Выбери любимый жанр

Дай лапу, друг медведь ! - Петухов Анатолий Васильевич - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Петухов Анатолий Васильевич

Дай лапу, друг медведь !

Анатолий Васильевич ПЕТУХОВ

Дай лапу, друг медведь!

Повесть

1

С рыбалки Валерка возвратился в полночь. Тяжелую связку окуньков он повесил в сенях на гвоздь, повыше, чтобы не достала кошка, осторожно прошел в кухню, легонько притворил дверь и замер. В доме было тихо, все спали. Выждав, пока глаза привыкнут к темноте, Валерка разглядел на столе тускло белеющую банку молока, одним духом опорожнил ее и на цыпочках проскользнул в спальню.

- Чего так долго? - раздался в темноте громкий шепот Лариски, младшей сестренки.

- К водянику в гости ходили, - так же шепотом отозвался Валерка. - А тебе давно пора спать! Ясно? - И, быстро раздевшись, нырнул под одеяло.

- И не говори. И не надо. Подумаешь - тайна!.. А я еще хотела что-то сказать...

Валерка уловил по голосу, что сестра чем-то взволнована, но спрашивать не стал: сама скажет, не утерпит. Он притворно зевнул.

- Не мешай спать. Все равно ничего не знаешь.

- Не знаю?! Это ты не знаешь! - Скрипнул матрац, Лариска села в своей кровати. - Я медведей видела, вот!

- По телевизору?

- Как бы не так! Живых, настоящих!

- Ну, ну... Ври больше!..

- Вру?! Да если хочешь знать, я с папкой на Стрелиху ездила! На мотоцикле. Дедко Макар пришел к нам и сказал, что на Стрелихе медведи овес едят. Вот мы с папкой и поехали. А медведи-то как побежат с поля! Один большущий такой, бурый, папка говорит - медведица, и еще три маленьких...

Валерка привстал, впился глазами в темноту, стараясь разглядеть лицо сестры.

- Ведь врешь!

- Честное октябрятское! Папка в город писать будет, чтобы охотников послали, а то медведи весь овес съедят... А они совсем, совсем не страшные! Медведица толстая такая! Побежит да оглянется, потом опять побежит. А медвежонки как шарики...

У Валерки в груди заныло: окажись он дома, отец, конечно, взял бы с собой его, а не Лариску.

- И близко видели? - спросил он, скрывая досаду.

- Не очень. Как от нашего дома и до рогозинского сарая.

До сарая соседей Рогозиных метров сто, не больше. Тут не только медведя - кошку разглядеть можно!

- А бежали быстро?

- Мне показалось, не быстро, а папка говорит - быстро. Он даже с мотоцикла выйти не успел. Только остановился, а их уже нету, в лес убежали...

Упустить возможность своими глазами увидеть настоящих медведей! Ведь даже взрослые далеко не все встречали этого зверя.

- Ты вот что, - строго сказал он, - о медведях языком не трепли. Поняла?

- А чего?

- Того!.. Раззвонишь по всей деревне, и начнут ходить всякие, медведей караулить... А мы... мы наблюдение будем вести.

- Да-а, - обидчиво протянула Лариска, - ты опять с Андрюшкой пойдешь, а мне дома сидеть?

- Зачем дома? Вместе ходить будем.

- Правда?!

- Конечно! А теперь спи.

Валерка считал, что подкарауливание медведей, как и ловля рыбы, не девчоночье дело. Но откажи сестре, и на другой же день вся деревня узнает, что на Стрелихе ходят в овес медведи и что Лариска - такая-то пигалица! - уже видела их. Повадятся туда старшеклассники, потом охотники приедут... А ему самому хотелось посмотреть медведей, хоть разочек на них взглянуть, чтобы потом, когда начнется учебный год, рассказывать об этом в школе и чувствовать себя героем...

Андрюшка Перьев, с которым вот уже второй год дружил Валерка, жил в противоположном конце деревни Овинцево. Перьевы переехали с починка Веселый Хутор и поставили свой дом на самом берегу речки Возьмы, чему Валерка очень завидовал: хоть купаться, хоть на рыбалку - сбежал с крылечка, и готово! Кроме того, у Перьевых была лодка - прочный, пахнущий смолой дощаник: день плавай, ни капли воды не просочится внутрь.

