Выбери любимый жанр

Михаил Кутузов - Алексеев Сергей Петрович - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

Довольны солдаты, перемигиваются: вот он, настоящий боевой генерал.

— Что мы — не русские? — продолжает Кутузов. — Что нам, в силе Господь отказал?

Довольны солдаты. Заснули спокойно. А на следующий день объявляют первый приказ Кутузова — продолжать… отступление.

— Что-то непонятное, — разводят солдаты руками. Побежали к Кутузову.

— Ваша светлость, что же, опять отступление?

Посмотрел на солдат Кутузов, хитро сощурил свой единственный глаз:

— Кто сказал отступление? Сие есть военный маневр.

Михаил Кутузов - i_012.jpg

Тут подбегает к Кутузову офицер, пакет протягивает. Читает Кутузов письмо: Милостивый государь, батюшка Михаил Илларионович!..

Письмо было от старого друга-генерала, ныне уже отставного. Генерал вспоминал былые походы, поздравлял с назначением на пост главнокомандующего. Но главное, ради чего писалось письмо, было в самом конце. Генерал просил за своего сына, молодого офицера. Просил пригреть Гришеньку в память о старой дружбе, взять в штаб, а лучше — в адъютанты.

Михаил Кутузов - i_013.jpg

— Да-а, — вздохнул Кутузов. — Не с этого мы начинали. Видать, молодежь не та уже нынче. Все в штаб норовят, нет бы на поле боя…

Но дружба есть дружба. Уважил Кутузов старого генерала, исполнил отцовскую просьбу.

Вскоре Гришенька прибыл. Глядит Кутузов — стоит перед ним птенец. Не офицер, а мальчишка. Ростом Кутузову едва до плеча. Худ, как тростинка. На губах пух, бритвой не тронутый.

Смешно стало Кутузову: «Да, не та пошла молодежь. Хлипкость в душе и теле». Расспросил Гришеньку об отце, вспомнил о матушке.

— Ну ладно, ступай теперь. Исполнил я батюшкину просьбу — шей адъютантский наряд.

— Ваша светлость! — пролепетал Гришенька.

Кутузов поморщился — какой прилипчивый.

— Михаил Илларионович, мне бы в полк… Мне бы в армию, к князю Петру Багратиону…

Развеселился от этого вдруг Кутузов — дите, как есть дите. Жалко такого под пули посылать.

— Не могу, — говорит. — Батюшке твоему другое обещано.

Дрогнули у офицера губы. Ну право, вот-вот расплачется.

— Не могу, — повторил Кутузов. — Тебя-то и солдаты в бою не приметят.

— Так и Суворов был не саженного роста.

Кутузов удивленно поднял глаз: Гришенька-то, оказывается, не из тех, кто за отцовскую спину хоронится. Подошел к офицеру, расцеловал.

— Ладно, ладно… Вот и батюшка твой, бывало… — Кутузов не договорил: стариковская слеза подступила к глазу. — Ступай, — махнул он рукой. — Быть по сему.

Михаил Кутузов - i_014.jpg

Гришенька вытянулся, ловко повернулся на каблуках, вышел.

А Кутузов долго стоял и задумчиво смотрел ему вслед. Затем он потребовал листок бумаги и принялся сочинять письмо старому генералу.

Милостивый государь, батюшка Петр Никодимыч! Радость Господь послал мне великую. Прибыл твой Гришенька. И сдается мне, сие юность наша с тобой явилась. Спасибо тебе за такой сюрприз. Уповаю видеть его в героях.

Потом подумал и приписал:

Просьбу твою исполнил. Гришенька у меня на самом приметном месте: при душе моей в адъютантах…

Михаил Кутузов - i_015.jpg

Получив письмо, долго ломал голову старый генерал. «При душе — как же это понять? Эх, приотстал я в военном деле: видать, при главнокомандующем новую должность ввели».

Отступая, русская армия вышла к деревне Бородино. Там, на огромном изрытом оврагами поле, Кутузов решил дать бой войскам императора Наполеона.

