Случайная жена генерала драконов - Буланова Наталья Александровна - Страница 5

Отец сказал мне, что его украли, только с последним вздохом. Никогда не забуду красное от крови поле боя, торжество воинов, которые еще не поняли, что бывший генерал бился без змея и был смертельно ранен.

Старый упрямец никому не сказал об этом, даже мне! Я бы не допустил его к бою, и он это знал.

«Воин должен умирать в бою», – всегда говорил он.

Я оборачиваюсь и смотрю на дверь, способную за счет тьмы артефактов доставить жителю комнаты жесточайшие муки. Самое простое, что может эта комната, – никогда не выпустить нахалку.

Но я дотрагиваюсь до одного из артефактов и запускаю короткий арс – импульс моей энергии, который деактивирует всю магию.

Мне не нужно сейчас закрывать ее. Наоборот, я хочу посмотреть, что ей нужно и куда она направится, получив «свободу».

***

Лидия

Я буду нести ответственность за эту малышку, пока не удостоверюсь, что она здесь в полном порядке.

Когда я принимаю решение, больше не медлю ни секунды – ставлю корзинку на кровать и беру Мари на руки.

Младенцам жизненно важно мамино тепло. И пусть я вынужденная временная мама, я сделаю все, что от меня зависит, чтобы Мари было хорошо.

Я осторожно беру малышку под ручки, медленно приподнимая. Она прекрасно держит голову, поэтому можно смело быть шустрее, но я почему-то наслаждаюсь этим моментом нашего прикосновения.

Тем, как Мари тут же перестает плакать, а ее голубые глаза с безграничным доверием смотрят на меня. Как ее пухленькие ручки поднимаются ко мне и она словно обнимает меня, когда я прижимаю ее к себе.

Она неповторимо пахнет уютом. Хочется лечь, прижать ее к боку и закрыть глаза. Но я помню, что кто-то скоро снова захочет есть, а мне еще предстоит найти кормилицу или смесь.

– Гу-гу. – Мари улыбается мне.

– Не переживай, зайка. Я тебя в обиду не дам. – Я провожу рукой по головке и чувствую мягкие волосики малышки.

У младенцев они особые, нежные, шелковые, тоненькие.

***

Тимрат

Дверь закрывается за ней с глухим щелчком. Я стою в темном коридоре, прижав ладонь к холодному камню подоконника, и чувствую, как внутри меня бушует огонь.

Она держит ребенка так, словно он ее.

Это бесит. Нет, это сносит мне гребень.

Я сжимаю кулаки, и когти прорезают кожу ладоней. Капля крови падает на пол, но я даже не чувствую боли.

Она лжет, что это мой ребенок. Она должна лгать.

Но тогда почему…

Почему, когда она смотрела на Мари, в ее глазах было то? Та самая тень, которую я видел у матерей, потерявших детей. Та самая боль, которую нельзя подделать. Будто она правда собиралась отдать мне ребенка, но не хотела.

Я резко отталкиваюсь от стены.

Нет. Она просто хорошая актриса.

Тот, кто послал ее, знал, на что рассчитывал. Знал, что драконы чувствуют запах откровенной лжи. Знал, что я не поверю в случайность.

Ее просто хорошо подготовили для того, чтобы она попыталась снова украсть чешую Рата.

Она озирается, но не видит меня, потому что я покрыл себе пологом невидимости. Секунду она медлит, а потом идет налево по коридору, прижимая малышку к груди.

Девочка уверенно держит голову, машет руками. Сколько ей? Если прикинуть нашу последнюю встречу и время беременности, выходит где-то полгода.

Я не разбираюсь в детях. Надо спросить у кухарки, похоже ли, что девочке полгода. У Равилии шесть детей, она точно знает ответ.

Рат!

Зову его без слов. Через мгновение чувствую ответный импульс в ладонь. Он готов, если что.

«Нашел что-нибудь?»

«Нет, она словно с неба спустилась. Никто не видел, как она заходила на территорию поместья».

Еще одна загадка! Что за магию она использует? В Цветочном дворце она тоже появилась совершенно неожиданно как дочь одного из высокопоставленных послов Трагании. Как я потом выяснил, это была наглая ложь. Кто-то хочет стравить наши страны и очень упорно идет к цели.

Кто это? Сашиильцы? Росонцы?

Я это выясню.

