Выбери любимый жанр

РЕФЕРЕНС. Часть первая: ‘Карандаш и уголь‘ (СИ) - Иевлев Павел Сергеевич - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Annotation

Рéференс (англ. reference — справка, сноска) — вспомогательное изображение: рисунок или фотография, которые художник изучает перед работой, чтобы точнее передать детали.

_____

Любой рисунок – автопортрет. Тщательно выбирайте референсы!

РЕФЕРЕНС. Часть первая: "Карандаш и уголь"

Глава 1. Человек человеку прыщ

Глава 2. Мануальная терапия

Глава 3. Дорожные зарисовки

Глава 4. Лица ваших масок

Глава 5. Гендерная валидация

Глава 6. Медицинский ультиматум

Глава 7. Генетический дрейф

Глава 8. Экзосимбионт

Глава 9. Принцесса киберпанка

Глава 10. Эликсир жизни

Глава 11. Положительная динамика

Глава 12. Между жизнью и властью

Глава 13. Удар с воздуха

РЕФЕРЕНС. Часть первая: "Карандаш и уголь"

Глава 1. Человек человеку прыщ

РЕФЕРЕНС. Часть первая: ‘Карандаш и уголь‘ (СИ) - img_1

Девочка-девушка, барышня лет семнадцати, остановилась у крыльца, задумчиво оглядываясь. Три ступеньки к скромной, но приличной двери, расположившейся между парадных подъездов большого доходного дома. В таких цокольных помещениях чаще всего размещаются мелкие коммерческие арендаторы. Крошечные ароматные магазинчики «колониальных товаров»: кофе, чая, приправ, курительных смесей разной степени безобидности. Лавочки популярной в этом сезоне оккультной дребедени — хрустальных шаров и гадательных карт, обычно в комплекте с операторами оной, готовыми предсказать судьбу любым способом, который клиент не против оплатить. Букинистические обменники, где можно взять для чтения новую книгу, сдав старую и заплатив пару монет владельцу, — как правило, это пожилой сварливый иудей с седыми пейсами из-под шляпы и сильными очками на горбатом носу. (Такое впечатление, что в этих микробиблиотечках не только книги, но и владельцы изданы одним большим тиражом). Кабинеты провизоров, где сидят люди, обладающие редким даром извлекать информацию из каракулей на рецептах, чтобы смешать на ее основе свои загадочные порошки.

Нередки среди арендаторов и «телесные практики» — зубные техники, маникюрщики, куаферы, выправители кармы, диетологи, мускулотренеры и прочий околомедицинский бизнес, не требующий по городскому укладу врачебной лицензии. Некоторые из них, говорят, даже не совсем жулики. Но это не точно.

Дверь, возле которой остановилась барышня, ведет как раз в заведение этой категории. Скромная табличка рядом с дверью гласит: «Косметические услуги для юных. Избавление от кожных дефектов переходного возраста электричеством. Гарантия. Оплата по результату».

Барышня вполне симпатичная и не выглядит остро нуждающейся в косметических услугах. Волосы с рыжиной, ухоженная, хорошо одетая, с лицом неглупым и интересным и некоторой шальной искоркой в глазах, каковая, впрочем, вполне свойственна возрасту.

Она решительно поднялась по ступенькам и вдавила бронзовую головку дверного звонка. Внутри коротко брякнуло. «Заходите, свободно!» — отозвался мужской голос.

Девушка решительно толкнула дверь и вошла.

***

— Привет, Алиана, — поздоровался я с некоторым удивлением. На сегодня записи не было, и я рассчитывал провести день в приятной праздности.

— Здравствуйте, Михл, — вежливо присела девушка. Отчества здесь есть, но обращаться по ним не принято, и мое имя «Михаил» все упорно сокращают до привычного местным «Михла».

— Неужели снова? Насколько я помню, лечение прошло весьма успешно.

— Совсем крошечный прыщик! — улыбнулась девушка. — Ерунда. Помню, вы предупреждали…

— Да, у тебя высокий гормональный баланс, это пройдет само. Но, если хочешь, можем повторить сеанс. Бесплатно, по гарантии.

— Ну что вы, Михл! Я могу заплатить! Вы, кажется, единственный, чье лечение работает. Мои подруги обращались к другим электротерапевтам — только хуже стало!

