Одиннадцать домов - Оукс Колин - Страница 14

Чувствую себя униженной. До чего же мерзко, когда местная вредная девица вынуждает тебя вернуться к реальности. Но, бросив взгляд на Майлза, я понимаю, что тот едва заметил появление парочки. Он продолжает смотреть на меня сквозь отблески костра, потом тянется и осторожно наматывает на палец прядь моих волос. У меня перехватывает дыхание. Что происходит? Я таю от восторга, но в то же время понимаю, что его улыбке чего-то недостает, и мне это не нравится.

– Ну так что, Мейбл, надеюсь, ты посвятишь меня… в то, что тут происходит?

Я поворачиваю голову, и его лицо оказывается так близко, что отчетливо видны карий цвет радужки и небольшие мешки под глазами. Вблизи Майлз выглядит усталым, а его взгляд – неискренним.

– Я подумал, может быть… мы уйдем отсюда, и ты поведаешь мне потрясающую правду.

Вся моя радость мигом испаряется, и я отталкиваю его руку от своих волос. Так вот почему он со мной заигрывает, делает комплименты, от которых у меня кипит кровь. Вообразил, что вытянет из странной девочки всю нужную информацию. Майлз использует меня, это же очевидно. На вечеринке полно шумных оживленных девчонок, готовых болтать с ним о чем угодно, а он сидит здесь, наедине со мной? Все сразу встает на свои места. Он считает, я слабое звено – одна, без друзей. Наверняка уже слышал что-то обо мне и моей семье.

Ну так я ему скажу. Пусть я одна, но не выношу, когда мной манипулируют.

Майлз не замечает, как леденеет мой взгляд. С чего бы, ведь на самом деле он смотрит не на меня. Он наклоняется ниже, и прядь черных, как ночь, волос падает ему на лоб.

– Я спрашиваю тебя, потому что никто не хочет отвечать. Ни дядя, ни Лиам, ни Лукас. Когда я начинаю их расспрашивать, какого черта здесь происходит, старшие братья просто отмахиваются, а Алистер твердит, что расскажет, «когда придет время».

Майлз в темноте придвигает кресло поближе ко мне, отчего моя злость вспыхивает сильнее. Да кем этот мальчишка себя вообразил?

– Я увидел, как ты сидишь тут в одиночестве, и сразу подумал: «Вот оно. Мейбл». В смысле, ты, кажется, так же далека от всех этих людей, как и я. – Он со смехом указывает на дом, где в самом разгаре вечеринка, как будто мы с ним вдвоем против всего и всех. Рука Майлза осторожно ложится на подлокотник возле моего локтя. Его лицо совсем рядом, и я вижу веснушки, крохотными звездочками рассыпанные у него на носу. Я каменею от того, что он так близко, оттого, что моя кожа словно тянется к его коже. Пахнет горящим деревом, и в зрачках Майлза отражаются угли костра.

Этот парень, этот мальчишка, который вообще ничего обо мне не знает, пытается очаровать меня, чтобы выведать ответы. Серьезно? Я гневно втягиваю воздух.

– Короче, вот что мне известно об этом острове: здесь полно всякой странной фигни. Школа, состоящая из одного класса, как в тысяча девятьсот двенадцатом году, и в ней всего четырнадцать учеников. Жители Уэймута ведут себя так, будто они единственные люди во Вселенной, будто мир заканчивается перед мостом. Вы все живете в огромных особняках за высокими воротами. – Чем ближе он придвигается, тем яростнее я сопротивляюсь его притяжению; тем быстрее бьется мой пульс. – На этом острове все напоминает картину в готическом стиле. Шпили на крышах, океан, деревья… Здесь все слишком красиво, вообще все! Как будто не настоящее! А сегодня утром, когда я проснулся, мой дядя засовывал под доски пола сложенные листки бумаги. Камин в нашем доме – камин! – заперт на сложный замок. Я обнаружил дюжину странных дверей, которые всегда заперты. Их никогда не открывают.

Он говорит все громче и настойчивее, привлекая взгляды моих одноклассников и нескольких взрослых на балконе. Я заливаюсь краской стыда. Майлз притягивает внимание ко мне, но я не могу себе это позволить.

– Давай обсудим тот факт, что я не нахожу этот остров ни на одной карте? И в интернете его нет. Хотя в интернете есть всё… – Майлз на миг замолкает. – Единственное, что мне удалось найти, – крошечный секретный сайт, который я случайно обнаружил на внутреннем сервере. Владелец сайта считает, что вы, ребята, общаетесь с мертвыми.