Иду за воровкой по пятам. Она озирается, словно ищет отличительные особенности строения дома, чтобы сориентироваться по плану.

Ну конечно! Она должна найти мой кабинет. Все же хранят особо ценные реликвии там, да еще в сундуке тысячи артефактов, чтобы не достали.

Ну-ну, пусть ищет. Тогда я схвачу ее за руку и поймаю с поличным.

«Рат, нужна поддельная чешуя», – отдаю мысленный приказ.

И мой змей ускользает под землей по системе ходов для фамильяров.

Я сделаю для нее сотни ловушек – в какую-то да попадет.

Лидия

Я осторожно ступаю по коридору, прижимая Мари к себе. Малышка успокоилась, уткнувшись носиком мне в шею, и теперь мирно сопит.

Где же мне найти этого Эрни?

Я вспоминаю пристройку-кухню на территории. Что ж, пожалуй, лучше места, чтобы собрать информацию, не найти. Уверена, что женщины на кухне точно знают и кто такой Эрни, и где мне лучше всего найти кормилицу. А еще там можно найти кипяченой водички для Мари, а может, и кабачок, чтобы организовать прикорм.

Я не знаю, давала ли Мари мама что-то помимо молока, поэтому начинать буду с чайной ложечки.

Пока иду по коридору, мое внимание привлекает гобелен. На нем континент, разделенный на несколько разноцветных территорий с непонятными мне пометками. В центре огромный дракон, извергающий пламя.

– Мы с тобой где-то на этих волшебных землях, малышка? – шепчу я ей в макушку.

И тут дракон с гобелена поворачивает голову и смотрит на меня.

– Мамочки! – Я подскакиваю и пускаюсь дальше по коридору.

Выхожу в зал с оружием, и мне кажется, что каждое из них наставляется на меня.

– Ох и не нравится мне тут обстановочка! – Я перекладываю Мари на другую сторону, подальше от особо страшных штуковин.

Проскальзываю по холлу так быстро, как только могу, и упираюсь в массивные резные двери с драконьими головами вместо ручек.

Они и не думают открываться, сколько бы я к ним ни подходила вплотную. Хорошо хоть драконьи пасти неподвижны.

А перед генералом открылись как миленькие!

– Абракадабра! – пробую я, ни на что не надеясь, скорее от абсурдности своего попадания в магический мир.

Естественно, чуда не происходит и двери не открываются.

– Ахалай-махалай! – произношу заклинание известного в моем мире фокусника.

Не работает. Я уже нервно посмеиваюсь.

– Ширли-мырли! – пробую бредовое, но веселое.

И тут позади себя чувствую движение. Молоденькая служанка молча толкает дверь и красноречиво смотрит на меня как на круглую дуру.

Хочется провалиться сквозь землю!

– Спасибо! – проскакиваю я в открытую дверь, прижимая к себе Мари.

Сбегаю по ступеням и только потом понимаю, что можно было все узнать и у служанки. Нет, нельзя, дико стыдно же. И двери уже закрылись, а лишний раз к этим открытым пастям подходить не хочу.

– Мари, обещаю, я скоро освоюсь и не буду так тупить, – шепчу девочке, идя в сторону постройки-кухни, откуда в небо поднимается печной дым.

– Гу-гу, – очаровательно улыбается мне малышка.

Сердце щемит так, что я останавливаюсь. Наполняет нежность к этому милому ребенку. Эта девочка прекрасна. Кто посмеет ее обидеть, будет иметь дело со мной.

– А вот и кухня. – Меня успокаивает говорить вслух с Мари.

Я поднимаюсь по двум ступеням и попадаю в царство еды и суеты.

В просторном каменном помещении с огромными печами, котлами и длинными столами кипит работа. Женщины в фартуках режут овощи, месят тесто, громко общаются друг с другом.

Полная тетка с красными от жара щеками замечает меня первой. Замирает, и по ее взгляду я сразу понимаю, что мне тут будут не рады.

Стук ножей о доски прекращается как-то разом. И только шкворчащее масло на сковородах говорит о том, что я по-прежнему хорошо слышу.

– Здравствуйте, – говорю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Я ищу Эрни. Или, может, у вас найдется молоко для ребенка?

Женщины переглядываются между собой, но никто не отваживается заговорить со мной первой. Наконец краснощекая дородная кухарка – та самая, что первой меня заметила, медленно вытирает руки о фартук. Ее глаза сужаются.