Инженер. Система против монстров 7 (СИ) - Гремлинов Гриша - Страница 10

— Это самый тупой и бездарный способ слить в унитаз свои ресурсы! — не выдержав, выпалил Леонид.

Лич замер. Багровые огни в его глазницах и в черепе на посохе вспыхнули ярче. Температура в зале ощутимо упала.

— Ты смеешь оспаривать мои решения, смертный? — в голосе Зултакара зазвенел металл.

Леонид понял, что перегнул палку, но отступать было поздно. Да и не хотелось. Он же профессионал. И он видел тактическую ошибку, которая могла стоить ему, в конечном итоге, жизни.

— Я не оспариваю, — он постарался говорить максимально убедительно. — Я вношу коррективы с поправкой на местность и специфику противника. Хозяин, ты мыслишь категориями своего мира. Армия нежити, мор, ужас, паника. Это работает против крестьян с вилами и перепуганных горожан. Но это не сработает против них!

Леонид шагнул ближе, указывая рукой в сторону, где, по его прикидкам, находился Красногорск.

— Ты пойми, эти ребята не овечки! Они закалённые в боях ветераны этого апокалипсиса. Они убивали тварей, от одного вида которых у твоих скелетов кости бы в труху рассыпались! Ты натравишь на них сотню-другую гнилых трупов? Да они тебе спасибо скажут!

— Спасибо? — в голосе лича прозвучало откровенное недоумение.

— Да! Они воспримут это не как атаку, а как… как бесплатный тир! Как фарм-зону! — Леонид вошёл в раж, жестикулируя. — Они выстроятся в линию и будут методично, с безопасного расстояния, отстреливать твоих зомбаков одного за другим. Может, даже за пределы коттеджа не выйдут. Они получат опыт. Они получат уровни. Они станут сильнее! А ты не получишь ничего, кроме горы вторично убитых мертвяков. Это не атака, это спонсорская помощь противнику!

Он замолчал, переводя дух. Зултакар молчал, обдумывая сказанное.

— Ты предлагаешь… — наконец медленно произнёс лич, — не использовать армию мёртвых?

— Я предлагаю не использовать слабую армию мёртвых, — поправил Леонид. — Массовка хороша для подавления, для истощения. Но их так просто не истощишь. У них есть лекари, запасы, у них есть инженер, который починит всё, что сломается. Против них нужна не волна, а кувалда.

— Кувалда? — переспросил некромант, склонив голову набок.

— Да. Один, но сокрушительный удар. Внезапный и мощный. Чтобы они не успели опомниться, выстроить оборону, придумать план. Пока они ждут от тебя очередного проклятия или стайки дохляков, нужно ударить чем-то таким, что сметёт их хвалёную оборону с одного захода. Нужен блицкриг, а не позиционная война. Что-то большое. Очень большое. И очень злое.

Леонид закончил и замер, ожидая реакции. Он поставил на кон всё. Либо лич оценит его тактическую смекалку, либо испепелит на месте за дерзость.

Зултакар задумчиво постучал костлявым пальцем по своему подбородку. Череп, парящий в воздухе, медленно опустился и исчез, растворившись во тьме. Лич, казалось, впервые посмотрел на Леонида не как на надоедливую муху, а как на… полезный инструмент.

— Кувалда… — прошелестел он. — В твоих примитивных рассуждениях есть… определённая логика, смертный. Массированная атака низкоуровневой нежитью действительно может привести к нежелательному усилению противника. Я недооценил их прагматизм.

Он прошёлся по залу, но шагов Леонид не услышал, только стук посоха.

— Ты прав. Нужен один удар. Нечто, что заставит их пожалеть, что они вообще появились на свет.

Лич остановился и развернулся к Леониду. В его пустых глазницах заплясали весёлые, хищные огоньки.

— Хорошо, наёмник. Твой совет принят. У меня есть кое-что подходящее. Нечто, что я держал про запас для более… торжественного случая. Но, пожалуй, твой инженер заслужил эту честь.

Взззз-рррр! Кххх!

Мощный ударный шуруповёрт, в который превратился Инженерный Инструмент, надсадно ревел в моих руках, с усилием загоняя очередной саморез в сталь. Шайба с каучуковым уплотнителем расплющилась, намертво прижимая лист к раме.

— Ещё один, — скомандовал я.