С этой лодки, собственно, и началась дружба Валерки с Андрюшкой. У Гвоздевых лодки не было, как, впрочем, и у остальных жителей Овинцева: Возьма - речка маленькая, порожистая, через нее где нужно мосточки перекинуты, а то и броды есть - на что лодка? Но отец Андрюшки Вадим Сергеевич был заядлый рыбак, вырос и жил на берегу лесного озера и с лодкой не мог расстаться: легкая плоскодонка и на малой речушке пригодится.

Ребята Овинцева сразу потянулись к Андрюшке - кому не хочется поплавать на лодке! Но Андрюшка оказался скучным и неинтересным: несусветный молчун, слова из него не вытянешь, да и к мальчишеским играм равнодушен. Поиграть в войну, в пиратов - ведь есть настоящая лодка, корабль! - так нет, лучше весь день будет торчать с удочками на каком-нибудь омутке.

Разочарованные мальчишки окрестили Андрюшку Могилой и отступились, а для своих игр, как и прежде, опять стали сколачивать на скорую руку плоты из досок да жердей. Плоты даже лучше, чем лодка: их при нападении можно топить, переворачивать, можно и вовсе разбить - никто слова не скажет.

Не отступился от Андрюшки Перьева только Валерка Гвоздев. И дело было не в том, что Валерка больше других любил рыбалку. Даже вовсе не в этом была причина неожиданной привязанности подвижного и всегда чем-то взбудораженного Валерки к медлительному и молчаливому сверстнику. В молчаливости Андрюшки, в его стремлении к уединению было что-то непонятное, таинственное и притягивающее. Пролетит ворона, проплывет мимо лодки лягушка или сядет на глянцевый лист кубышки зеленая стрекоза - на всем Андрюшка задержит взгляд. Казалось, он знает и видит что-то такое, чего не знают и не видят остальные...

Позднее, когда они сдружились, Валерка понял, что Андрюшка не такой уж молчун, каким казался. В уединении, подальше от деревни, где-нибудь на лесистом берегу Возьмы у костерка, Андрюшка любил раздумчиво, не торопясь рассказывать о жизни на Веселом Хуторе, о рыбалке, о лесе. Знал он в свои неполные четырнадцать лет действительно много и многое успел повидать, живя в лесной глуши на берегу озера...

Утром, когда Валерка пришел к Перьевым, Андрюшка был в огороде. Он бережно раздвигал уже начинающие желтеть огуречные плети, аккуратно срывал спелые огурцы и клал их в большую плетеную корзину. Валерка заметил, что у раскрытого окна сидит Андрюшкина бабка и смотрит на работу внука. И он тоже склонился над грядкой, будто помогая Андрюшке, и взволнованно прошептал:

- Ты знаешь, на Стрелихе медведи в овес ходят!

- Ну и что? - равнодушно отозвался Андрюшка.

- А то! Лариска вчера четырех медведей там видела.

- Врет.

- Правда видела! Отец вечером на мотоцикле туда ездил и Лариску с собой брал. Приехали на поле, а медведи в овсе. Медведица с медвежатами. Я велел Лариске никому об этом не говорить, а сам думаю: что, если нам с тобой засидку на Стрелихе сделать?

- Лерко! - раздался строгий голос бабки Перьихи. - Ты ежели пособлять пришел, дак путем пособляй, а не мешай парню дело делать!..

- Я и так помогаю! - огрызнулся Валерка и искоса глянул на Андрюшку: - Ну, так чего?

- Можно. Только надо с дедком Макаром посоветоваться, как лабаз делать.

- Какой еще лабаз? - удивился Валерка.

- Охотники, когда на медведей охотятся, лабаз делают. На деревьях.

- А, знаю! Это такие палки, на которых сидеть. На Крутихе есть. Туда же прошлый год охотники ездили... Можно сходить и посмотреть.

- Ездили, да медведя не убили - что толку? А дедко Макар, отец говорил, раньше много медведей бил. К нему надо. Вот соберем огурцы и пойдем.

2

Дед Макар, в прошлом известный охотник, одиноко жил в небольшой, но еще крепкой избушке. Жена его умерла давно, и старик только тем и занимался, что целыми днями плел корзины да кузова. Его большими прочными корзинами для сбора картошки были обеспечены все бригады колхоза, с его корзинами ходили в лес за грибами и ягодами все однодеревенцы, от мала до велика. И когда Валерка и Андрюшка зашли в малюсенький светлый домик, старик, как всегда, сидел на низеньком стуле и занимался своим кропотливым делом.

1
Перейти на страницу:
Мир литературы