Ямада будет. Книга 3. Ямада будет смеяться - Комарова Марина - Страница 10

– Красиво, не правда ли? – звучит знакомый голос.

Вздрагиваю и оборачиваюсь. Хироки стоит рядом со мной на крыше разрушенного здания, любуясь апокалиптическим пейзажем.

– Это сон, – произношу пересохшими губами.

– Конечно, сон. Но скоро станет реальностью. – Он указывает на горизонт, где виднеется огромная чёрная воронка в небе. – Видишь? Портал в твой мир уже открывается. Ещё немного, и я смогу поглотить оба мира одновременно.

– Я не дам тебе этого сделать.

– Ты? – смеётся Хироки. – Что ты можешь мне противопоставить? Несколько месяцев тренировок? Советы мстительного духа?

Пытаюсь атаковать его, но мои руки проходят сквозь него, словно сквозь дым.

– Это мой сон, дорогая, – усмехается он. – Здесь я контролирую всё-всё-всё.

Он щёлкает пальцами, и я вижу знакомые лица среди монстров внизу. Ханако с пустыми глазами и окровавленными руками. Хозяин Окава с разорванной в клочья одеждой. Хаято и Окадзава, ползающие на четвереньках. Акияма, который вгрызается в сырое мясо.

– Нет! – кричу я.

– Да, – спокойно отвечает Хироки. – Это будущее, которое ты выбираешь, сопротивляясь мне. Все, кого ты любишь, станут моими рабами. Или погибнут. Но есть другой путь.

– Какой?

– Присоединиться ко мне добровольно. Стать моей королевой. Тогда я сохраню жизни твоих друзей. Видишь ли, раньше не было ни одного человека, который дал бы мне возможность взять не только этот, но и другой мир.

Я смотрю на разрушенный город, на монстров, которые когда-то были людьми. На портал в небе, который с каждой секундой становится шире. Внутри всё переворачивается и сжимается.

– Время на исходе, Ясуко, – шепчет он мне на ухо. – Скоро выбирать будет поздно.

Я просыпаюсь с криком, вся в холодном поту. За окном уже светает, но кошмар всё ещё стоит перед глазами.

Встаю, выхожу на веранду. Утренний воздух прохладен и чист, птицы поют на ветвях деревьев. Мирная и спокойная картина, которая так контрастирует с увиденным во сне.

Но я знаю, что это не просто кошмар. Это предупреждение и угроза. Ах, чтоб тебя, Танака!

Хироки показал мне будущее, которое наступит, если я не смогу его остановить. Мир, где все, кого я люблю, мертвы или превращены в монстров.

Сжимаю виски. Я… я не могу этого допустить.

Сакура-онна появляется рядом со мной, словно материализуясь из утреннего тумана.

– Что с тобой? Видела плохой сон? – спрашивает она.

– Кошмар.

– Он показал тебе разрушенный мир?

– Откуда знаешь?

– Потому что показывает это всем своим жертвам. Сначала кнут, потом пряник. Сначала ужас, потом предложение спасения.

– А если он прав? Если единственный способ спасти моих друзей – это подчиниться ему?

Сакура-онна смотрит на восходящее солнце.

– Знаешь, что он мне показывал в своё время? Мою дочь. Живую, здоровую и смеющуюся. Обещал воскресить её, если я буду верно служить ему.

– И ты поверила?

– Конечно. Тот, кто отчаялся, готов поверить в любую ложь, если она даёт надежду. – Она поворачивается ко мне. – Но со временем я поняла, что Танака Хироки не способен никого воскресить. Он может только создавать иллюзии. Марионеток, которые выглядят как наши близкие, но не являются ими.

– Значит, всё, что он показал мне…

– Ложь. Или правда, но не вся. Да, если ты будешь сопротивляться, многие пострадают. Но если подчинишься ему, пострадают все. Абсолютно.

Я киваю, чувствуя, как внутри становится значительно легче.

– Тогда нам остаётся только один выход.

– Какой?

– Атаковать первыми. Пока он не стал ещё сильнее.

Сакура-онна улыбается, красиво и опасно.

– Теперь ты говоришь как настоящий воин.

Я невольно улыбаюсь в ответ.

Мы возвращаемся в храм, где нас уже ждут остальные. Осакабэ, Хаято, Окадзава, Цукуёми и монах Такэси. На их лицах читается напряжённое ожидание.

