у черты бесконечно далекого склона. Проводники, как оказалось, тоже времени даром не теряли, они установили на краю подъемник, соорудили сложную систему из ремней и канатов. Марку было все равно, как именно они это провернули, ему хотелось, чтобы все поскорее закончилось: теперь, когда он выбрался из воды и перестал двигаться, мороз атаковал его с новой силой.

К счастью, Дагмар понимал, в каком он состоянии, он ничего не ждал от Марка. Проводник сам застегнул на своем спутнике ремни, убедился, что все безопасно, подал оставшимся наверху людям знак, и они начали подъем.

– Ты будешь ждать своих? – с трудом произнес Марк: от холода челюсти сводило, голос едва звучал.

– Нет. Мои люди мертвы, – равнодушно ответил Дагмар. – Я и тебя не ждал, просто хотел разобраться, что произошло. Но раз ты жив, нужно сделать все, чтобы ты добрался до Семи Ветров.

Марк подозревал, что равнодушие это было показным. Он знал, что проводники обычно держатся сами по себе, но когда они живут в одном городе долгие годы, у них образуется довольно сплоченное сообщество. Те двое, которых забрала черная вода, будут оплаканы, но не здесь и не сейчас. Ничего еще не кончилось, Марк пока что не выжил…

За то время, пока его поднимали, холод окончательно до него добрался, обернулся крупной неконтролируемой дрожью, лишил последних сил. Да и то, что ему пришлось отдать сопротивлению, теперь его нагоняло: боль в измучанном теле усиливалась, голова шла кругом. Нейромодуль перешел на режим выживания в экстремальных ситуациях и отказывался реагировать на команды.

Хорошо еще, что проводники были подготовлены к зиме лучше, чем их спутник, они знали, что делать. Не дожидаясь Дагмара, они доставили Марка в транспорт, запустили на полную мощность печь, завернули в одеяла. Хотели для начала раздеть и вытереть, но от этого Марк отказался. Он не знал всех возможностей ткани, которую в Черном Городе использовали для военной формы, однако догадывался, что от нее будет больше толку, чем от сменной одежды.