Выбери любимый жанр

Краски и пепел - Яковлев Олег - Страница 1

1/14
Следующая

Изменить размер шрифта:

Олег Яковлев, Мария Герасимова

Краски и пепел

Книга не пропагандирует употребление алкоголя. Употребление алкоголя вредит вашему здоровью.

Пролог

Я хочу рассказать вам сказку

Глубиной как глаза и море,

Чтобы строки как птичьи перья –

Ярко-алые, в пятнах крови…

И пронзить роковой загадкой,

Увлекательной и манящей,

Чтобы вы, как за той красоткой,

Шли – и гибли – на свет слепящий.

Чтобы душу схватила ярость,

Чтоб слеза потекла из глаза…

Чтоб хотелось, забыв усталость,

До конца дочитать все сразу…

Часть первая. Я тебя нарисовал

Я тебя нарисовал.

Как хотел, как представлял.

Склеп закрытый. Балдахин.

Гроб прозрачный. Без перин.

Бледный луч из потолка.

Цепь качается слегка.

Ты в недвижном забытье.

Звезды тусклые во тьме.

На челе твоем печать.

Слов и букв не разобрать.

Мрачный образ. Без улыбки.

Веки протыкают нитки.

Сквозь зашитые глаза

На щеке смолой слеза,

Что растаять не смогла.

Кисть в руках. Я ужасаюсь

И закончить не решаюсь.

Но последние штрихи,

Будто сами, не с руки,

Возникают на холсте

Тонкой вязью в тишине.

* * *

Далеко…

Будто голос

Зовет и плачет,

Растекается по углам.

Я все слышу,

И это значит:

Возвращаться мне час настал.

Столько лет пролежать без вздоха –

Я забыла, как пахнет ночь.

Тьма и холод… Осталось немного.

Злость и ярость должны помочь.

* * *

Гроб покрылся сетью трещин.

Гнутся скобы, сталь трепещет.

Тонких линий мне не жаль.

Осыпается хрусталь…

На цепях повисло тело.

Платье белое истлело.

Скулы острые иссохли.

Пальцы-бритвы. Пальцы-когти.

Накрест черной нитью грубой

Штопаны глаза и губы.

Открываются. Пронзают.

Словно в душу проникают.

Боже, что я натворил?!

Кого к жизни пробудил?

* * *

Просыпаюсь.

Скребу ногтями.

Лед дымится,

Становится ал.

И клубится из ноздрей,

Клубится

Черный,

Словно душа моя, пар.

Облетает ошметками кожа,

Осыпается пепел с ресниц.

Неужели в чертог мой забытый

Наконец-то пожаловал принц?

Нет, не принц,

А какой-то залетный.

Белокож,

Светлоглаз,

Статью хил.

Для чего ты меня, «мой хороший»,

От извечного сна пробудил?

Ведь недаром печать заклятья

На моем прожжена челе

И в хрустального гроба объятья

Замурована я в темноте.

Возбужденно трясутся ладони,

Лихорадочно светят глаза,

Мой спаситель от ужаса стонет:

«Ты – прекрасна.

Ты – здесь.

Ты – жива».

С кисти радугой льется краска…

Кривит губы улыбки оскал.

Этот час я ждала не напрасно,

Миг желанной расплаты настал.

Все виновны, прощенных не будет!

Все, кто помнит, и все, кто забыл,

Все потомки предавших и судий,

Все, кто в гроб меня здесь заточил…

Мой «спаситель»

Стоит, ухмыляясь.

Будешь первым!

Будь проклято все!

Я прикончу тебя, забавляясь,

И помучаю вдоволь еще…

Эй, куда ты?

Что это за двери?

Воздух пляшет, дымом объят.

Убежал.

Так скрываются звери,

Что боятся меня как огня…

* * *

Банку краски швыряю на образ,

В злую ярость в бездонных глазах.

Я дрожу, но уже понимаю,

Что не раз отыщу ее в снах.

Часть вторая. Художник и Госпожа

Моей мести очерчены планы,

Поименно враги сочтены.

Я шагаю, укутавшись в саван,

По руинам, что были мои…

Здесь когда-то стремились ввысь башни,

Над собою держа небосклон,

Во дворце, что был самым прекрасным,

Стоял алый, как кровь моя, трон.

Я на нем восседала всевластно

И вершила судьбу королей.

Только все оказалось напрасно:

Меня предали шесть сыновей.

Старший, Мрак, был холодным как камень.

Он по правую руку сидел.

Взгляд скользил поволокой в тумане,

А лицо было белым как мел.

Нарекла я второго Оскалом.

Он всегда был готов убивать –

Беспощадным и быстрым ударом,

Чтоб врасплох не пытались застать.

Третий – Пламя – был светлым и стройным,

И красив, словно образ с картин.

Я не помню, чтоб он был довольным,

Вечно губы в усмешке кривил.

Дальше шел мой любимец – Отрава.

В лжи и фальши всегда был хорош.

Среди прочих его выделяла,

Но и он мне вонзил в спину нож.

Боль был скрытным, тщедушным, но крепким.

Мог отсутствовать многие дни.

Я порой про него забывала,

Лишь скрывались вдали корабли.

И последыш – Без Имени, младший, –

Не хотела рожать стервеца,

Как в насмешку, среди своих братьев

Больше всех был похож на отца.

Не желала я верности вечной,

Их любви, благодарных щедрот,

Но не верила, что вероломно

Предадут мои отпрыски род.

Бились мы, живота не жалея,

Не считая ни сил, ни потерь,

Оттесняя Врага на край света,

За границу известных земель.

Города и моря полыхали,

Оставляя лишь пепел и соль.

Но я знала: со мною Отрава,

Мрак, Оскал, мои Пламя и Боль,

Даже он, Безымянный, последыш.

Пусть не вечно, пускай предадут,

Но меня лишь… не то, во что верят,

Мир бросая на откуп Врагу.

1/14
Следующая

Перейти на страницу:

Вы читаете книгу

Краски и пепел

Яковлев Олег

Наши партнеры