Варягин, стоящий на шаткой стремянке рядом со мной, только вздохнул. Он держал тяжёлый двухмиллиметровый лист горячекатаной стали из тех самых запасов, что мы вывезли час назад с металлобазы. Острые края металла впились в его прочные перчатки с защитными вставками.

— Держу, — отозвался он. — Давай, Лёха, не тяни. Эта тварь внутри сейчас очухается и решит проверить, кто ей свет выключил.

Я приставил биту с новым саморезом к намеченной точке. Надавил всем весом. Инструмент работал на пределе возможностей. Только его высокая мощность и специальные саморезы с усиленным сверлом на конце позволяли нам обходиться без предварительной засверловки, на которую просто не было времени.

Сверловой наконечник медленно, с протестующим скрипом, вгрызся в металл, выбрасывая веер мелкой раскалённой стружки. Потянуло запахом горелого металла. Преодолев сопротивление, саморез с визгом прошёл пластик оконного профиля и с треском упёрся в стальное армирование внутри. Ещё одно усилие, и крепёж встал на место.

Мы зашивали окна ветеринарной клиники. Превращали её в гробницу.

Входную дверь мы уже заблокировали. Там пришлось повозиться серьёзнее. Обычный замок для седьмого уровня, что картонка. Поэтому я достал из инвентаря два отрезка пятидесятого уголка. Мы пустили их поперёк дверного полотна, прихватив не к хлипкой коробке, а прямиком к несущей стене. Я засверлился в кирпич буром на двенадцать, загнал туда стальные анкер-клины. Несколько оборотов гайковёрта, и их лепестки разошлись внутри стены, вцепившись в кирпич мёртвой хваткой. После этого я притянул уголки к шпилькам мощными гайками. Чтобы вырвать такую конструкцию, нужно вынести кусок стены.

Змее не выбраться.

— Готово, — выдохнул я, загнав последний саморез.

Лист металла теперь полностью перекрывал оконный проём, где ещё недавно весело блестело разбитое стекло. Теперь там была глухая броня.

— Ты уверен, что она не выбралась, пока мы возились с дверью? — уточнил паладин.

— Дрон следит, — ответил я, спускаясь со своей стремянки и убирая её в инвентарь. — Это окно давно разбито, змея не высовывалась. Видимо, страдает, забившись в самый тёмный угол.

Варягин спрыгнул со стремянки, тяжёлые армейские ботинки глухо ударили по асфальту. Я убрал его стремянку и Инструмент в инвентарь. Сергей Иванович стянул перчатки, отряхнул их и посмотрел на меня своим фирменным взглядом «командир недоволен подчинённым, но пока не расстреливает». Угу, он регулярно забывает, кому отдал командование. Но приказы выполняет, так что проблем нет.

— Мне это всё не нравится, Алексей, — произнёс он. — Мы оставляем в тылу мину замедленного действия.

— Вы уже говорили, — устало отозвался я. — Раз десять-двадцать.

Он кивнул на забаррикадированное здание.

— Там внутри сидит тварь, которая чуть не помножила нас на ноль одним взглядом. А мы вместо того, чтобы закинуть туда пару «Ф-1», строим ей уютный домик. Ты понимаешь, что если она выберется…

— Не выберется, — перебил я, проверяя крепление листа на прочность. — Сидит намертво. Сталь, анкера в стене. Змеи не умеют пользоваться ломами, Сергей Иванович. У них лапок нет. А кислотой она не плюётся, Олеся показала справку из Бестиария. Там нейротоксин в зубах и гипноз в глазах. Стали на гипноз плевать.

— Дело не только в том, что она может выбраться, — нахмурился Варягин. — Дело в принципе. Зачем? Зачем нам живая тварь под боком? Олеся не сможет её приручить. Это риск. Лишний фактор нестабильности.

Я посмотрел ему в глаза.

— Это не фактор нестабильности. Это инвестиция.

— Инвестиция? — Варягин скептически вскинул бровь. — В похоронное бюро?

— В безопасность Олеси, — парировал я.

На лице отца девочки дрогнул мускул. Я знал, куда бить.

— Послушайте, Сергей Иванович. Олеся приручитель. Её класс раскрывается только через петов. Сейчас у неё кто? Лемур? Коты? Жуки? Собаки? Хомяк? Это всё разведка, мелкие диверсии. Да, собаки могут сторожить, но этого мало. Ей нужно оружие, которое будет подчиняться только ей.