Академия Арканов - Кова Элис - Страница 9

– Так лучше?

Он обвивает руку вокруг моей талии, и стоит ему скользнуть по широкому поясу, сдерживающему плотные ткани, я едва сдерживаюсь, чтобы не вздрогнуть. Пояс украшен серебряными вставками, сочетающимися с выкованными из металла кружевами на моих декоративных наплечниках. Они же отлично подходят к аналогичным деталям, которые вышиты на плечах рубашки Кэйлиса, и застежкам, тянущимся вдоль всего его торса и расположенным на идеально высчитанном расстоянии друг от друга.

Кэйлис – позолоченная тень, и всем своим облачением он дает понять, что я ступила в его сумрак.

– Едва ли. – Он не пытается приукрасить истину. Справедливая критика. – Знаешь, некоторые женщины убили бы за то, чтобы обручиться со мной.

Тон его голоса звучит так, что мне становится любопытно, устраивал ли он когда-нибудь подобное испытание для потенциальных любовниц.

– Тогда почему ты не вскружил голову одной из них?

– Слишком просто. Скучно. – Он ведет меня через комнату, властно положив пальцы на мое бедро.

Мне так и хочется оттолкнуть его с отвращением. Пока что Кэйлис полностью соответствует моим о нем представлениям. Напыщенный, жестокий и коварный принц. Неудивительно, что он предпочитает связь с менее настырной партнершей, чем с той, кто будет готова ради него на все.

– Надеюсь, – произносит Кэйлис более серьезным тоном, – твоя маленькая шпионская сеть предоставила тебе подробности о Фестивале Огня.

– Я знаю достаточно.

Фестиваль Огня – это ежегодная церемония открытия Академии Арканов, которая придерживается традиции зажигать в день летнего солнцестояния фонари в честь Жезлов.

– Хорошо, значит, ты идешь не вслепую.

Кэйлис останавливается перед тяжелыми дубовыми дверями, за которыми до этого исчез стеллит. На них тоже изображен меч – символ семьи Орикалис.

– Так много королевских символов… Боишься забыть, к какой семье принадлежишь? – сухо спрашиваю я.

Кэйлис слегка напрягается. Я бы не заметила этого, если бы он не прижимался своим боком к моему. И если бы его рука не лежала у меня на бедре.

Любопытно. Похоже, он не ладит с братом. А судя по тому, как он высказывался об отце, с ним у него отношения не лучше… Я уже мысленно просчитываю, смогу ли использовать эту информацию в своих интересах.

– Скорее, чтобы об этом не забыл никто другой. – Он пристально смотрит на меня. – Чернь должна помнить, кому принадлежит.

Он имеет в виду меня. Принадлежит. Принц Кэйлис следит за всеми арканистами королевства с благословения своего отца, короля. Я усмиряю гордость и перевожу взгляд вперед. «Подыгрывай», – велю себе. Все карты, то есть вся власть, в его руках. Может, мой наряд и с иголочки, но одним лишь видом никого не уколоть. Пока я не наберусь сил дать отпор, нужно стараться не высовываться. Как бы, мать его, больно это ни было.

Кэйлис отворяет дверь, и меня сражает великолепие Академии Арканов.

Серебристый лунный свет заливает огромное сооружение, и на мгновение у меня перехватывает дыхание. От башни, где находятся покои принца Кэйлиса, к главному зданию тянется длинный узкий мост. Даже темный силуэт самой академии, освещенный лучами заходящего солнца, впечатляет колоссальными размерами. Соединенные арочными мостами шпили стремятся ввысь, похожие на руки падших богов, жаждущих коснуться неба. Мое сердце стучит все чаще, и с каждым тревожным ударом по телу растекаются волны страха и возбуждения.

Я долгие годы любовалась этой крепостью с другого берега реки Фарлум. Все это время взирала на нее не только как на легенду, но и как на руины. Загадку. Опасность. Место паломничества арканистов. Академию. И теперь я здесь. Теперь мне ведомы как привилегии этого прославленного учреждения, так и связанные с пребыванием в нем риски.

«Никогда не переступай порог крепости. Никогда не принимай участия в их нечестивых ритуалах», – предостерегает меня мать из могилы.

