Мастер Рун. Книга 5 (СИ) - Сластин Артем - Страница 9

— Действительно. Пока сам на холм не заедешь, не увидишь. — удивился Леви тому, как удобно оказалось расположено укрытие, куда вместе с лошадьми спокойно можно было человек тридцать разместить и хрен их кто увидит. Холм не выделялся с среди других, разве что был немного круче. А для Гаррета и разведчиков, он вообще казался бесполезным, так как чуть дальше была более удобная точка обзора. Поэтому и пропустили.

— Да тут вообще застройка как в городе. — согласился лейтенант. — Кругом что-то было. Древнее, а до сих пор частично сохранное.

Ночевка прошло голодно и грустно. Стейни в итоге решил не убивать одну лошадь, а чтобы ускорить передвижение отряда, разделить его на две группы и перевозить частями, не отменяя при этом марша. Ну, а первое дежурство досталось мне и Марку. Без костра, слушая дыхание товарищей, мы сидели наверху, укрывшись от глаз врага и полагались скорее на слух, чем на глаза. Ночь была тёмной.

— Как думаешь, больно было? — вдруг спросил Марк, сидя прислонившись к моей спине. — Когда они умирали. Серг, Талир, ну…

— Не знаю, — ответил я честно. — Надеюсь, что нет. Надеюсь, всё прошло быстро.

— Я тоже надеюсь, — Марк сплюнул в сторону. — Потому что, если я сдохну в этой Пустоши, хочу, чтобы быстро. Без мучений, без агонии. Раз — и темнота. Понимаешь?

— Понимаю.

— Ну и отлично. Потому что если придётся, я рассчитываю, что ты меня прикончишь, если что-то пойдёт не так. Не дашь мучиться.

Я уставился на Марка, не зная, что ответить. Он говорил это спокойно, буднично, словно обсуждал погоду.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — кивнул Марк. — И ты тоже подумай об этом, Корвин. Если тебя схватят, если начнут жрать заживо, ты захочешь, чтобы кто-то прикончил тебя быстро. Это милосердие, а не жестокость.

— Договорились, — сказал я наконец. — Если что-то пойдёт не так, сделаю. Но и ты то же самое.

— Естественно, — усмехнулся Марк. — Это называется взаимопомощь, птичка.

Эрион, сидевший чуть поодаль И видимо не спавший и слушавший наш разговор, фыркнул.

— Весёлая компания подобралась. Обсуждаете, как будете друг друга убивать. Может, о чём-нибудь приятном поговорим?

— Ты бы спал лучше, твоя смена третьим.

— Не хочу. Не спится мне тут.

— О чём поговорим? — спросил Марк. — О том, как мы скоро сдохнем от голода? Или о том, что впереди ещё дней пять пути через мертвечину? Или о том, что даже если доберёмся до Серой Башни, там может никого не быть?

— Точно, давай о приятном, — согласился Эрион с кривой усмешкой. — Может, вспомним, как в борделе в Цветке хорошо было? Девки там знатные, да какое пиво на вкус.

— Эх, девки, — мечтательно протянул Марк. — Я бы сейчас всё отдал за одну ночь с мягкой женщиной и кружкой пива.

— Я бы за полноценную еду отдал, — вздохнул я. — Мясо, хлеб, суп горячий. Бездна, даже за кашу без соли готов душу продать.

Не смотря на разговоры и общее уныние отряда, ночь прошла спокойно, и утро мы встретили живые, голодные и злые.

И на этот раз летал Гаррет, а я остался с Стейни и Алексом в группе раненых, пока Леви командуя первой группой перевозил нас по очереди, стараясь справиться с начавшими буянить лошадьми. Как будто у нас и так проблем было мало.

Хотя взятые из Башни элексиры практически на второй день поставили на ноги всех, кроме Стейни и Оди, но и они практически шли на поправку, еще пара таких дней и весь отряд будет полностью боеготов. Даже Алекс пришел в себя и вел себя хорошо, практически сразу получив место среди первой группы, как один из лучших бойцов, что в состоянии безумия, что без.

Наблюдая шаг за шагом, одну и ту же серую безграничную пустошь, я усмехнулся. Ни деревьев, ни травы, ни зверей, абсолютно всё вокруг было мертво, растелившись словно саван на покойнике, и только эти развалины напоминают о том, что когда-то здесь тоже жили, звучали детские смешные голоса, и жизнь била рекой.

