Выбери любимый жанр

Неандертальский мальчик в школе и дома - Мальмузи Лучано - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3
Неандертальский мальчик в школе и дома - any2fbimgloader12.jpeg

За ним даже плетется какой-то бедный родич, несет кусочки кожи для упражнений!

Бегу стремглав, потому что полог у входа в хижину моей красавицы приподнимается; бросаюсь наперерез Щегольку, ловко ставлю ему подножку, и он шлепается прямо в грязь.

А вот и Неандерталочка выходит из хижины, и я, остолбенев, не свожу с нес глаз.

Неандерталочка – самая пригожая ледниковая де­вочка; никто в наших краях не видывал краше.

Неандерталочка – цветок, раскрывшийся на вечной мерзлоте.

Неандерталочка – свет наших холмов. Неандерталочка – моя мечта… В самом деле, я влюблен не на шутку! С другой стороны, когда я ее опишу, вам, без сомне­ния, станет понятна моя неодолимая страсть.

У Неандерталочки чудесная фигурка: низенькая, как раз как надо, коренастая, массивная.

У нас это очень ценится: чем женщина ниже ростом, тем легче ей таскать тяжести. Не говоря уже о том, что для такой жены не нужно строить высокую хижину, а это большая экономия.

Рост идеальной ледниковой женщины должен быть примерно равен ширине бедер. А если у нее к тому же кривые ноги, чего еще остается желать!

Ведь кривоногая никогда не споткнется, идет себе и идет без устали, день за днем, несет на спине страшен­ную тяжесть…

Неандерталочка как раз такая.

Еще она волосатая, как тетушка Бурундучиха, и у нее прелестный носишко, по величине такой же, как у дедушки Пузана…

Беда в том, что многие добиваются ее расположения. Слишком многие!

Но среди всех моих соперников самый ненавист­ный Щеголек.

Вот он, молокосос, вылезает из лужи: с шуб капает, рожа перемазана в грязи.

Ваш покорный слуга бросается его чистить, но чем больше он старается, тем гуще залепляет вонючая жижа щеки, лоб и волосы Щеголька. Смотреть противно: в самом деле, Неандерталочка брезгливо отворачивается.

Один – ноль, приятель!

Предлагаю понести узелок моей красавицы, и она, с улыбкой, которая растопила бы и ледяное сердце, со­глашается.

До школы уже недалеко.

Мы выходим из стойбища, узкой тропинкой подни­маемся в горы.

По пути к нам присоединяются Медвежонок и Улитка, издалека машут руками Сорока, Попрыгунья и Буйволенок.

В ШКОЛЕ ДЕДУШКИ ПУЗАНА

Неандертальский мальчик в школе и дома - any2fbimgloader13.jpeg

Школа совсем недалеко от стойбища.

Надо подняться по тропинке на скалы, между кото­рыми протекает наша река, – и вот вы у входа в пещеру.

Там дожидается дедушка Пузан. Он заставляет нас обтереть шкурки росомахи, которые привязаны у нас к ногам вместо обуви, а потом, уже в пещере, надевает хорошую шубу из мускусного быка и превращается из дедушки Пузана в учителя.

Начинается перекличка. Старик вглядывается в знаки, вырезанные на дубинке для записей, потом заводит гул­ким басом (подходящий голос для такой аудитории!):

Неандертальский мальчик в школе и дома - any2fbimgloader14.jpeg

– Березка!

– Здесь.

– Уголек!

– Здесь.

– Сорока!

Неандертальский мальчик в школе и дома - any2fbimgloader15.jpeg

– Здесь.

– Свисток!

Раздается пронзительный свист.

– Ах вот оно что! Шутить вздумал? Ступай-ка в угол, негодник!

Неандертальский мальчик в школе и дома - any2fbimgloader16.jpeg

Свистку в угол совсем не хочется, он бросается нау­тек. Но с проворством, неожиданным для такой туши, старый учитель загораживает ему дорогу и хватает за шкирку.

Мячик, большой приятель Свистка, приходит на по­мощь:

– Он не виноват! Дедушка Пузан, припомни-ка, что ты сказал?

– Свисток…

– Вот именно. Он и свистнул. Логично?

– Логично, логично… – бурчит учитель, хватая Мя­чика свободной рукой. – Раз ты такой любитель порас­суждать, составишь дружку компанию.

И ставит обоих в угол.

Хотя у нас в угол не ставят, а подвешивают!

Высоко-высоко прямо из скалы торчат жерди. Де­душка Пузан берет злополучных нарушителей за кожа­ные пояски и нанизывает их на палки.

