Неприкаянный. Делец - Калбазов Константин - Страница 7

Заинтересует ли великого князя торпедный катер, а также доля в государственном заказе? Глупый вопрос. Что ни говори, а Кирилл Владимирович моряк, я видел блеск в его взгляде. Он был в восторге от суррогатного «ноль второго», что уж говорить о специально спроектированном катере с куда более высокими характеристиками. Его вскоре доставят в Питер по железной дороге, воспользовавшись одной из платформ, изготовленных для переброски подводных лодок.

Что же до хозяина земли русской, то перед ним-то мне как раз и не следует лишний раз светиться. Ибо он весьма самолюбив, я же являюсь напоминанием о том, как он обделался. Дважды. Сначала, расшаркиваясь перед наглами, предал меня суду. А потом в угоду мнения лягушатников помиловал. Не, ну его к ляду, пусть пасётся на стороне. Тем более что делами банка он точно заморачиваться не станет. Это вопрос министерства финансов, а тут и Кирилла за глаза хватит…

– В принципе, Олег Николаевич, условия меня устраивают, но у меня имеется вопрос. Для чего вам нужен Русско-Китайский банк? – накладывая себе кусок запечённой утки с брусникой, поинтересовался Широков.

– Я намерен всерьёз вложиться в развитие Приморья. И главным моим инструментом в этом станет концерн «Росич». В мои планы входит подмять под него практически все ключевые предприятия области. А для реализации этого потребуется прочная финансовая структура. Мне стало известно, что вскоре появится возможность приобрести контрольный пакет Русско-Китайского банка. Чем, собственно говоря, я и решил воспользоваться.

– То есть вы знали об этом, так как на протяжении длительного времени готовились к данному событию. И это в то время, когда в министерстве финансов таких планов не было и в помине. Позвольте выразить моё восхищение вашим аналитическим способностям.

– Вы сейчас иронизируете?

– Вовсе нет. Я и впрямь восхищён. Но признаться, не понимаю, к чему вам нужны эти лишние траты, если есть способ гораздо проще.

– Не просветите?

– Я бы посоветовал вам открыть свой банк. Скажем, с уставным капиталом в пару миллионов рублей. Ваших средств будет достаточно для того, чтобы с самого начала задать вполне высокую планку для банка областного значения. И главное, он будет полностью вашим, без акционеров, перед которыми нужно отчитываться и согласовывать направление инвестиций. Вы сами станете определять политику и сферу деятельности. Иными словами, получите действенный инструмент для воплощения в жизнь своих планов.

– И в чём тогда ваш интерес, Иван Богданович?

– Для начала, я достаточно амбициозен. По факту я буду стоять у истоков… скажем, Приморского коммерческого банка. Уже на будущий год мы откроем отделение в уездных городах Приморья и Санкт-Петербурге, потому как без связи со столицей ни о каком развитии не может быть и речи. В ближайшие годы наши филиалы появятся в Китае, Корее и Японии. Это просто неизбежно. И при этом нет никакой необходимости оглядываться на акционеров. Просто головокружительные перспективы.

– Это во-первых. А чего вы ещё ожидаете от Приморского коммерческого банка? – поинтересовался я.

– Вижу, что название вам понравилось, – кивнув, удовлетворённо произнёс Широков и продолжил: – Одним из условий, при которых я соглашусь взяться за это предприятие, будет то, что если через два года я сумею воплотить в жизнь только что озвученное, и банк пойдёт по пути стабильного роста, вы сделаете меня партнёром.

– Скажем, пятнадцать процентов, пока вы трудитесь в банке, – и не подумал я мелочиться.

– Хм. Достаточно щедрое предложение, – согласно кивнул он, явно рассчитывавший на куда меньшее.

– Что-то ещё?

– Как только оформим все бумаги, предложите великому князю партнёрство и десять процентов, – продолжил банкир.

– Не многовато ли?

– Кирилл Владимирович не самая влиятельная фигура, но вполне достаточная, чтобы остальные решили не трогать нас, и предоставить возможность ему немного заработать. Хотя было бы неплохо привлечь и ещё кого-нибудь. Но главное – есть кем прикрыться на начальном этапе.