Еще в темноте, до рассвета, Кутузов поднялся на холм недалеко от деревни Бородино. Осмотрел с высоты округу. С этого холма он будет командовать всем сражением.

С ранней зарей ударили пушки. В огромной битве сошлись войска. Лучшие русские генералы — Барклай де Толли, Багратион, Дохтуров, Коновницын, братья Тучковы, Милорадович, Раевский — вели солдат в сражении на Бородинском поле.

И русские, и французы бились отважно. То наступали одни, то наступали другие. Каждый метр земли давался солдатской кровью. Кто побеждает — понять невозможно.

Михаил Кутузов - i_016.jpg

Спокойно Кутузов стоит на холме. Зорко следит за битвой. Подзорная труба в руках Кутузова. Знает Кутузов, что в военном деле бывает всякое. Иногда отступишь на шаг, зато потом десять отмеришь вперед. Хладнокровен в бою Кутузов.

Михаил Кутузов - i_017.jpg

В разгар сражения к Кутузову подскакал генерал Вольцоген. Лицо бледное, поводья в руках мелкую дрожь выбивают.

Осадил коня, прокричал Кутузову:

— Отступаем, ваша светлость, отступаем! Рушится, ваша светлость, центр!

Михаил Кутузов - i_018.jpg

Видит Кутузов, что центр действительно колеблется. Подымает взгляд на Вольцогена:

— Да что вы, голубчик, я ничего не вижу.

— Вот же! — кричит Вольцоген. — Взгляните, — и тянет подзорную трубу Кутузову.

Поднял Кутузов трубу, приложил к незрячему правому глазу.

— Нет, — говорит, — ничего не вижу.

Понял генерал хитрость Кутузова, промолчал. Обернулся на грохот боя, а там действительно отступление кончилось. Ударили русские солдаты в штыки, гонят французов.

Усмехнулся Кутузов:

— Да вы, батенька, видать стороны перепутали. Бывает… Оно от усталости… — Подозвал адъютанта. — Генералу настой валерьяновый.

День потухал. Солнце клонилось к закату. Отгремели орудия. Кончился бой. Завершился кровавый день. Стороны остались на прежнем месте. Словом, ничейный бой. Да как посмотреть. Наполеон впервые не разбил противника. Русские первыми в мире не уступили Наполеону в большом сражении. Вот почему для русских это победа. Тяжелая победа: полегли на Бородинском поле тысячи солдат, офицеров множество, потеряла русская армия своего любимца, князя Петра Багратиона… И все же… «Я выиграл баталию над Бонапартием», — пишет Кутузов жене наутро после битвы.

Маленькая деревня Фили, у самой Москвы.

Крестьянская изба. Дубовый стол. Дубовые лавки. Образа в углу. Теплится лампада.

В избе собрались русские генералы. Идет военный совет. Нужно решить вопрос: оставить Москву без боя или дать новую битву.

Михаил Кутузов - i_019.jpg

Нелегкий час в жизни Кутузова. Он только что повышен в чине. За Бородинское сражение Кутузов удостоен фельдмаршала. Ему, как главнокомандующему, как фельдмаршалу, — главное слово: дать или не дать бой.

Рвутся в новый бой генералы. Солдаты за новый бой. Что же решить Кутузову?

Сед, умудрен в военных делах Кутузов. Новый бой — окончательный бой. Ой как много военного риска. Тут мерь-перемерь, потом только режь.

Поднялся фельдмаршал с дубового кресла. Посмотрел на образа, на лампаду, глянул в оконце на клок сероватого неба, глянул себе под ноги.

Ждут генералы. Россия ждет.

— С потерей Москвы, — тихо начал Кутузов, — еще не потеряна Россия… Но коль уничтожится армия, погибли Москва и Россия.

— Какой стыд для русских — покинуть столицу без боя! — вскочил генерал Дохтуров.

— Властью, данной мне государем и отечеством, повелеваю… повелеваю, — вновь повторил Кутузов, — отступление…

2
Перейти на страницу:
Мир литературы