— Увы, не все мои коллеги одинаково добросовестны… — очень сильно приукрасил ситуацию я.

Мода на «лечение электричеством», захлестнувшая в прошлом году город, породила толпы откровенных шарлатанов, спешивших заработать. Любое устройство с проводами и лампочкой выдавалось за чудодейственный агрегат, избавляющий от хворей. К счастью, городской уклад на этот счет строг, лечить что-то серьезное без лицензии нельзя, но косметология под лицензирование не подпадает, и жуликам раздолье. Я, признаться, тоже не вполне честен с клиентами, но я не беру денег, если нет результата. А он есть.

— Вы мне так помогли, Михл! — щебечет Алиана, устраиваясь в кресле. — Эти прыщи были проклятием моей жизни! Отчим терпеть не может прыщи…

— Поздравляю, — кивнул я, опуская к ее щекам катушки аппарата. — Ну, где твой прыщ?

— Вот же он! Смотрите ближе! Еще ближе! Вот, рядом с носом…

Я наклонился к ее лицу и действительно разглядел крошечный прыщик рядом с крылом носа. Даже не прыщ, а закрытый комедон без признаков воспаления. Говорить не о чем.

— Это не требует отдельного сеанса… — начал я, но Алиана внезапно обхватила мою шею руками, притянула к себе и попыталась поцеловать.

Я растерялся, и вышло неловко — девушка чмокнула меня в угол рта прежде, чем я отстранился.

— Что за глупости, юная леди? Я тебе в отцы гожусь. Плохая идея для такой молодой барышни — приставать к старикам. Ради этого ты сегодня пришла?

— Нет. Включайте свою машину!

— Тебе не нужен сеанс.

— Я же сказала, что заплачу! Вам что, жалко?

— Нет, не жалко, — я включил установку, она загудела катушками и заморгала лампами. — Вреда от лишнего сеанса не будет.

— Жаль, что вы не соглашаетесь свести веснушки… — вздохнула Алиана.

— Я уже объяснял, что это не болезнь, а особенность твоей кожи. Чтобы убрать веснушки, потребовалось бы очень глубокое вмешательство в биохимию организма и даже его генетику. Фиомеланин, который вызывает появление веснушек, регулируется геном эм цэ один эр…

— Хватит, хватит, я поняла, что вы почему-то не хотите. Может, вам просто нравятся женщины с веснушками? Кстати, они у меня не только на лице…

— Не вздумай демонстрировать, — строго сказал я. — Не знаю, что на тебя сегодня нашло, но давай считать, что ничего не было, ладно?

— Как скажете, Михл. Как скажете. А вы закончили мой портрет?

— Почти.

— Тогда я не зря пришла. Заканчивайте!

Алиана откинулась на подголовник кресла, позируя, а я со вздохом достал блокнот. Я довольно слабый художник, если честно. Фотография здесь недалеко ушла от примитивной дагерротипии, портретистов в городе полно, и почти все они лучше меня. В моем случае процесс важнее результата. Но я стараюсь, пытаюсь передать ту сумасшедшинку, которую вижу в глазах у этой девчонки.

Ее устойчивый интерес ко мне слегка пугает, с пациентами всегда есть вероятность импринтинга. Подростки идут регулярным потоком, обеспечивая заработок, покрывающий мои более чем скромные потребности. Разовые визиты — пришли, отсидели сеанс, дождались результата, оплатили. Алиана же стала приходить регулярно. У нее действительно проблемная кожа — тонкая, светочувствительная, склонная к воспалениям, а также высокий гормональный уровень, что способствует гиперсекреции. Однако двух сеансов было достаточно — проблема ушла. В отличие от Алианы, которая возвращается снова и снова. Сидит, болтает, требует, чтобы я ее рисовал. Я далек от того, чтобы вообразить романтические мотивы. Этой весьма неглупой, наблюдательной и сообразительной юной леди от меня что-то очень нужно. Как бы не раскопала чего-нибудь лишнего…

— Скажите, Михл, — спросила Алиана, расслабившись в кресле, — вы же недавно в городе?

— Пара лет, — ответил я коротко, пытаясь передать на бумаге бедовый прищур ее глаз.

— А где жили до этого?

— В другом месте.

— Не скажете? — надула губки девушка. — Вы такой загадочный… Это та-а-ак интересно!

1
Перейти на страницу:
Мир литературы