А потом что-то случилось и всё испортилось. Как там Леви сказал, люди всё испортили, и боги выгнали их сюда, а что они тут испортили, что умерли, не составив о себе даже достойной памяти. В богов я не верил. Может и зря, но атеист во мне преобладал.

Интересно, древние тоже думали, что делают правильно? Что их магия, их руны, их технологии спасут мир? Или они понимали, что идут к катастрофе, но не могли остановиться? Как наркоман, который знает, что убивает себя, но продолжает колоться, потому что не может иначе.

Я покачал головой, отгоняя мрачные мысли. Какая разница, что думали древние. Они мертвы, их цивилизация мертва, а мы живём в руинах их мира и пытаемся не сдохнуть. Вот и вся философия.

Жизнь, тут же показала, что не поздно сделать нам еще хуже. Прискакал Эрион, ведя с собой пятерку лошадей, на которые мы тут же уселись, ускоряя марш и торопясь к первой группе, слушая новости из первых уст.

— Нарвались, на полусотню тварей! — отчаянно жестикулировал боец. — Думали хана, там лаз, сверху не видно и Гаррет пропустил, пришлось прямо на конях прорываться, а там одна из тварей больших.

— Как демон? — уточнил Стейни.

— Не, поменьше. Но тоже урод. Если бы не Алекс, хрен бы укатили, четверо мне свидетели!

— Потери есть? — спросил лейтенант.

— Алекса в руку ранили, когда он твари пасть порвал! — восторженно ответил Эрион. — Он как бог, спустившийся на землю! Столько тварей убил и главного убил, а остальных мы как червей раскатали, ни одного не пропустили! Он ему пасть порвал! Голыми руками!

— Сам Алекс как в итоге? — встрял я под неодобрительный взгляд лейтенанта.

— Бешенный, как демон, пришлось связать, — ответил парень. — Но мы уже близко были к месту ночевки, поэтому Леви отправил меня, а его они сами потащили. Гаррет спускался к ним я видел, вроде в порядке всё.

— Быстро! — командовал лейтенант. — Собираемся! Нужно помочь им!

Третий день пути начался с того, что я проснулся от того, что Гаррет грубо пихал меня в бок кулаком. Не сильно, но настойчиво, как будто проверял, не давая мне досмотреть прекрасный сон о еде. Зараза.

— Вставай, птичка, — сказал он, когда я открыл глаза и посмотрел на него с укоризной. — Твоя очередь летать.

Я поднялся, чувствуя, как всё тело ноет от вчерашнего полёта и ходьбы. Спина болела от ремней, руки затекли, а в мышцах было такое напряжение, словно меня вчера протащили за лошадью километров тридцать, а не на лошади. Но жаловаться было некому и незачем, все тут были в таком же состоянии, а кто-то и похуже.

Первым делом я проверил связанного Алекса, убеждаясь, что тот в относительном порядке. Эрион не врал, когда рассказывал, я видел результат, когда мы догнали первую группу. Тварь лежала с разодранной мордой, кровь ещё не успела высохнуть, а Алекс сидел в стороне, связанный по рукам и ногам, и смотрел в пустоту золотыми светящимися глазами.

На этот раз я выкачивал из него этер почти два часа, пока он не пришёл в себя, и весь этот процесс превратил все мои заготовки рунных щитов в опасные бомбы. И четверо мне свидетели, ни лейтенант, ни сержант даже и слова не сказали, чтобы узнать, как я это делаю, а я уже и так практически перестал скрывать. Я возвращаю парня к жизни, и этого достаточно. Ну и заодно пополняю запас бомб. А связали его на ночь, по его же просьбе несмотря на то, что он очнулся и сияние пропало, чувствовал он себя не очень хорошо, поэтому все решили не рисковать. Хотя Марк и возмущался, что Алекс просто лентяй, который не хочет стоять в ночном дозоре.

Теперь у меня их было штук двадцать, и я не знал, радоваться этому или бояться, что они все разом рванут, если я неправильно на них посмотрю. Половина из них были с руной Очищения, я хотел посмотреть, какая связка лучше бахнет. И еще пара фонариков.

Гаррет помог мне затянуть ремни на крыльях, вставил свежие накопители, проверил крепления. Руны вспыхнули, плёнка натянулась, и я почувствовал знакомое давление на спину, тянущее назад.

— Маршрут прежний, — сказал разведчик, зевая во весь рот. — Идём на север, вдоль той гряды холмов, что видишь. Впереди должна быть старая дорога, сегодня пойдем прямо по ней. Следи за ней, если отряд собьётся с курса, дай знать Леви. И главное, смотри по сторонам, внимательно.