– Я приняла решение, – объявляю громко и чётко. – Больше не буду прятаться. Если Хироки хочет войны, он её получит.

Повисает тишина. Все переваривают услышанное.

– Ты уверена? – спрашивает Осакабэ.

– Абсолютно. Мне снился кошмар о том, что случится, если мы ничего не предпримем. Я не могу этого допустить.

– Тогда нам нужно вернуться в город, – говорит Хаято. – И начать подготовку к финальной битве.

– Не просто подготовку, – возражаю я. – Нам нужно взять инициативу в свои руки. Хироки ожидает, что мы будем обороняться. Но что, если мы атакуем его первыми?

Цукуёми поднимает бровь, в уголках губ мелькает улыбка.

– Мне это нравится.

– Вся наша ситуация – сплошной риск, – отвечаю. – Но риск бездействия гораздо больше, чем риск действия.

Мы собираем вещи и готовимся к отъезду. В какой-то момент Такэси-сан подзывает меня к себе.

– Хочу дать тебе кое-что, – говорит он, протягивая маленький амулет. – Это не защитит тебя от метки, но поможет сохранить ясность разума в самые критические моменты.

Я принимаю амулет. Он тёплый, словно живой.

– Спасибо, – говорю и уважительно кланяюсь.

– И помни, – добавляет Такэси-сан. – Самая большая сила не в магии и не в оружии. Она в том, ради чего ты сражаешься.

Киваю и направляюсь к машине, где меня ждут остальные.

Больше никакой игры в прятки. Теперь начинается настоящая война.

И я готова к ней.

Дорога обратно в Токио проходит в напряжённом молчании. Каждый из нас погружён в свои мысли, осознавая, что возвращаемся мы уже не теми, какими уехали. Тот короткий период передышки в храме закончился, и теперь начинается настоящая война.

Чем ближе мы подъезжаем к городу, тем сильнее я ощущаю перемены. Даже воздух кажется другим, более тяжёлым, пропитанным страхом и отчаянием. Рёку внутри меня реагирует на это, начинает пульсировать в такт с меткой на губах. И как я раньше жила без этого чувства?

– Остановите здесь, – прошу, когда мы въезжаем в пригород.

– Что случилось? – спрашивает Хаято.

– Хочу собрать всех вместе. Прямо сейчас. Нужно поговорить.

Мы останавливаемся у заброшенного склада на окраине города. Хаято делает несколько звонков, и через полчаса сюда стягиваются все ключевые союзники: Осакабэ-химэ, Цукуёми, Окадзава и Акияма. Даже несколько представителей онрё и ёкаев появляются из теней.

– Слушайте меня внимательно, – начинаю, стоя в центре импровизированного круга. – Я приняла решение. Больше никаких отступлений, никаких попыток спрятаться или переждать. Мы идём в атаку.

Слышен ропот собравшихся. Осакабэ хмурится.

– Ямада-сан, это очень рискованно…

– Всё, что мы делаем, рискованно, – перебиваю её. – Но глупо быть пешкой в чужой игре. Если уж мне суждено сражаться с Хироки, то я буду делать это на своих условиях.

– И каковы они? – приподнимает бровь Цукуёми.

– Никто больше не принимает решения за меня. Никто не использует меня как приманку или инструмент без моего согласия. Я – равноправный участник этого альянса, а не его заложница.

Хаято и Окадзава обмениваются взглядами. Они прекрасно понимают, к чему я веду.

– И что ты предлагаешь? – спрашивает Осакабэ.

– Сакура-онна знает способ победить Хироки. Расскажи им, – обращаюсь к ней.

Она хмыкает и выходит вперёд. Красные цветы в её волосах сегодня кажутся особенно яркими, почти пылающими.

– Танака Хироки не просто могущественный ёкай, – начинает она. – Он паразит, который веками питался чужими жизненными силами. У него есть целая сеть связанных с ним душ – сотни, а может, и тысячи жертв из разных миров и эпох.

– Мы это уже знаем, – нетерпеливо говорит один из онрё.

– Но вы не знаете главного, – продолжает Сакура-онна. – Все эти связи ведут к одному центральному узлу. К его истинной сущности, которую он прячет в самом сердце своей крепости.

– И где она находится? – спрашивает Хаято.

– На параллельном плане бытия, наложенном на центр Токио. Снаружи выглядит как обычная штаб-квартира «Танака Групп». Но внутри… внутри находится его настоящее логово.