Выбери любимый жанр

Покинутая. Академия Проклятых (СИ) - Коуст Дора - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Дора Коуст

Любовь Огненная

Академия Проклятых. Покинутая

Глава 1

Один день может изменить тысячи жизней,

одно событие — сотни судеб,

один человек — десятки людей, которые его окружают.

— Лиция, кидай мне! Мне кидай! — прокричал Дагелт, уворачиваясь от других мальчишек.

Обманным движением уйдя в сторону, я только собиралась бросить набивной кожаный мяч, как мне подставили подножку. Малявки всегда играли нечестно, иногда и вовсе наваливаясь всей толпой, потому что во что бы то ни стало желали выиграть.

Свалившись на землю, оцарапав колени о камни да разодрав и без того потертые штаны, я мигом перегруппировалась и откатилась в сторону. Толпа из беспризорных мальчишек и девчонок тут же кучей-малой свалилась рядом, погребая под собой мяч. На этом игру можно было смело считать законченной.

— Павлиция! — строго окликнула меня Старшая Сестра Офелия, вынуждая нехотя обернуться.

Этот ее тон я за восемнадцать лет собственной жизни распознавала на раз-два. Таким тоном она обычно выражала свое недовольство по поводу моего поведения, в очередной раз угрожая надрать мне уши. Уши, кстати, за все восемнадцать лет так и не пострадали.

Обернувшись, я заметила, что Старшая Сестра ждет меня не одна. Сегодня Офелия вдруг поменяла свое черное строгое платье с воротником под горло на такое же, но темно-серого цвета. Этот наряд она берегла для особых встреч, так что совсем не удивительно, что рядом с ней стояла женщина в роскошном изумрудного цвета плаще с единственной золотой застежкой на уровне ключиц.

Из-под плаща, покрывая руки незнакомки, выглядывали длинные белоснежные перчатки. Светлая юбка строгого кроя полностью скрывала ее обувь, но что-то мне подсказывало, что и туфли у немолодой женщины тоже были дорогими.

Из ее яркого образа выбивались лишь волосы цвета пепла, забранные в строгий пучок.

— Я их отвлекаю, а ты убегаешь. — тихо шепнул Дагелт, вставая чуть впереди меня, тем самым перекрывая женщинам вид на мои ноги.

— Они же меня уже видели. — улыбнулась я, разлохматив своему маленькому защитнику выгоревшие на солнце волосы.

Мотнув головой, чтобы избавиться от моей руки, он недовольно произнес:

— Но у меня же план! Я их отвлеку, правда-правда!

— Даг, мне все равно придется уйти из Дома Покинутых. Вчера мне исполнилось восемнадцать. Я не могу больше тут жить.

— Мы будем прятать тебя! — упрямился мальчишка. — Ты можешь жить в сарае!

— Ты сам знаешь, что не могу. — присев на одно колено, я погладила мальчишку по щеке. — Иди играть.

— Павлиция, подойти к нам! — снова окликнула меня Старшая Сестра. В ее голосе оставалось все меньше терпения.

Пришлось идти, хотя видит Всевышний, я совсем не горела желанием подходить к женщинам. Скорее всего незнакомка являлась богатой аристократкой, которой требовалась служанка. Девушки из Дома Покинутых в основном уходили работать именно прислугой.

— Добрый день, вы меня звали?

Я даже смогла выдавить из себя улыбку, хотя ощущение складывалось, что больше она сейчас похожа на оскал. Дело в том, что к нам и раньше заглядывали возможные работодатели, но я предпочитала работу иного рода, а потому неизменно вела себя так, чтобы в моих услугах не нуждались.

Просто служанкам в богатых домах платили гораздо меньше, чем подавальщицам в тавернах, но повсеместно считалось, что подавальщица — это низший сорт. И наша Старшая Сестра — основательница и когда-то владелица Дома Покинутых, считала точно так же, запрещая мне работать в питейных.

Только правда в том, что к молодым девушкам пристают одинаково что в тавернах, что в богатых домах. Разница лишь в том, что если отпор дать аристократам, они увольняют — быстро и безоговорочно, еще и обвиняя в какой-нибудь несуществующей краже, в то время как в таверне посетители понимают с первого раза, а точнее с первого кулака и больше уже даже не пытаются приставать.

