Выбери любимый жанр

Итальянские каникулы - Филлипс Сьюзен Элизабет - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

Изабел повернулась к аккуратно сложенным на письменном столе стопкам. Кроме всего прочего, у нее имеется жених, предстоит подготовка к свадьбе, каковую все последние десять месяцев она упорно обещает обдумать, и куча работы, которую необходимо переделать до того, как она уйдет сегодня домой.

Она помахала на прощание Карлоте, разворачивавшей свою тележку, и подняла со стола толстый конверт из налогового управления. Следовало бы, конечно, переправить его Тому Рейнолдсу, бухгалтеру и бизнес-менеджеру, но тот вчера сказался больным, а она не любила накапливать незаконченные дела.

Что вовсе не означало, будто она одержима, требовательна и неуживчива.

Изабел разрезала конверт специальным ножичком с монограммой. Папарацци весь день звонили, пытаясь добиться комментариев по поводу статьи, но Изабел выдержала марку, отказываясь отвечать. Все же недоброжелательная публикация действовала на нервы. Ее бизнес зиждился на уважении и любви почитателей, и именно поэтому она всеми силами старалась вести образцовую жизнь. Имидж — вещь хрупкая, а этот пасквиль мог ему повредить. Вопрос только в том — насколько.

Изабел развернула письмо и начала читать. Примерно на половине ее брови взлетели вверх, а рука сама потянулась к телефону. Как раз в тот момент, когда она подумала, что хуже уже сегодня не будет, налоговое управление преподнесло ей неприятный сюрприз. Не хватало только сцепиться с ними! А похоже, придется: счет на миллион двести тысяч недоплаченных налогов.

Изабел обычно была скрупулезно честна с налоговыми службами, поэтому сразу поняла: это очередная безумная ошибка ее безумного компьютера, которую, впрочем, будет не так легко исправить. Ужасно не хочется привязываться к Тому, когда тот болен, но он просто обязан заняться этим прямо с утра.

— Мэрилин, это Изабел. Мне нужно поговорить с Томом.

— Том? — переспросила жена бизнес-менеджера заплетающимся языком. Похоже, она пьяна. Во всяком случае, речь родителей Изабел обычно звучала именно так. — Тома нет.

— Рада, что он лучше себя чувствует. Когда должен вернуться? Боюсь, дело крайне срочное.

Мэрилин шмыгнула носом.

— Я… я… позвонила бы раньше, но… не… могла… — прорыдала она.

— Что случилось? Да скажи же наконец.

— Т-трм. Эт-то Том. Он… он…

Всхлипы застряли в горле, как отбойный молоток в асфальтовом покрытии.

— О-он с-сбежал в Южную Америку с м-моей сестрой!

И как обнаружила Изабел менее чем двадцать четыре часа спустя, со всеми ее деньгами.

Майкл Шеридан оставался с Изабел, пока та разбиралась с полицией и выдерживала бесконечный ряд чрезвычайно неприятных совещаний с налоговым управлением. Майкл был не просто поверенным Изабел, но и человеком, которого она любила. Никогда еще она не была так благодарна ему за присутствие в ее жизни. И все же даже этого было недостаточно, чтобы отвести беду, и к концу мая, через два месяца после получения проклятого письма, ее худшие страхи подтвердились.

— Похоже, я потеряю все.

Она потерла глаза и уронила сумочку на кресло в стиле королевы Анны, мирно стоящее в гостиной ее особняка на Верхнем Ист-Сайде.

Теплого цвета панели вишневого дерева и восточные ковры сияли в мягком свете ламп от Фредерика Купера. Она, конечно, знала, что все земные блага преходящи, но не ожидала, что настолько.

— Придется продать дом, мебель, драгоценности, весь антиквариат.

Не говоря уже о крахе ее благотворительного фонда, делавшего столько добра. Все пошло прахом.

Она не сказала Майклу ничего нового. Просто пыталась озвучить случившееся. Превратить в реальность. Реальность, с которой можно справиться.

И когда он не ответил, с извиняющимся видом обернулась к нему.

— Ты весь вечер молчишь. Я извела тебя своими жалобами? Он отвернулся от окна с видом на парк.

— Ты не из тех, кто ноет попусту. Просто пытаешься переориентироваться и начать исправлять положение.

Тактичен, как всегда.