– Ну что же, коль скоро у нас всё так хорошо сладилось, предлагаю выпить за успех вашего предприятия, – поднял рюмку молчавший до этого Суворов.

– Нашего, Михаил Иванович. Нашего, – поправил я его.

Купец был не просто лицом, но и главной движущей силой концерна, а будущему банку предстояло стать одной из структур «Росича». Да, максимально самостоятельной, работающей не только с нашими предприятиями, но всё же не независимой…

Откладывать дело в долгий ящик не стали и по завершении обеда поднялись прямиком ко мне в номер. Не сказать, что я имею какое-то отношение к юриспруденции, но благодаря моей памяти держал в голове сотни самых различных документов, и всевозможных договоров в том числе. Поэтому составить нужный для сотрудничества с банкиром не составило труда.

Иное дело, что его пункты были обсуждаемы, и Широков вовсе не собирался ставить свой автограф без внимательного изучения бумаг. Впрочем, ознакомился он с их содержанием достаточно быстро, явно имел опыт в подобных делах и знал себе цену. Поэтому чётко изложил то, с чем был не согласен, выслушал мои аргументы, с чем-то согласился, в чём-то оказался непреклонен.

Как бы то ни было, но через три часа мы пришли к общему знаменателю. После чего я уселся за арендованную пишущую машинку и под удивлённые взгляды Суворова и Широкова с ловкостью, которой позавидовала бы машинистка, перепечатал договор набело. Банкир ещё раз перечитал текст и поставил свою подпись…

– К слову, Иван Богданович, прошу знакомиться. Ложкин Иван Капитонович, будущий начальник вашей службы безопасности. Будко Александр Филиппович, его заместитель, – представил я своих бывших комендоров.

– В смысле охрана? – не понял Широков.

– Они будут заведовать охраной банка и озаботятся личной безопасностью сотрудников. Кроме того, станут проверять кредитоспособность предприятий концерна и других заёмщиков. На них же будет взимание долгов, суды с должниками и работа с судебными приставами. Система сигнализации, обустройство и эксплуатация денежного хранилища и банковских ячеек. Словом, это будущее правовое, силовое и техническое крыло банка.

– М-м, правовое я всё же выделил бы отдельно, – заметил Широков.

– Как скажете, – легко согласился я.

– Простите, а у них имеется соответствующее образование? – поинтересовался банкир.

– Нет. Но у них есть моё полное доверие, а остальному они научатся. Уж чего-чего, а тяги к знаниям им не занимать.

– Иными словами, вы мне не доверяете?

– Прошу прощения, Иван Богданович, но с ними я прошёл через всю войну, съел не один пуд соли и не раз вверял в их руки свою жизнь. С вами же познакомился только сегодня. Если вас это оскорбляет, то… – Я протянул договор, словно предлагая порвать его, как и не было.

– Нет, нет, всё вполне справедливо, Олег Николаевич. И должен заметить, что это очередной пункт, который говорит в вашу пользу.

– Ну как тебе моя находка, Олег Николаевич? – когда мы остались в номере вдвоём, спросил Суворов.

– Боюсь поверить в удачу, но пока выглядит всё так, что Иван Богданович не только сэкономил нам более шести миллионов, но благодаря ему мы ещё сможем получать с них прямую прибыль.

– А это не слишком – кредитовать свои же предприятия? – с сомнением произнёс купец.

– Так мне пришлось бы вкладывать в них деньги напрямую при отсутствии финансового инструмента, а тут он будет в наличии. Тем паче, что кредитовать мы станем не только наши предприятия, но и сторонних дельцов.

– Ну-у, может, ты и прав. В конце концов он банкир, ты и вовсе не от мира сего. Вроде и не купец, но за что не возьмёшься, всё в жилу выходит. И Эссен про тебя так же говорил.

– Это точно. Я такой, – подмигнул компаньону. – Лучше расскажите, Михаил Иванович, как там было зимой во Владивостоке?

– Тяжко было. Ты прямо-таки провидец. На улицах города шли настоящие бои. Даже пушки выкатывали.