Выбери любимый жанр

Военная игра - Андревон Жан-Пьер - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

"В-з-з-з... вперед... Б-р-р-р...", бормочет очень далекий, гулко отдающийся в голове голос. Ты делаешь попытку встать, и у тебя сводит судорогой все мышцы, словно ты только что получил беззвучный приказ схватить винтовку, перепрыгнуть через бруствер и помчаться с криком туда, куда... А все-таки, куда?

Голос, пробудивший тебя от глубокого сна, слишком слаб и неразличим, чтобы оказать на тебя воздействие и заставить тебя двигаться. Ты продолжаешь сидеть в грязи, но теперь твое зрение немного прояснилось, и ты можешь видеть вокруг себя людей в военной форме, перепрыгивающих через бруствер с винтовками наперевес, и ты слышишь их крики, а потом эти люди исчезают из твоего поля зрения в круговерти фонтанов земли и дыма. Голос, звучавший внутри твоей головы, затихает, словно он последовал за ними, за бегущими. Вот его уже совсем не слышно, он пропал. Но зато ты теперь отчетливо слышишь шум боя, в котором, как тебе смутно помнится, участвовал и ты сам. Но сейчас ты, как посредственный актер, забыл свою роль. Щелкают винтовочные выстрелы, тарахтят автоматы и пулеметы, бьют, как удары в гонг, орудийные и минометные залпы, хлюпают, разрываясь в грязи, снаряды...

Наконец ты встаешь. Совсем рядом с тобой, на мокрой земле, лежит труп солдата со скрещенными на груди руками и с лицом, превращенным в кровавое месиво. Лицо напоминает макет местности, по которой прошелся огненный смерч. Дрожа, ты отворачиваешься, твои руки цепляются за бруствер, твой взгляд упирается в следы армейских сапог, уходящие вдаль от окопа. Перед тобой по серой равнине, которая простирается от одного края горизонта до другого и над которой стелется, подобно густому туману, пороховой дым, бегут люди. Над ними, как огромная грязная лужа, висит темно-серое безнадежное небо. Люди в военной форме бегут от одного края горизонта к другому в одном и том же темпе, будто заведенные. Иногда на поверхности равнины к небу вырастают фонтаны земли, смешанной с черным дымом, и тогда люди падают и вжимаются в грязь...

Война. Да, это война. Те, что бегут там, впереди, и те, что падают на равнине, - это твои товарищи. Товарищи? Но ведь ты не можешь припомнить ни одного лица, ни одного имени. Почему же ты должен быть с ними? Ты же не знаешь, что ты делаешь здесь, в этом грязном окопе, и как ты в нем очутился. Ты только знаешь, что тебе нечего здесь делать, что у тебя нет ни убеждений, ни земли, которые нужно было бы защищать. Эта местность, где происходит массовая бойня, - не твоя родина.

Ты отходишь от бруствера, срываешь с головы каску, расстегиваешь ремень, который тут же падает в грязь и тонет в ней под тяжестью подсумка, гранат и прочих железок. Ты выбираешься из окопа и пускаешься бежать по лужам в обратную сторону от линии фронта. Ты бежишь к туманному и потому странно близкому горизонту между деревьями, изрешеченными пулями и осколками, между покосившимися реперными фанерными знаками. Тебе скользко бежать по грязи, где осколков больше, чем камней. У тебя только одна мысль в голове: выбраться отсюда. Шум боя затихает позади тебя, и даже боль, отдающаяся эхом во всем теле, немного утихает. Ты думаешь лишь об одном: удрать. И ты бежишь, смываешься, дезертируешь.

Но куда бежать? Ты даже не задаешь себе этого вопроса. У тебя нет для этого времени, и вскоре проблема решается сама собой. Туманный горизонт равнины внезапно начинает колебаться, и ты пробегаешь сквозь какую-то прозрачную стену, состоящую из множества водопадных струй. И вот ты уже на Той Стороне!

На той стороне ничего нет, кроме металлической стены, простирающейся влево и вправо насколько хватает взгляда. В стене зияет вход огромного туннеля, уходящего в толщу металла. Ты инстинктивно оборачиваешься, но позади тебя уже нет ни болотистой равнины, ни тяжелого оловянного неба. Остается лишь нереальный зеркальный блеск Барьера, через который ты пробежал без малейших усилий.

У тебя нет выбора.

Ты входишь в туннель, пачкая своими грязными ботинками его металлический пол.

