Скуф. Маг на отдыхе 2 - Токсик Саша - Страница 11

– Но я сделаю вам хорошую скидку.

– Само собой.

– Так что вам, говорите, было нужно? Диктофон?

– Да, – кивнул я. – С двумя кнопками.

– Вкл и Выкл?

– Именно так.

– Рекомендую ещё “паузу”, – сказал Геннадий Сергеевич, – тогда запись идёт плавнее. Без рывков.

– Разумно, – согласился я.

Потому как, действительно, разумно.

– Пойдёмте за мной…

И спустя уже две минуты я вышел из магазина электроники. Довольный, весь такой немного ностальжи и с распакованным диктофоном в руках.

Тыкнул на кнопку записи и хотел было что-то умное ляпнуть, но нужные мысли куда-то резко пропали. Потом, стало быть, по случаю использую. Когда муза посетит. Ну а пока что я решил проверить телефон, судя по вибрациям, за время общения с Владиславом сообщений мне нападало прилично.

Скорее всего, альтушки спамят в общий чат фотографиями из примерочных.

– Так, – я разблокировал экран и сразу же выругался.

Нет, заспамлен был не чат.

Почти каждая из кадетов группа «Альта» отправила мне минимум по три сообщения, и смысл каждого сводился к нехитрому: «Василий Иванович, помоги!»

***

– Лучший подарок – это книга, – со знанием дела заявила Юля Ромашкина, прогуливаясь вдоль рядов.

Стеклова в ответ вздохнула.

– Предлагаешь на пятьдесят кусков ему книг набрать?

– Ну-у-у-у, – протянула Юля. – Тогда щенок породистый. Или котёнок.

– Ромашкина, соберись! И давай думать лучше. Итак, что мы знаем о Скуфидонском?

– А что мы знаем о Скуфидонском? – на автомате переспросила Ромашкина, сняв с вешалки пальто и рассматривая бирку. – Хлопок и конопля. Унисекс.

– Не-не-не, – тут же замотала головой Стеклова, отобрала пальто и повесила обратно. – Унисекс отставить. Унисекс – это точно мимо. У Василий Ивановича секс вполне себе определённый…

Искать подарок руководителю было решено в отделе мужской одежды. Потому как сувенирная безделушка, она и есть сувенирная безделушка, ей только пыль собирать. Можно было бы подарить что-то из электроники – умные часы, например – да только Стеклова и Ромашкина не были ещё столь близки к Скуфу, чтобы знать о том, что у него есть, чего нет, и что хочется.

А одежда, она и есть одежда. Что-то хорошее и брендовое…

– …или специализированное, – Стеклова защёлкала пальцами. – Ну точно же! Снегоходы!

– Что «снегоходы»?

– Снегоходы у него есть, а костюма специального нет, не успел ещё. Так что погнали в спортивный отдел, посмотрим хороший комбез со шлемом и термобельё. Выберем что-нибудь побрутальней, и чтобы с принтами…

– Пламя там какое-нибудь, – включилась в мозговой штурм Ромашка. – Или черепа. Он футболки постоянно такие таскает.

– Точно!

И тут:

– Бу! – сквозь стойку с пальто в пролёт выскочил молодой человек слащавой наружности.

Полуприкрытые веки, наглая ухмылка, отбеленные аж до блеска зубы и волосы… настолько надёжно зафиксированные лаком, что могли бы потягаться в противоударности с умными часами незабвенного консультанта Владислава. Длина и цвет невнятны и непонятны, но вся эта волосатая инсталляция до боли напоминала петушиный гребень.

– Милые барышни, – склонился в поклоне юноша.

Юноша не представился, а потому для удобства Стеклова одарила его кличкой Петух.

Тут же сзади и спереди появились ещё двое парней. Один – высокий доходяга в розовом худи, а второй жиробасина в заниженных рваных джинсах. «Петух, – повторила про себя Стеклова. – Худи и Копилка».

– Вам чего? – уточнила Стеклова и нахмурилась.

– Какая хму-у-урая фитоняша, – игриво протянул Петух, а затем оценивающим взглядом прошёлся по Ромахе, которая в лучшем случае была выше него на голову. – И ты тоже ничего. Миленькая. Ну так и что же две такие соблазнительные девчули забыли в отделе с мужскими вещами?

– Тебе какая нахер разница?

– Оу! – Петух заржал и обернулся на Копилку. – У кошечки есть коготки!

