Вперед в прошлое 14 (СИ) - Ратманов Денис - Страница 3

Когда вернулся с последней парой стульев, Лика выставляла торт — предыдущий купили, и цена в 15000 никого не испугала, уж очень он красивым был.

— Если этот тоже купят, еще один есть, — проговорила она шепотом. — Я точно охрипну сегодня!

После обеда стали подтягиваться наши, из клуба «Воля и разум» — и те, кто на рынке работал, и просто сочувствующие. Даже Баранова заявилась и Райко долго крутился вокруг павильона, но зайти не решился.

В два часа дня Вероника запаниковала, что товар заканчивается, коржей нет, ничего нет, побежала скупаться на рынке и ехать домой, а мы остались с Ликой вдвоем. Все-таки здорово, что я могу ей помочь!

Видя, что девушка устала болтать, эту функцию взял на себя я: и встречал гостей улыбкой, и рассказывал про розыгрыш, и про посуду говорил.

Менялись лица. Мелькали деньги. Пополнялись списки в тетради, запас пирожных истощался. Раньше такое количество продавалось за два дня, а теперь только начало четвертого, а уже нет половины позиций! И второй торт купили, пришлось последний выставлять.

— Бабушка коржей напекла с запасом. С кремом много возни, — поведала Лика, когда народ схлынул, и было всего два посетителя.

Я открыл тетрадь. Только на кофе и чае мы заработали 12500. То есть к вечеру будет двадцатка, тысяч двенадцать чистыми. Неплохой плюс к основному доходу, дедовы московские точки мне приносят ненамного больше.

Впорхнули девочки-студентки, рыжая и блондинка, долго собирали мелочь по карманам, наскребли на цитрусовое пирожное и чай. Я пожалел их и подарил «картошку» — девочки аж расцвели, взгромоздились на табуретки. Рыжая достала сигарету, собралась закурить, я подбежал к ней, кашлянул:

— Извините, но у нас не курят.

На красивом личике мелькнула гримаса недовольства, но девушка кивнула и убрала сигарету. Благодетелю хамить — последнее дело. А я на тетрадном листе написал, что курение запрещено. Вспомнил безобразную сцену в «Макдональдсе», когда вахтовики решили там выпить крепкого, и добавил: «А также запрещено распитие спиртных напитков и употребление пищи, принесенной с собой».

— Так у нас к вечеру ничего не останется, — пожаловалась Лика. — А вечером самая бойкая торговля. Надеюсь, бабушка успеет хотя бы корзиночек накрутить и картошек. Желейки дома в холодильнике застывают, но там немного, штук десять, и они тут у нас еще есть.

— Привет родственничкам! — громко поздоровалась с нами Наташка — я аж вздрогнул. — Круто тут у вас! Модно и красиво. — Она принюхалась и протянула триста рублей. — Кофе пахнет. Сделайте мне чашечку. Прям аж остаться хочется, но надо в театр.

Лика налила воду в чайник и включила его.

— Паш, вода заканчивается. Принесешь?

Наташка забрала стаканчик и села у окна, а я с трехлитровой банкой рванул к Бигосу. У порога налетел на Желткову, которая тоже пришла нас поддержать и испуганно хлопала ресницами.

— Привет, Люба, проходи, — сказал я и помчался дальше, думая о том, что вот я бегу набирать воду в кране, чтобы готовить кофе. Никаких фильтров и систем очистки — и никто не травится, все счастливы. Можно было вообще не надоедать Бигосу, а в туалете воду набрать, там та же самая вода, но это было как-то слишком.

Бедолага Желткова насобирала только на чай. Сидела сиротинушка перекошенная у стеночки, пила маленькими глоточками да на меня смотрела с любовью и тоской. Лика предложила:

— Там у меня корзинка-монблан одна поломалась, может, скормить ей? Жалко дуреху.

— Жалко, — согласился я. — Только ты ей ее предложишь. Она и так липнет ко мне, а после корзинки вообще не отобьюсь.

Лика хихикнула и понесла Желтковой угощение, да на одноразовой тарелочке. Вот счастья было! Любка чуть не заплакала.

К вечеру, когда люди поехали домой с работы, началось движение. Мы не успевали обслуживать народ, рты болели улыбаться. Ассортимент таял на глазах. Остались только дорогие чизкейки, картошки и корзиночки в варианте монблан и еще — вафельные трубочки со сгущенкой. Эклеры все разлетелись. И «наполеоны», и цитрусовые, и «Павловы» и лебеди-безе.