Время от времени мы оборачиваемся, смотрим на них и хихикаем, поскольку подвешенные раскачивают­ся на ветерке и корчат уморительные рожи.

Дедушка Пузан заканчивает перекличку: сразу вид­но, какой он сердитый.

– Плохое начало! – гремит он. – Школа – дело серьезное. А лучше моей школы вы нигде не найдете.

– Еще бы, – срывается у меня с языка, – других-то нет.

Толстяк звереет: мечется туда-сюда, рычит что-то невнятное, оглядывает детишек, которые сидят на шку­рах в первом ряду.

– Запомните раз и навсегда, я – учитель, и вы долж­ны меня уважать! – вопит он. – Кто, как не я, раздаст вам в конце последней четверти Годовые Копья?

По пещере тут же проносится шепоток, ибо если мы что-то и принимаем близко к сердцу, так это преслову­тые Копья. Дело в том, что их длина определяет не только успехи в школе, но и нашу будущую роль в стойбище. Получив длинное Годовое Копье, мальчики станут великими охотниками, девочки – собирательни­цами, важными и полезными для общины. И наоборот, короткое Годовое Копье показывает, что из тебя ничего путного не выйдет.

Теперь в пещере установилась мертвая тишина, и де­душка Пузан спокойно продолжает читать нотацию.

И не забывайте об этой штуке, – торжественно возглашает он, указывая на дубинку для записей. – Здесь я буду ставить вам отметки. Учитесь прилежно, иначе я попробую ее на ваших затылках. Этот класс­ный журнал в случае чего может послужить и палкой!

– Дедушка, – спрашивает Березка, – а чем мы бу­дем заниматься в этом году?

– Гм-м-м… да, программа. Ну, поглядим: для маль­чиков, естественно, основной предмет – охота. В этом году мы проходим охоту на мелкую дичь. На следую­щий год поищем дичь покрупнее…

Неандертальский мальчик в школе и дома - any2fbimgloader17.jpeg

– Зубра? – радуется Буйволенок.

– Может быть, – отвечает дедушка Пузан. – Хотя я уже придумал нечто более занимательное.

– Дедушка, а девочки тоже будут ходить на охо­ту? – спрашивает Блошка.

– Еще бы, маленькая. Охота, конечно, мужское дело, но женщины должны знать, как добить зверя, освеже­вать его, прокоптить шкуру…

– Учитель, это правда, что с тобой на охоту ходить опасно? – не унимается Буйволенок.

– Кто тебе сказал? Все говорят…

– Да нет же, нет: я всегда о вас позабочусь.

– А Весенние Игры? – осведомляется Молния. – У Северных Буйволов такая команда…

– Дедушка, кто будет участвовать?

– Когда начнутся Игры?

Ну, ну, поспокойнее. Не все сразу. Во-первых, Ве­сенние Игры начнутся весной…

– Вот так открытие, – бурчу я.

Но у дедушки Пузана острый слух. Он глядит на меня искоса и мерзко хихикает:

– Давай, давай, зубоскаль: увидишь, сколько состя­заний придется на твою долю, Неандертальчик!

Я бы хотел участвовать в Прыжках через Бурный Поток! – звонко выкрикивает Кротик.

– Ты и потока-то не увидишь! – смеется Морж. Щеголь и Вонючка, противная девчонка, покатыва­ются со смеху, а Кротик заливается слезами.

За него заступается Молния.

– Вот выйдем отсюда, я вам покажу! – грозится он.

– У-у-ух! Сейчас в штаны наложу со страху, – паяс­ничает Морж.

Безобразно ведет себя этот Морж. Кто его знает, почему он такой злющий. Может, по­тому, что не такой красивый, как мы все. У нас в де­сять лет уже растут борода и усы, а у него лицо безво­лосое, гладкое как яичко. За это мы его, конечно, изво­дим, но он и сам напрашивается: вечно задирается, ле­зет на рожон и распускает руки.

Только Умник и Березка его защищают.

Умничек утверждает, будто в его лице есть признаки нового и будущее за такими, как он; Березка же счита­ет, что все дети красивые, даже те, у кого не растет бо­рода…

Тем временем дедушка Пузан поднял дубинку для записей, и в пещере воцарилась тишина. Урок продол­жается.

– В этом году, кроме практических занятий по охоте и рыболовству, мы будем присутствовать при настоя­щей облаве, которую устроят взрослые охотники…

3
Перейти на страницу:
Мир литературы