Босс, это мой фламинго! - Дамич Марина - Страница 3

Я впервые честно смотрю на свой брак и козла, за которого я имела несчастье выйти замуж.

Он обвинял меня в измене, потому что сам ходил налево.

Сколько раз его любовница бывала в нашей кровати?

Сердце рвется, но я стараюсь дышать и не реветь.

Слезы будут позже, на кухне у Кати дома.

Выходя из подъезда, я с особым удовольствием оцениваю осколки от приставки, россыпью валяющиеся на влажном после дождя асфальте. Даже пятого этажа хватило, чтобы причинить вред бывшему. Пусть только попробует тронуть мои вещи!

Передо мной останавливается машина такси. Мне везет, что не приходится ждать. Плевать, сколько это будет стоить. Сегодня у меня душевная травма и первый день холостяцкой жизни.

– Такой красивый девушка! И такой грустный! – нарушает мою угрюмую задумчивость таксист. – Сейчас Фируз включит тебе красивый музыку!

Это все моя расплата за эконом.

Но водитель забавный и так искренне улыбается, что я невольно улыбаюсь в ответ и киваю. Он кажется вежливым и добрым. Не могу ему отказать.

Зря.

Всю дорогу до Катиного дома я слушаю весь репертуар про расставания, про силу женского духа, а также про красивые глаза, ну и про то что мой бывший, кем бы он ни был, меня недостоин.

Миксер мне в уши!

И слёзы эти тупые! Закончатся они когда-нибудь?

Ненавижу!

Уже у дома Кати я выхожу из машины, стараясь не хлопать дверью, а то вдруг водитель обидится?

Когда поднимаюсь в лифте на Катин десятый этаж, приходит оповещение в приложении такси с просьбой поставить оценку водителю. Мне, конечно, хочется высказать все, что я думаю. Но ведь я сама могла попросить его выключить музыку и не разговаривать со мной. Так что это нечестно. Человек старался. Поэтому ставлю пять звезд.

– Вот когда надо, в лифтах связи нет. Когда не надо – ставьте оценочку в приложении, – ворчу я, выходя на площадку.

Катя меня уже ждет, открыв нараспашку дверь своей квартиры.

– Чижик, привет! Что это у тебя за жертва атомной бомбежки в руках? – с сомнением смотрит на пластиковую упаковку, оказавшуюся крепче моего брака. А внутри – то, что от меня осталось. И от торта, конечно же. Такого же цвета и консистенции. Шоколадно-бисквитное несчастье

– Это торт «Развалины брака». Патентуем технологию производства, название и открываем бизнес, чтобы больше никогда не зависеть от этих долбанных мужиков! – выдаю пафосную тираду, но стоит Кате меня приобнять, как я начинаю позорно рыдать в голос. Пижамная футболка подруги тут же насквозь промокает.

– Пойдем, стартаперша. Я картошку с мясом пожарила и бутерброды с икрой сделала. Там еще холодное игристое нас ждет в холодильнике.

– Ты же знаешь, я не пью, – вздыхаю, но искренне считаю Катюху моим благословением.

– Судя по твоему виду и названию торта, у тебя форс-мажор, – тонко отмечает подруга и заталкивает меня в квартиру.

– Тебе нужно научиться отстаивать личные границы! – заявляет Катька, выслушав все мои страдания Ярославны и жалобы от Мудакова и таксиста до собственного мужа.

Ну, а игристое проклятое делает свое дело.

Развод на госуслугах в один клик!

А дальше?

Дикие танцы на кухне.

И снова мои страдания:

– Все время работаю и работаю, – шмыгаю носом после рыданий. – А я так хочу на море! Ни разу там не была!

– Шутишь? У вас не было свадебного путешествия?

– Как же! Было! На дачу к его матери в Подмосковье! – вздыхаю. – В качестве бесплатной рабочей силы.

– Жуть!

– Знаешь, мы ведь с мамой одни. Денег едва хватало всегда. Не до морей было. Мне вообще безумно повезло, что я поступила в университет в Москве на бюджет, да еще и с общежитием!

– Что-то пошло не так и ты встретила своего козла, – понимающе кивает Катька и икает. – Слушай. Знаешь что!

– Что?

– А давай ты завтра на море и поедешь!