Но сегодня от работы, увы, я отказаться не могла. День, два, три и мне придется навсегда оставить стены родного дома, потому что здесь существуют определенные правила. По этим правилам, как только тебе исполняется восемнадцать, на попечении у естийя1 и аристократии ты больше оставаться не можешь, а значит, и крыши над головой у тебя больше нет. Работа служанкой в доме аристократов давала крышу над головой.

— Что опять с твоей одеждой, Павлиция?

Сестра Офелия поджала полные губы, демонстрируя недовольство моим внешним видом. Я в ответ лишь пожала плечами, потому что сказать мне было особо нечего. Я же в мяч играла, так что совсем не удивительно, что коленку разбила, а на штанах появилась очередная потертость.

Так и не получив от меня ответа, Старшая Сестра продолжила:

— Павлиция, познакомься. Магесса Анидра Вантерфул — глава Академии Проклятых. Магесса, именно у этой девушки вчера открылись магические способности.

— И что ты умеешь, Павлиция?

Голос у директрисы Академии Проклятых был приятным, даже обволакивающим, но серые выцветшие глаза, выдающие ее истинный возраст, оставались холодными, льдистыми.

Я не была удивлена тому, что магесса появилась здесь. Вчера в день моего восемнадцатилетия весь Дом Покинутых стал свидетелем того, что магические способности у меня действительно есть.

— Ничего. — ответила я, ничуть не смущаясь.

— Дело в том, — вновь взяла слово Офелия, — что Лиция попала к нам сразу после своего рождения. У нее нет родителей, как и у большинства наших воспитанников, поэтому о том, что у нее есть дар, мы даже предположить не могли.

— Ладно, разберемся. — смилостивилась женщина, продолжая смотреть на меня в упор.

Создавалось стойкое ощущение, что она что-то подозревает. Иголочки страха закололи у меня в груди, падая в желудок, заставляя тот сжаться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Наконец, переведя взгляд на Старшую Сестру, магесса продолжила:

— Комнату в общежитии на время обучения я девушке предоставлю, но за нее необходимо платить. Первую оплату ей придется внести уже через месяц. Учитывая, что обучение занимает много времени и пропускать занятия строжайше запрещено, я постараюсь подобрать ей подработку в академии.

— О, магесса Вантерфул! — обрадовалась Офелия, позволив себе выдохнуть с облегчением. — Это замечательные новости! Лиция очень работящая девушка!

— Посмотрим. Павлиция, завтра ты должна явиться в Академию Проклятых вместе со своими вещами. И да, я надеюсь, что вы сможете обеспечить девушку канцелярией?

— Конечно-конечно…

Дальнейший разговор женщин я уже не слышала. Шикнув на меня, чтобы шла собирать свои вещи, Старшая Сестра увела магессу дальше по аллее, чтобы как и всегда продемонстрировать возможной благотворительнице в каком состоянии находится Дом Покинутых и что требуется бедным детям для того, чтобы жить не хуже других.

На самом деле Офелия Бендант не была такой чопорной и строгой, какой хотела казаться. Когда умер ее супруг — любовь всей ее жизни, она сделала из своего особняка “Дом Покинутых” — пристанище для детей, у которых нет родителей или которым они не нужны.

Поначалу женщина содержала всех на свои собственные средства, но детей становилось все больше, им требовались питание, одежда, образование и воспитатели — то, на что уходило больше всего средств. Понимая, что сама может не справиться, глеция2 Бендант обратилась за помощью к естийю. Повелитель согласился взять “Дом Покинутых” под свое крыло, выделил финансирование, а в дальнейшем и аристократия стала жертвовать деньги бедным сиротам, но, увы, этого все равно было мало, чтобы жить сыто.

В Доме Покинутых всем нам приходилось много трудиться и выживать. Выживать, потому что каждый день своей жизни мы были вынуждены терпеть нападки от тех, кто жил за этими стенами. Для них мы давно стали мишенями, козлами отпущения, на которых было так удобно спирать свои собственные грехи.

1
Перейти на страницу:
Мир литературы