Она грустно улыбнулась и поправила вышитую подушку на диване.

Она и Майкл не жили вместе — Изабел не верила в гражданские браки, — но все же иногда жалела об этом. Живя отдельно, они слишком мало виделись. Недавно им повезло встретиться в воскресенье за ужином. Что же до секса…

Она и припомнить не могла, когда в последний раз кто-то из них ощущал эту потребность.

Изабел при первой же встрече поняла, что Майкл Шеридан — родственная душа. Оба выросли в неблагополучных семьях и много работали, чтобы получить образование. Он был не менее умен, амбициозен и добросовестен, чем она сама, и так же предан делу и карьере. Стал ее главным слушателем, когда она оттачивала лекции о четырех краеугольных камнях, а два года назад, когда она писала книгу о краеугольном камне разумных взаимоотношений, добавил главу о мужской точке зрения. Ее почитатели знали об их отношениях и всегда спрашивали, когда они поженятся.

Кроме того, Изабел находила неизменное утешение в его приятной, ничем не выдающейся внешности: худом, узком лице и аккуратно подстриженных каштановых волосах. И ростом он был чуть больше пяти футов девяти дюймов, так что не возвышался над ней, и это позволяло не испытывать неловкости. К тому же Майкл отличался ровным характером и неизменной логичностью поступков.

И, что самое важное, был крайне сдержан. Никаких приступов дурного настроения или неожиданных взрывов. Знакомый, до последней черточки дорогой человек, немного суховатый (но это придает ему определенный шарм), а для нее — само совершенство. Они должны были пожениться год назад, но оба были слишком заняты и так прекрасно ладили, что она не видела нужды спешить. Свадьба, даже хорошо обдуманная, не могла не внести некоторого хаоса в их упорядоченную жизнь.

— Я сегодня получила отчеты о цифрах продаж моей новой книги, — объявила она, изо всех сил пытаясь не поддаться горечи и разочарованию, стремившимся завладеть душой.

— Просто время выбрано неудачное.

— Я стала посмешищем в «Леттермен». Пока я распространялась о финансовых обязательствах, мой бизнес-менеджер сбежал со всеми деньгами.

Она сбросила туфли, задвинула их ногой под кресло, чтобы не споткнуться, когда будет вставать. Если бы только издатель не пустил книгу в продажу, она могла бы избежать этого последнего унижения. Предыдущая книга шестнадцать недель занимала достойное место в списке бестселлеров «Нью-Йорк тайме», а эта безнадежно пылится на магазинных полках.

— Продано… как, целых сто экземпляров?!

— Не так уж плохо.

На самом деле хуже некуда. Издатель больше не отвечал на ее звонки, а продажа билетов на ее летнее лекционное турне так упала, что его пришлось отменить. Она не только теряет свое имущество за долги налоговому управлению, но и погубила заслуженную многолетним трудом репутацию.

Изабел глубоко вздохнула, стараясь не давать волю панике, угрожавшей ее захлестнуть. Нужно во всем находить положительные стороны. Скоро у нее будет куча времени, чтобы подготовиться к свадьбе. Но как она может выйти за Майкла, зная, что ему придется поддерживать ее, пока она не станет на ноги? Если она станет на ноги…

Но она была слишком преданна принципам четырех краеугольных камней, чтобы позволить негативным мыслям парализовать ее! Пожалуй, это стоит обсудить!

— Майкл, я знаю, уже поздно и ты устал, но нам нужно поговорить о свадьбе.

Майкл принялся возиться с кнопками на ее музыкальном центре. Бедняга, как он измучен! Теперь ему приходилось тащить нелегкий воз ее дел, да еще она все время нервничает!

Она хотела положить ему руку на плечо, но он отступил.

— Не сейчас, Изабел.

Она напомнила себе, что они никогда не были чересчур чувствительной или особенно нежной парой, и попыталась не принимать близко к сердцу его холодность, тем более после того, что ему пришлось вынести из-за нее.

— Я хочу облегчить твою жизнь. Не усложнить, — пояснила она. — В последнее время ты не упоминал о свадьбе, но это потому, что сердишься на меня за то, что я до сих пор не назначила дату. Теперь я банкрот и, честно говоря, с трудом привыкаю к мысли, что кто-то будет меня содержать. Даже ты.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы