Выбери любимый жанр

Мой, и только мой - Филлипс Сьюзен Элизабет - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

Все шло наперекосяк. «Старз» в этот день играли в Буффало, так что в «Зебре» ждать их не приходилось. А как она через несколько дней посмотрит им в глаза, если не сможет найти подарок Кэлу? Одна из причин повышенного внимания к ней со стороны «Старз» состояла в том, что она всегда находила им женщин.

Джоди выглянула в окно кухни и увидела, что в доме мымры горит свет. Мымрой Джоди прозвала доктора Джейн Дарлингтон, соседку родителей. Не врача, а доктора физики. Мать Джоди не могла нахвалиться на нее: она всегда помогала Пулански разбираться с почтой и всякими декларациями с тех пор, как они переехали в Глен-Эллен пару лет назад. Может, решила Джоди, мымра поможет ей с кофе.

Она быстренько подкрасилась, натянула на голое тело обтягивающие черные джинсы, надела футболку Уилли Джаррелла, сунула ноги в сапожки. Схватила пустой «тапперуэр»[4] и направилась к соседнему дому.

Плащ она не надела, поэтому уже дрожала мелкой дрожью, когда доктор Джейн таки откликнулась на ее звонок.

— Привет.

Доктор Джейн, выглянув в смотровое окошечко, выжидающе смотрела на нее сквозь мымровские большие очки в тяжелой роговой оправе.

— Я — Джоди, дочь Пулански. Ваших соседей. Доктор Джейн ничем не выказала желания пригласить ее в дом.

— Послушайте, тут чертовски холодно. Можно мне войти?

Мымра наконец-то сообразила, чего от нее ждут. Открыла дверь и впустила Джоди.

— Извините. Я вас не узнала.

Едва переступив порог, Джоди поняла, почему доктор Джейн не горела желанием пообщаться с ней. Глаза за стеклами очков слезились, нос покраснел. Несмотря на похмелье, Джоди без труда догадалась о причине: доктор Джейн оплакивала свою неудавшуюся жизнь.

На мымру, высокую, никак не меньше пяти футов и восьми дюймов, Джоди приходилось смотреть снизу вверх. Она протянула розовый «тапперуэр»:

— Не найдется у вас пары ложек нормального кофе? У нас только без кофеина, а мне нужно что-нибудь покрепче.

Доктор Джейн взяла контейнер, но без особой охоты. Скрягой она Джоди не показалась, вот девушка и решила, что в данный момент доктору Джейн не по душе чья-либо компания.

— Да… я… сейчас насыплю.

Она повернулась и направилась на кухню, рассчитывая, что Джоди останется у порога. Однако разминка начиналась через полчаса, которые Джоди надо было чем-то занять, да и хотелось посмотреть, как живет соседка родителей. Поэтому она двинулась следом.

Они миновали гостиную, которая Джоди не показалась: белые стены, мебель вроде удобная, но везде книги, книги и книги. Ее внимание привлекли разве что украшавшие стены эстампы. Рисовала их одна художница, Джорджия О'Кифф. А привлекли потому, что каждый цветок напоминал женский половой орган.

Цветы с глубокой темной впадиной в центре. Цветы с лепестками, смыкающимися над влажной сердцевиной. Она увидела… однако! Двустворчатая раковина моллюска, приоткрытая, с маленькой переливающейся жемчужиной внутри. Пожалуй, самый непорочный человек понял бы подтекст, вкладываемый художницей в свое творение. Может, мымра — лесбиянка, подумала Джоди. Кто еще захочет смотреть на цветочные «киски», входя в гостиную?

Джоди добрела до кухни со светло-лавандовыми стенами и занавесками в цветочках на окнах. Обычных цветочках, не тех, которые не следовало показывать детям. Веселенькая кухня, отметила Джоди, а вот хозяйка очень уж мрачная.

Джоди могла бы и позавидовать стройной фигуре доктора Джейн, тонкой талии, длинным ногам. Чего ей не хватало, так это буферов. Тут природа явно поскупилась. Одевалась доктор Джейн неброско, но со вкусом. Пошитые по фигуре темные брючки, светло-желтый кашемировый свитер. Прическа консервативная: волосы забраны назад под узкую ленту из коричневого бархата.

Доктор Джейн чуть повернулась, и Джоди смогла рассмотреть ее получше. Большие старушечьи очки явно ни к чему — скрывали красивые зеленые глаза. Высокий лоб, аккуратный нос, не большой и не маленький. Интересный рот: тонкая верхняя губа и пухленькая нижняя. Великолепная кожа. Но доктор Джейн явно не знала, что со всем этим делать. Джоди, к примеру, добавила бы косметики. Короче, мымра — женщина симпатичная, но выглядит какой-то запуганной, особенно с покрасневшими от слез глазами.