Но нас спасла Вероника, привезшая партию эклеров, желеек, картошек и корзиночек. Оставив пирожные, она сразу же уехала.

Закрыли павильон мы с Ликой ровно в восемь. Пока она убирала помещение, протирала стойки, мыла пол, я считал деньги.

— Отгадай, сколько мы сегодня заработали? — спросил я, раскладывая деньги по номиналу.

— Сколько? — не стала гадать она.

Я написал на листке: «287 000» и показал ей. Девушка деланно закатила глаза и схватилась за голову, а потом шепотом добавила:

— Плюс сорок пять за три торта.

Я мысленно все перемножил-поделил и сказал:

— То есть чистыми я заработал восемьдесят три тысячи, и вы столько же.

— Это ж больше двух мультов в месяц! — блеснула глазами Лика.

— Ты главное поменьше об этом говори, — посоветовал я, поделил деньги, забрал себе закупочные. — Ну что, поехали домой? Давай-ка я до Николаевки тебя провожу, а то мало ли. Все-таки девушка одна ночью, да с деньгами.

В пятницу я сперва сильно разнервничался, а потом — воодушевился успехом нашей кондитерской, потому долго не мог заснуть. Проснулся на удивление спокойным и анализировал события ушедшего дня с холодным рассудком.

Было на сто процентов ясно, что это не временный успех. С огромной вероятностью доходы не схлопнутся, а будут расти, и, если работать тем же составом, то есть, когда начнется школа, Вероника останется одна, то схлопнется она. В лучшем случае угодит в больницу, а такого кулинарного таланта нет ни у кого, на ней все держится.

Потому мыслить нужно стратегически и максимально разгрузить Веронику, это раз. Как ни крути, придется нанимать продавца, и то не факт, что один человек справится. Два — транспорт. С большой вероятностью, производство будет расширяться, к пирожным добавятся торты — в руках столько не утащишь, по автобусам не наездишься. Выручка тоже будет расти. Вчера мне стремно было ехать домой по темноте. И это при том, что мы вдвоем с Ликой! А каково женщине одной, да с круглой суммой? Однозначно нужен проверенный водитель.

Три — производственное помещение. В идеале это газифицированный дом недалеко от рынка. Плюс туда понадобится оборудование, в предпочтительно — духовые шкафы и несколько холодильников. Но в свободной продаже шкафов нет, а где их искать, ума ни приложу, так что пока придется довольствоваться несовершенной газовой духовкой, а лучше двумя.

Вот такие дела. И решать проблемы нужно за эти два дня, потому что уже в понедельник Лики не будет — начнутся уроки в школе.

Ну а сегодня у нас планируется шоу — розыгрыш авторского торта. В будущем розыгрыши себя дискредитировали, потому что любой маркетплейс, стоит провести копеечную оплату, предлагает розыгрыш призов! Выбирай подарок! Смотри, сколько их у тебя! Десятипроцентная скидка на лечение кариеса в клинике, куда тебе полдня ехать! Только один день, в понедельник с 18.00 до 20.00 скидка 50% на лечение простатита у доктора Вагина! Бесплатный месяц на подписку на онлайн-кинотеатр, который ты потом отключишь только при помощи танцев с бубнами. Промокод на покупку в аптеке, которой нет в твоем городе — и бесконечный список курсов, скидок, приглашений, как правило, совершенно бесполезных. Или — «накопите баллы и участвуйте в розыгрыше квартиры», который пройдет неизвестно когда на Кудыкиных горах.

Потому все отмахивались от «подарков» как от впаривания ненужных услуг и бесполезной суеты, отнимающей время.

Пока народ розыгрышами не испорчен, максимум, что может быть — подтасовка и раздача самых лучших призов своим, но ведь мелкие все равно достанутся счастливчикам! Больше чем уверен, что придут все наши вчерашние клиенты, а если сами не смогут, кого-то пришлют.

Ну а для привлечения новых клиентов будет мини-розыгрыш для сегодняшних покупателей, который состоится в три дня. Что Вероника изобретет в качестве суперприза, я не знал, думал, тоже торт. Я предложил разыграть носки и колготки, которые вернула Лика, лишившаяся свободного времени для торговли вещами, но Вероника отказалась — надо популяризировать нашу продукцию. Потому в качестве призов будут пирожные.