– Идите, куда шли, ребят, – сказал Стеклова и собралась было просто уйти, но тут её очень грубо остановили.

Рукой.

За плечо.

Спецназерские навыки на уровне инстинктов уже разложили всё по полочкам: за что схватить, куда повернуть и с какой силой надавить. Татьяна Витальевна Стеклова и безо всякой магии была способна справиться с этими недомерками. Боялась она лишь не рассчитать силы.

– Руку убрал, – рявкнула Татьяна.

– Боюсь-боюсь! – Петух наигранно отдёрнул руку. – Итак, девушки, вы нашли то, что искали.

– То есть?

– То и есть! Вы же неспроста бродите по мужскому отделу, верно? Провинциальные сучки с жаждой до денег и нестерпимым зудом в промежности ищут себе папиков…

Петух начал расхаживать взад-вперёд, манерно жестикулируя руками.

– …виляют задницами, чтобы примелькаться, но при этом строят из себя невинность. Хватит, девочки. Мы видим вас насквозь.

– Ага-ага, – поддакнул Копилка.

– Так, давайте пропустим все эти игры и сразу же перейдём к главному, – тут Петух обвёл жестом своих друзей. – Мы вполне себе состоятельные ребята из приличных родов. Ну а тем более мы гораздо моложе и приятней на ощупь, чем те, кто обычно на вас потеет.

– Гы-гы-гы, – это Худи впервые подал голос.

– Ну так что? Начнём торги? По тысяче за отсос достаточно?

И быть бы ему битым и обеззубленым в ту же самую секунду, если бы не Ромашкина.

– Юля!? – забыв обо всех Петухах на свете, крикнула Таня Стеклова. – Юля, терпи! Юля, держись, слышишь меня!?

Стиснув зубы и сжав кулаки, Ромашка кое-как сдерживала своего внутреннего зверя. Это было понятно хотя бы по ауре, которая вне зависимости от желания стала исходить от взбешённой альтушки.

«Убьёт! – в ужасе подумала Таня. – Растерзает, как Тузик грелку! И опять мы влипнем в какую-нибудь кровную вражду!»

– О! – ухмыльнулся Петух. – Да сучки ещё и одарённые! Во дела…

– Юля, держись! – одной рукой Стеклова начала гладить подругу по голове в нелепой попытке успокоить, а второй уже написывала сообщение Василию Ивановичу…

***

«Ромашка сейчас обратится!» – из всех сообщений именно это я счёл самым срочным.

Не будь дурой, кадет Стекловата скинула мне геоточку со своим местоположением. И это хорошо. Но геоточка, она как бы на плоскости лежит, а «Базар», мать его так, шестиэтажный. И вот это уже плохо.

Но…

Повезло.

Со второго раза, правда, но всё равно без удачи, как мне кажется, не обошлось. Так что сперва я нашугал бедолагу-индуса, который торговал чаями и вонючими палочками на первом этаже и к которому я ворвался, выкрикивая:

– Ромашка! – и ещё более странное: – Стекловата!

Но со второго раза и на втором этаже я таки альтушек нашёл.

Чтобы разобраться в ситуации, стоило лишь мельком на неё взглянуть. Трое каких-то молодых уродов довели моих девок до белого каления. Ромаха сидела на корточках, часто дышала и смотрела в одну точку в тщетных попытках успокоиться, а Стеклова шептала ей что-то ободряющее.

Уроды при этом стояли рядом и шутили смешные шутки.

– Молодец, – бросил я Танюхе. – Всё правильно сделала.

– Дядя, вали отсюда… – заметили меня уроды.

Ну, право слово. Банальщина, как она есть. Он бы ещё что-нибудь про песок ляпнул или про то, что мне лучше не начинать слишком толстую книжку.

Короче…

Разговаривать я со звиздюками не стал. Одному скрутил руку, второго, высокого, взял за ухо и повёл на выход. Третий и самый толстожопый сам посеменил за нами следом.

– Да ты хоть понимаешь, с кем ты связался!?

– Дай угадаю. Ты из баронского рода.

– Графского.

– Ах, даже графского, – кивнул я, шуруя вдоль примерочных. – Ну и ты, наверное, жестоко отомстишь мне за дерзость.

– Да я бы тебе прямо сейчас навалял! Ай! – это я чуть посильней заломил уроду руку. – Повезло тебе, что магией нельзя пользоваться!

Ну… тут я только поржать мог.