Доктор Джейн закрыла «тапперуэр» крышкой, протянула Джоди. Та уже брала его, когда обратила внимание на лежащие на столе ворох оберточной бумаги и горку подарков.

— По какому случаю?

— Ничего особенного. У меня день рождения. — В голосе слышалась завлекающая хрипловатость. Джоди заметила, что в руке мымра комкает бумажную салфетку.

— Правда, не шутите? Поздравляю.

Не обращая внимания на контейнер в руке доктора Джейн, Джоди шагнула к столу, пригляделась к подаркам: электрическая зубная щетка, ручка, сертификат на приобретение подарка в магазине сувениров. Трогательный, но жалкий набор. Ни пары трусиков с вырезанной промежностью, ни сексуальной ночнушки.

— Барахло.

К ее удивлению, доктор Джейн усмехнулась:

— Вы совершенно правы. Моя подруга Кэролайн всегда присылает хороший подарок, но она в Эфиопии.

И тут Джоди увидела слезу, выскользнувшую из-под очков и покатившуюся по щеке.

Подарки действительно были жалкими, так что Джоди не могла не пожалеть мымру.

— Слушайте, может, они и ничего. По крайней мере не надо беспокоиться из-за того, что что-то не подойдет по размеру.

— Простите меня. Не следовало мне… — Доктор Джейн прикусила нижнюю губу, новая слеза выскользнула из-под очков.

— Все нормально. Присядьте, а я сварю нам кофе.

Она усадила доктора Джейн на стул, а сама понесла «тапперуэр» в угол, где стояла кофеварка. Хотела уже спросить у хозяйки, где лежат фильтры, но, увидев, что та, сгорбившись, погрузилась в глубокие раздумья, открыла пару полок, нашла фильтр, налила воды, включила кофеварку.

— Так сколько вам исполнилось?

— Тридцать четыре.

Джоди в который уж раз удивилась. Она бы не дала доктору Джейн больше двадцати семи.

— Потрясающе.

— Извините, что дала волю эмоциям.

— Джейн высморкалась в салфетку. — Обычно мне удается их сдерживать.

Для Джоди «дать волю эмоциям» означало несколько иное, чем пара скатившихся по щекам слезинок, но, подумала она, для такой, как доктор Джейн, это означало истерику.

— Я же сказала, ерунда. Есть у вас пончики или что-то еще?

— Полуфабрикаты оладий в морозильнике.

Джоди скорчила гримаску, вернулась к столу. Маленькому и круглому, со стеклянным верхом. Вместе с металлическими стульями он куда лучше смотрелся бы в саду. Она села напротив доктора Джейн.

— От кого подарки?

Доктор Джейн попыталась выдавить из себя улыбку:

— От моих коллег.

— То есть людей, с которыми вы работаете?

— Да. От моих ассистентов в Ньюберри, одного друга из «Приз лабораториз».

О «Приз лабораториз» Джоди не слышала, но Ньюберри входил в число лучших колледжей Соединенных Штатов, так что местные любили прихвастнуть тем, что он находится в округе Дюпейдж.

— Понятно, Вы преподаете что-то научное или как?

— Я физик. Читаю выпускному курсу квантовую теорию относительности. По договору с «Приз лабораториз» вместе с другими учеными занимаюсь исследованиями кварков.

— Фантастика. Должно быть, в средней школе вы ходили в отличниках.

— В средней школе я провела не так уж много времени. В четырнадцать начала учебу в колледже. — Еще одна слезинка появилась на щеке, но Джейн выпрямилась и уже не казалась такой потерянной.

— В четырнадцать? Не может быть.

— В двадцать я уже защитила докторскую диссертацию. — Вот тут внутри у нее что-то сломалось. Она поставила локти на стол, сжала пальцы в кулаки, уткнулась в них лбом. Плечи ее затряслись, но рыдала она беззвучно. Джоди не могла не пожалеть ее. При этом ее разбирало любопытство.

— У вас нелады с парнем?

Доктор Джейн замотала головой, не отрывая лба от кулаков.

— У меня нет парня. Был. Доктор Крейг Элкхарт. Мы встречались шесть лет.

вернуться

4

Так называются (по фамилии изобретателя) разнообразные пластиковые контейнеры для пищевых продуктов, выпускаемые фирмой «Тапперуэр хоум партиз».

2
Перейти на страницу:
Мир литературы