Тридцать восемь квадратов (СИ) - Савье Оксана - Страница 9

Маша хотела отказаться — завтра рано вставать, тетради не проверены. Но услышала себя:

— Почему бы и нет.

Так началась традиция. Раз в несколько дней Маша заходила к Лене на чай или кофе — иногда на бокал вина. Они не говорили о личном постоянно, чаще просто сидели, обсуждали новости, книги, работу. Лена устроилась бариста в крупную сеть кофеен — не свое дело, но платили прилично, и график был гибкий.

— Знаешь, что забавно? — сказала она однажды, когда они сидели на ее балконе, куря сигарету — Лена курила, Маша просто составляла компанию. — Я думала, что после развода буду рыдать каждый вечер. Скучать по совместным ужинам, по тому, как он храпел рядом, по его носкам на батарее. А вместо этого я... свободна. И это немного пугает. Настолько хорошо, что страшно.

— Почему страшно? — спросила Маша.

— Потому что я семь лет строила жизнь вокруг другого человека. Планировала выходные с учетом его желаний, готовила то, что он любит, смотрела фильмы, которые он выбирал. А теперь выбираю только я. И я будто забыла, чего хочу на самом деле.

Маша молчала, смотря на вечерний город. Огни в окнах, машины внизу, чья-то жизнь в каждой освещенной точке.

— Я тридцать лет не знала, чего хочу, — сказала она наконец. — В первом браке была женой, которая должна родить ребенка. Не родила — развелись. Во втором была матерью чужих детей. Делала то, что нужно им. А чего хотела я... — Она покачала головой. — Не знаю. До сих пор не знаю.

— Тогда будем учиться вместе, — Лена затушила сигарету. — Заново. Как будто нам по двадцать, и впереди вся жизнь.

В пятницу вечером позвонила Ева. Маша колебалась, глядя на экран, но все-таки ответила.

— Маша! — голос девушки был взволнованным. — Ты наконец взяла трубку. Я уже думала, ты... ты совсем с нами не хочешь говорить.

— Просто нужно было время, — Маша прошла на балкон, прикрыла дверь. — Что случилось?

— Я хотела спросить... ты придешь на мой день рождения? Мы хотели собраться — семьей. Папа, Никита, Ника, Алина с Алисой. И... и мама.

Кира. Конечно.

— Ева, я не думаю, что это хорошая идея, — медленно произнесла Маша.

— Пожалуйста, — голос девушки дрогнул. — Ты же знаешь, я никогда не праздновала толком. В прошлом году мы просто поужинали дома, ты помнишь? Ты испекла тот торт с маракуйей, мой любимый. А в этом году я хочу... я хочу, чтобы все были вместе. Все, кто важен.

— Ева...

— Я знаю, это тяжело. Знаю, что ты обижена. Но, Маша, ты же понимаешь — ты мне тоже важна. Ты была рядом все эти годы. Ты моя... — Она запнулась. — Неважно, как это назвать. Просто приди. Пожалуйста.

Маша закрыла глаза. Представила этот вечер — она за одним столом с Сашей и Кирой. Вежливые улыбки, натянутый разговор. Кира на своем месте, в своем доме, с ее детьми.

— Где будете праздновать?

— В ресторане, — быстро ответила Ева. — Не дома. Я специально забронировала столик в "Гранате", помнишь, ты туда хотела сходить? Папа сказал, что оплатит все. Будет просто ужин. Несколько часов. И ты сможешь уйти, когда захочешь.

— Когда?

— В следующую субботу. В семь вечера.

Маша представила, как откажет. Как Ева расстроится, заплачет. Как Никита будет уговаривать ее передумать. Как Ника пришлет сообщение: "Ну пожалуйста, приди хоть ненадолго".

И она устала отказывать. Устала прятаться.

— Хорошо, — сказала она. — Я приду.

— Правда?! — Ева выдохнула с облегчением. — Спасибо! Спасибо, Маша! Я так рада. Это будет... это будет хорошо. Обещаю.

Когда они попрощались, Маша осталась стоять на балконе, глядя в темноту. В соседнем окне зажегся свет — Лена вернулась с работы. Через минуту заиграла музыка — тихая, ненавязчивая.

Маша постучала в стену — три раза. Их условный знак: "зайти можешь?"

Музыка стихла, через минуту раздался стук в дверь. Лена стояла на пороге в форме кофейни, уставшая, но улыбающаяся.