В тот же миг Кэйлис наклоняется, задевая губами мое ухо, и шепчет, словно хочет заглушить предупреждение:

– Добро пожаловать в Академию Арканов.

Мы проходим мимо двух стеллитов, стерегущих вход в королевские покои, и они закрывают за нами двери.

Идущий рядом Кэйлис походит на живую тень, словно ночь проникает в чернильные складки его одежды, а каждое его движение плавное и грациозное. Он прижимает меня к себе, так и не убрав руки с моего бедра, и ведет в самое сердце своих владений.

Мы неспешно шагаем по узкому мосту, ступаем под арку и ныряем в неосвещенные переходы. Залы, широкие и бесконечные, изумляют своими размерами. Незажженные фонари ждут Фестиваля Огня, только чтобы засиять. В воздухе витает почти осязаемая энергия, а предвкушение проникает под рукава кожаного плаща. Я затрудняюсь сказать, дело ли в моей нервозности или в древней магии этого места.

Пытаясь собраться с мыслями, я вспоминаю все, что мне когда-либо рассказывали об этой странной крепости.

Академия Арканов на севере Эклипс-Сити старше замка Орикалисов, возведенного в Фэйт Харт[1], и, по слухам, некогда она была частью древнего королевства Ревисан. Именно поэтому долгое время вход на территорию строго воспрещался, и корона наказывала любого, кто пересекал границы. Однако, к всеобщему удивлению, король Нэйтор Орикалис создал исторический прецедент: передал возмутительно юному Кэйлису управление крепостью и позволил основать академию, когда принцу исполнилось восемнадцать. Он был на два года младше всех претендентов, которых собирался набирать в ученики.

Принц Кэйлис всегда славился своим мастерским обращением с картами Таро. А поскольку всего за год до этого он истребил целый клан, очень немногие осмелились выказать ему что-то, кроме поддержки. За четыре года с момента основания он превратил академию в учреждение, позволяющее использовать силу арканистов в интересах короны, в крепость для защиты королевства, в центр контроля всей торговли через реку Фарлум и в средство устрашения любого, кто хотя бы помыслит выступить против короны.

Если говорить объективно, то достижения Кэйлиса, которому не исполнилось и двадцати трех лет, поистине впечатляют. Но, когда дело касается его личности, у меня не выходит быть объективной. Потому что все его достижения тесно связаны со страданиями людей. Пока он, обладая властью и богатствами, основывал академию, я прозябала в нищете по ту сторону моста.

Аура Кэйлиса лишь укрепляет веру в невероятные истории о нем, уважаемом ученом и безжалостном генерале. Он – требовательный учитель и непонятый гений, с чьей жестокостью сравнится лишь его блистательный ум.

Пока мы шагаем, мне наконец-то удается рассмотреть великолепие этого места не украдкой и не под покровом ночи. Мы минуем множество комнат, каждая из которых окутана тайной. Затем огибаем уединенный внутренний двор. В каждый арочный проход вставлено стекло, отчего создается парниковый эффект, а на окнах оседает конденсат, из-за плотности которого темно-фиолетовые владения кажутся гораздо более темными. Рядом со входом во двор воздух насыщен ароматами цветов и торфа.

Путь приводит нас в огромнейшую библиотеку. Книжные стеллажи занимают три этажа, и все они заставлены тяжелыми томами, которые так и просятся стать спутниками в тихом обучении. Я едва не останавливаюсь, едва не умоляю принца дать мне минутку насладиться исписанными чернилами страницами. За пределами академии и вне кланов книги по арканической магии запрещены. Более того, даже обладание подобными текстами карается отсечением руки или удалением глаза.

В пустынном лекционном зале царит тишина, словно в ожидании возвращения студентов, а в передней части аудитории возвышается полный надежд пьедестал. Каждое обитое бархатом кресло хранит отголоски знаний, некогда переданных студентам, а ныне, возможно, ими забытых.

Лестницы спиралью тянутся к небесам. Одни двери по непонятной причине заперты на засовы. Другие соблазнительно приоткрыты. Мы продвигаемся все глубже и глубже, мимо посеребренных пылью подоконников и окутанных паутиной статуй. Кэйлис, разумеется, ничего не рассказывает о местах, которые мы оставляем позади, а я слишком горда, чтобы задавать вопросы.