Теперь ты находишься в огромном зале, стены которого сделаны из серого металла. Зал такой большой, а потолок его такой высокий, что мозг отказывается воспринимать размеры помещения. Высоко-высоко, на пересечении стен и потолка, вырисовываются огромные прямоугольные окна, наполняющие желтым светом усыпальницу.

Ты находишься именно в усыпальнице, потому что повсюду вокруг тебя распростерты тела, застывшие в трупном окоченении. Некоторые из них покоятся в некоем подобии саркофагов со стеклянными крышками, другие просто лежат в одну линию на скамьях, выкрашенных в белый цвет. На некоторых, как и на тебе, надета военная форма, остальные полураздеты или вовсе нагие.

Тишина, царящая в этом зале вечного сна, оглушает, и ты невольно ступаешь по полу так осторожно, будто он покрыт тонкой яичной скорлупой. В зале не холодно, но довольно прохладно. Ты подходишь к одному телу, к другому, кружишь между саркофагами, иногда недоверчиво касаясь кончиком дрожащего пальца мертвой равнодушной плоти, блестящей от дезинфекционного раствора.

В некоторых телах кое-чего недостает. Другие же целы и невредимы. У одних тел нет головы. Порой, наоборот, чья-то голова без тела смотрит на тебя остекленевшими глазами из-под прозрачной крышки саркофага. У третьих нет ни рук, ни ног, и эти конечности лежат отдельно на длинных столах.

Ты продолжаешь свою экскурсию, ты все увереннее гладишь рукой чью-то выгнувшуюся грудь, ты ковыряешь ногтем абсолютно сухой срез чужого бедра, ты берешь щепотку высохшего мозгового вещества, ты оттягиваешь край легкого и трогаешь толстый мешочек желудка, серый клубок кишок, торчащих из вскрытого живота...

Часть безжизненных тел вскрыта с точностью робота. Другие представляют собой чудовищно искромсанные анатомические муляжи. Есть тела, вскрытые по всей длине туловища - от горла до паха - так что можно изучать каждый внутренний орган в отдельности. Другие превращены в кровавое месиво переломанных костей и разодранного мяса. Черепа одних тщательно распилены чуть выше бровей. У других же черепная коробка расплющена и вдавлена вовнутрь, и стеклянный шарик глаза висит на кончике оптического нерва в сгустке запекшейся крови...

Что это за склад мертвецов, куда ты случайно попал? Что это за ремонтный цех, где скапливаются тела, изувеченные в мясорубке войны, которая идет там, снаружи?

Тебе кажется, что ты начинаешь понимать, в чем здесь дело, и тогда комочек страха внутри тебя постепенно разрастается до размеров огромного шара.

Самое ужасное - это не ряды мертвых тел, а то, что скрыто в их аморфных внутренностях: в одном - пучок цветных пластмассовых проводов, дублирующих главную артерию; в другом - металлический цилиндрик под сердцем; в третьем эбонитовый черный ящичек, прикрепленный к позвоночнику; в четвертом прозрачный кварцевый кристалл, встроенный в головной мозг...

Кто эти люди? Что с ними сделали? Они на самом деле - ЛЮДИ?

Вопросы скачут в твоей голове. И в тот момент, когда самый главный и самый важный вопрос появляется в твоем мозгу (в твоем мозгу?), когда ледяные щупальца страха сжимают твои нервы (нервы?) и когда ты вздрагиваешь всем своим телом (телом?), все - в который уже раз - перестает существовать для тебя...

Пронзительный звонок нарушает тишину усыпальницы, но ты его не слышишь. На тебе останавливается луч прожектора, установленного где-то наверху, но ты его не видишь. Вот ты уже неподвижно сидишь на длинной скамье. Часть потолка отодвигается, и с металлического неба спускается гигантская рука, которая осторожно берет тебя большим и указательным пальцами и поднимает куда-то вверх - наверное, в рай для славных воинов, павших в честном бою смертью храбрых...

Но этого ты уже не осознаешь.

Ты уже ничего не осознаешь, бедная маленькая штучка...

Техник Гюнтер Жанруа запустил руку в ящик под номером 37, осторожно взял большим и указательным пальцами миниатюрную боевую единицу ГМВ999-15, вовремя обнаруженную им и отключенную. Ослабленный контроль в цепях управления Б.Е. ГМВ999-15 вскоре был восстановлен, и оживленный андроид, ростом в восемь сантиметров, был возвращен на крохотную скамеечку в ящике, чтобы сыграть очередную роль в новом сценарии тактического боя, в следующем эпизоде этой нескончаемой военной игры.

3
Перейти на страницу:
Мир литературы