— Что-то случилось?

— Есть вино? — спросила Маша.

— Всегда, — Лена шагнула в квартиру. — Сейчас принесу.

Они сидели на полу Машиной комнаты — почему-то так было удобнее — спинами к дивану, с бокалами в руках.

— Меня пригласили на день рождения, — сказала Маша. — К девочке, которую я вырастила. Будет вся семья. Включая ее биологическую мать и моего... бывшего мужа.

— И ты согласилась? — Лена отпила вина.

— Согласилась.

— Зачем?

Маша задумалась.

— Потому что Ева попросила. Потому что я не хочу, чтобы они думали, будто я сломалась. Будто спряталась и не могу даже встретиться с ними.

— А ты можешь? — мягко спросила Лена.

— Не знаю, — честно ответила Маша. — Но хочу попробовать.

Лена кивнула, покрутила бокал в руках.

— Когда я в первый раз встретила бывшего после развода — случайно, в супермаркете — у меня начался приступ паники прямо у витрины с йогуртами. Он подошел поздороваться, а я... я не могла дышать. Убежала, бросив корзину. — Она усмехнулась. — Теперь мы спокойно здороваемся. Даже кофе выпили как-то. Время лечит. Банально, но правда.

— Прошел месяц, — Маша посмотрела на нее. — У меня прошла всего неделя.

— Тогда это очень смело, — Лена чокнулась с ней бокалом. — За смелость.

— За смелость, — повторила Маша и выпила.

Они просидели так до полуночи, иногда разговаривая, иногда молча. Когда Лена ушла, Маша легла в кровать и долго смотрела в потолок.

Следующая суббота. Ресторан. Вся семья.

Она представила, как войдет туда — в новом платье, с уложенными волосами, с улыбкой на лице. Как поздоровается с Сашей, кивнет Кире. Как обнимет детей — Еву, Нику, Никиту. Как возьмет на руки Алису.

Как проживет этот вечер с достоинством.

А потом вернется сюда, в свои тридцать восемь квадратов.

Где тихо. Где свободно. Где можно наконец выдохнуть.

И заплакать, если нужно.

В понедельник на работе Ольга Петровна поймала ее в учительской.

— Маш, ты же хотела на курсы повышения квалификации? — она помахала бумажкой. — Тут как раз объявление. "Современная литература в школьной программе". Месяц, по выходным. Бесплатно, от министерства.

Маша взяла листовку, пробежала глазами.

— Записывайся, — подтолкнула Ольга. — Тебе нужно отвлечься. Ты похудела, бледная. Я понимаю, что у тебя что-то случилось дома, но работа... работа должна помогать, а не добивать.

Маша представила субботы в аудитории — лекции, обсуждения, новые люди. Подальше от пустой квартиры. Подальше от мыслей.

— Хорошо, — сказала она. — Запишусь.

Ольга обняла ее — крепко, по-матерински.

— Молодец. Все будет хорошо. Правда.

Маша кивнула, не веря, но хотя бы пытаясь.

Вечером она написала Еве: "Куплю тебе подарок. Что хочешь?"

Ответ пришел быстро: "Просто приди. Это лучший подарок".

Маша улыбнулась — грустно, но все-таки улыбнулась.

И начала планировать, что наденет на этот ужин.

Потому что если идти — то с гордо поднятой головой.

Даже если внутри все дрожит.

Маша стояла перед зеркалом в примерочной и не узнавала себя. Платье было простым — темно-синее, чуть ниже колена, с изящным вырезом на спине. Ничего вызывающего, но элегантное. Продавщица сказала: "Вам очень идет. Подчеркивает фигуру".

Фигура. Маша посмотрела на свое отражение. За неделю она действительно похудела — джинсы болтались на бедрах, лицо осунулось. Но в этом платье она выглядела не измученной, а... стройной. Почти красивой.

— Беру, — сказала она, не дав себе времени передумать.

Дома она повесила платье в шкаф и долго смотрела на него. Последний раз она покупала что-то для себя — не для дома, не для школы, а именно для себя — года три назад. Тогда Саша пригласил ее на корпоратив своей компании, и она купила скромное черное платье, в котором просидела весь вечер в углу, пока он общался с коллегами.

Это платье было другим. В нем она чувствовала себя не приложением к чужой жизни, а самостоятельной женщиной.