Я прекрасно знаю, о ком он говорит. Это Дэвид Шмидт, местный сумасшедший, который живет в трейлере на берегу в Глейс-Бей. Несколько раз в год он пытается пришвартовать свою лодку к острову Уэймут, и каждый раз стражи вежливо, но быстро отправляют его домой.

– И, наконец, что такое с океаном? Он так громко шумит, что его слышно повсюду. Я слышу его даже во сне. Неужели только я замечаю его бесконечный рев? Никогда еще океан не казался мне таким…

– Разъяренным?

– Точно. Как будто он пытается выплюнуть самого дьявола.

Я вижу, как Майлз растерян, но это не уменьшает мой гнев из-за того, что он пытался использовать меня и мою симпатию к нему. «Вот поэтому я никуда не хожу», – думаю я, и мне хочется немедленно оказаться дома.

Майлз раздраженно трет щеку.

– Не понимаю, какого черта здесь происходит. Не понимаю даже, зачем я здесь. – Он умолкает, и я вижу, как по его лицу проскальзывает горестное выражение. – Мне ничего неизвестно о маминой семье. Она никогда не рассказывала о том, где выросла. И теперь, оказавшись здесь, я, кажется, начинаю понимать почему. И, Мейбл…

Он произносит мое имя так, словно хорошо меня знает. Только на самом деле он ничего не знает, и от этого становится страшно не по себе. Не знаю, почему мне кажется, что между нами есть какая-то связь, но в любом случае он не смеет этим пользоваться. Мне необходимо уйти как можно дальше от него, чтобы прояснилось в голове; в его присутствии я не могу разобраться в своих чувствах, в этом смешении гнева и жалости. Пора заканчивать разговор.

Но Майлз не считывает мою реакцию, он наклоняется ближе.

– Конечно, мы познакомились в классе только сегодня утром, но у меня возникло такое чувство, будто ты и я… будто мы… – Он встряхивает головой. – Сам не знаю, но, если ты расскажешь что-нибудь про остров, это мне очень поможет. Пожалуйста.

Он пробует взять меня за руку, и тут я взрываюсь.

– Хватит пытаться дотронуться до меня! – резко говорю я. – С чего ты взял, что я слабое звено?

– Чего?

– В доме куча людей, и к каждому ты мог подойти с вопросами. Вместо этого ты нацелился на меня. Почему? Ты уже слышал что-то обо мне или о моей семье?

– Что? Нет.

Я мотаю головой.

– Думаешь, если я сижу тут одна, ты можешь подкатиться ко мне, весь из себя такой красавчик, взять меня за руку, и я тут же рухну к твоим ногам и выдам все наши секреты?

– По-твоему, я красивый? – оживляется Майлз, но меня уже несет.

– Никто тебе ничего не рассказывает, потому что ты пока не заслужил. Но если ты не хочешь оставаться на этом, как ты говоришь, странном острове, уезжай. Поверь, тебе правда лучше уехать. Мы не можем, а ты катись вместе со своими… развевающимися волосами и руками. Я от своего дома едва могу отойти, так что мне точно не до твоего.

Неужели я только что велела ему катиться вместе с его руками? Господи, что со мной творится из-за этого парня?

Майлз вздрагивает от моих слов, как от удара. Приятный вечер сгорел дотла.

Когда я поднимаю взгляд, он уже вскочил с кресла, словно собрался отбиваться. Но я уже снова захлопнулась, как ракушка. Зачем я ссорюсь с чужаком?

Его голос дрожит, готовый в любой момент сорваться.

– Ты могла бы говорить со мной более дружески. Я слышал, что ты странная, но никто не называл тебя злой.

– Зато я не пыталась никого использовать, – тихо отвечаю я.

– Ну и пожалуйста! Ну извини!

И Майлз Кэбот бурно кидается в сторону леса, который начинается за домом. Я слежу, как он мчится к деревьям, топая, словно рассерженное пугало. Чувствую, как сзади подходит Нора, опирается на мое плечо. По обе стороны от меня волной падают ее белокурые волосы. У подруги припухшие губы, лицо раскраснелось.

– Куда его черти понесли? – Нора смотрит на меня. – Мейбл, что ты сделала?