– В Сочи очень дорого в сезон, – сопротивляюсь, хотя идея мне очень нравится. Но ехать одной дикарем на отдых «Де Ля Бомж» мне не улыбается. – И завтра я работаю. Давыдов лично просил, чтобы я рассказала о делах Мещерскому.

– Да ладно? – Катька смотрит на время в телефоне. Час ночи. Еще есть время, чтобы поспать. – И ты опять ставишь свои интересы последними в приоритете! Теперь еще и Давыдов у тебя добавляется в список манипуляторов?

– Он не… – я хочу выступить в защиту босса, потому что он, на самом деле, очень даже внимательный и милый. Ну, как, чуть милее тигра, но так, в целом, мне он ничего плохого не сделал.

– Он – да! И еще какой – да! Но пусть побегает за тобой. А то – явись в девять утра без опозданий. Да щас! – выдает нелепицу Катя. Я аж покрываюсь холодным потом, стоит представить, как я динамлю босса.

– Но мне не…

– У меня есть один знакомый хирург! Мигом тебе больничный оформим!

– Что?!

– Ничего. Давай смотреть, – она свайпает телефон и заходит в браузер. Вводит в поиск: «Горящие туры в Турцию завтра».

– Тормози, Катюх! У меня загранника нет!

– Как это нет? Я сама тебе оформляла его! Забыла, что в марте Давыдов организовал стажировку в Черногории?

– Но я же не поехала, – опять на слезы пробивает, потому что я не поехала из-за Никиты. Ему аппендицит вырезали, и я за ним ухаживала дома и готовила для него диетическую еду. А все потому что он сказал со страдальческим выражением лица: «Езжай, это твой шанс. Не переживай за меня. Я позвоню маме, она приедет и поухаживает за мной».

Со свекровью у меня крайне плохие отношения. И если бы я променяла его любимого Никиточку на Черногорию и Давыдова, меня бы смешали с грязью, из которой я бы долго еще не выбралась.

С тоской отбираю ложкой смешанную консистенцию «Праги», до которой мы, наконец, добрались с Катюхой. Не думала, что после расставания так тянет на еду!

Черт, лучше бы в марте вручила своего муженька свекрови. И Давыдов, и Черногория – нечто прекрасное. Эх…

– Ах, да, лечила мамкиного пирожка, точно. Но это неважно. Загранник-то все равно оформлен. Лежит у меня в сейфе на работе. Так что все схвачено.

Не хочу знать, почему загранпаспорт так и не дошел в мои руки.

Больше меня беспокоит действия, которые совершают ловкие наманикюренные пальчики Кати.

– О! Акция! Гляди! – радостно кричит Катя.

– Но…

– Давай! Исполни свою мечту! У тебя как раз завтра зарплата!

А дальше все, как в тумане.

Катя находит данные моего загранника в своей корпоративной электронной почте, которую настроили ей на смартфоне айтишники..

Вжух-вжух! И я обладательница нулевого баланса на зарплатной карте и дешевого супер-горящего тура в Аланью. Вылет в субботу в семь утра.

– Номер с видом на море! Первая линия! Иришка, я тебе завидую! – поднимает за меня тост Катя.

Не понимаю, как я на это все подписываюсь? Но дело сделано. И мы запиваем игристым и повторяем в голос весь репертуар таксиста Фируза.

Когда мой будильник орет в шестой раз я, наконец, размыкаю глаза. Долго соображаю где я, кто я и почему так адски болит голова.

– Все, подруга, я побежала. Тебя будила – бесполезно, – кричит уже на пороге Катя. – Ключи здесь, на комоде. Вечером поболтаем!

– Стой! – на меня волной накатывают воспоминания о дурацком вечере и неадекватной ночи. И о путевке в Турцию. – Я сейчас. Вызовем такси!

– Лучше не надо. Звони Давыдову. Скажи, что заболела. Пробьем тебе больничный. Все! Чао!

И эта фурия убегает, захлопнув за собой входную дверь.

Почему мне так плохо, а она – ничего, держится бодрячком?

– Какая же жесть! – хриплю я. Что бы я еще раз выпила? Да никогда! Вот всегда избегала этого дела, а тут форс-мажор и расстройства… но это не выход! Я сама себя осуждаю!

Спина затекла. Я, оказывается, проспала всю ночь на неразложенном диване в гостиной. Точно, это единственная горизонтальная поверхность, кроме пола, куда я смогла дойти. А Катя подложила мне под голову подушку и укрыла легким пледом.