Андрос, или Нештатная посадка на планету в системе Р3Е (СИ) - "Ruslan-der" - Страница 7

Лесь слабо улыбнулся, и в его улыбке были и самоирония, и грусть, и горечь.

— …Хочется сделать что-то невиданное, немыслимое, извращенное. Например, провести ритуал приветствия Гесиода для настоящего, живого землянина!

Парень опять осторожно взглянул на меня.

— Зря я говорю все это… Проклятая андросская прямота! Я просто не знаю, как быть с тобой честным и одновременно выражать мысли так, чтобы они тебя не обижали…

— Совсем я не обижаюсь, — буркнул я.

— Было бы настолько проще сказать тебе, что я тебя люблю… Или хотя бы влюблен… Но…

Парень снова вздохнул.

— …но правда именно такова. Прости.

Он был так прекрасен в своей наивной, девственной честности! Передо мной стоял удивительно притягательный парень, и весь его вид выражал желание, стыд и смущение… Я смотрел на него и чувствовал, что в моей душе появляется какое-то новое чувство, теплое, мягкое, нежное. Впервые мне захотелось обнять Леся не потому, что я жаждал почувствовать его тело, а потому, что я ощущал душевную тягу к нему.

— Лесь! — пробормотал я. — Ты…

Ему не были нужны слова.

— Я знал, что ты поймешь, — сказал парень совсем тихо. — Спасибо.

Потом он повернулся ко мне спиной, и я увидел его ягодицы, спину, ноги… И опять меня охватило мучительное ощущение непреодолимого желания. Вытянутое тонкое тело, спина с проступающими лопатками и позвонками, узкий таз, твердые бедра, выпуклые ягодицы с ямками по бокам…

Я коротко застонал. Слишком громко, слишком явно. Это было невыносимо! Смотреть на это совершенное тело и не иметь возможности даже притронуться к нему!

Лесь стоял ровно, спокойно, не пытаясь как-то двигаться, что-то изображать. Просто стоял. Это продлилось несколько мгновений, а потом он вновь повернулся ко мне передом.

— Ну вот и все, что я могу сделать во время ритуала… — сказал он.

========== Ритуал ==========

— А я…? Я могу для тебя раздеться?

Лесь взглянул на меня с выражением удивления на лице. Его член дернулся от пробежавшей по нему волны сокращений.

Я поднялся. Так красиво, как это сделал Лесь, я, конечно, снять одежду не смогу…

Ну, будет, как будет. Я схватился за футболку и стал ее стаскивать.

— Если раздевается и второй — это уже не ритуал, — сказал Лесь, и я остановился. Прохладный воздух касался моего голого живота. — Это просто двое обнажаются для того, чтобы заняться сексом.

Я отпустил футболку. Расправил ее.

— У тебя красивый живот, — добавил парень с нервным смешком. Его член опять задергался. — Это просто поразительно, как тебе удается быть красивым! Без каких-либо генетических вмешательств! Твои хромосомы сами сложились во все это! Ты такой, потому что сама природа тебя таким сотворила! Ты делаешься старее с каждой прожитой секундой, твой пот имеет запах, тебе по утрам нужно сбривать щетину, ноги и руки у тебя покрыты волосками, зубы неровные… И все же ты красив! Очень красив! Грубой, дикой, первобытной красотой…

Я чуть не поперхнулся от такого комплимента.

— Вообще-то меня постоянно с девушкой сравнивают, — чуть ли не с обидой ответил я. — Меня даже несколько раз били за это. А ты — «грубый»!

— Не сердись… — пробормотал Лесь, и голос его сделался каким-то беспомощным.

Парень был прекрасен. Теперь, когда стемнело еще больше, гигантский диск Гесиода оттенял его силуэт особенно контрастно.

— Можно я тебя поцелую? — спросил я, делая шаг вперед.

Он отшатнулся.

— Нет! И не приближайся!

— Я к тебе не прикоснусь! Даже одеждой! Только поцелую!

Я сделал второй шаг.

— Я голый, — мрачно пробормотал Лесь, отступая. — Поцелуем точно не ограничится. Так что у меня есть только один выход — прыгнуть с уступа.

Я остановился.

— Обещаешь остановить кровотечение и вызвать скорую? Только в сознание не приводи — пока скорая будет ехать, сможешь меня… э-э-э… трахнуть. Правильное слово?

Я поспешно попятился.

Лесь подобрал с травы трусы, чтобы надеть.

— Слушай, — сказал я, — мне ведь нельзя тебя раздевать?

Парень поднял голову, передернул плечами.

— И подходить к тебе, пока ты нагой.

— Нет, нельзя.

— А одеть тебя я могу? Это ведь не сексуальное приставание. Какое приставание, когда одеваешь, а не раздеваешь! Клянусь, я к тебе не прикоснусь!

Член Леся опять дернулся. Парень молча всматривался в мое лицо. Я, помня про уступ, боялся пошевелиться.

Потом Лесь едва заметно кивнул.

Я, еще не веря, сделал шаг к нему. Он продолжал стоять, настороженно глядя на меня, но не двигался. Я сделал еще один шаг, потом еще и опустился на колени.

Прямо перед моими глазами, в каких-то сантиметрах, торчал вертикально вверх гладкий член Леся. От тела струилось тепло, это тепло касалось моего лица…

Я уловил легкий запах, исходивший от пениса парня. Этот запах показался мне удивительно приятным и возбуждающим. Я немного пригнулся вперед и с силой втянул воздух ноздрями. Запах был несомненно мужской, похожий на мой собственный, но явно смягченный, модифицированный, ставший похожим на запах какого-то экзотического цветка…

Я вдруг подумал, что вообще Лесь, весь Лесь, похож на цветок. Все андросцы похожи на цветки. Тонкие, как стебельки. Мягкие, будто листики под порывами летнего ветерка. Красивые, как лепестки…

Парень протянул мне свои трусы. Я покачал головой и подобрал носок. Расправил его и надел на ступню Леся. Тот немного приподнял ногу, чтобы мне было легче. Потом я проделал то же с другим носком.

Голени у Леся были тонкими и стройными. Гладкая кожа без единого волоска поблескивала в свете Гесиода загаром.

Парень сдвинул ноги, и мне в очередной раз стало видно, какие острые у него коленки. Почти как у мальчишки-сорванца из младших классов.

Потом я подобрал с травы футболку и поднялся.

— Интересный у тебя порядок одевания, — хмыкнул Лесь, но было видно, как трудно ему дается эта ирония.

Он приподнял свои тонкие руки. Точно — в подмышках ни единого волоска!

Я всунул эти руки в рукава футболки. Потом продел голову в отверстие и застыл.

— Можно я тебя?…

— Нет, Артем, — серьезно ответил Лесь. — Пожалуйста, не целуй меня сейчас.

Он дышал часто и тяжело.

Я посмотрел на ребристую грудь, на точечки сосочков, на плоский живот. Почему мне это все так нравится? И грудь, и живот Леся ведь так сильно отличаются от того, что видишь у девушек!

Я отпустил футболку, и она расправилась по притягательному торсу, скрыв его от меня.

Оставалось только два предмета одежды, и я с сожалением взял в руки трусы. Я настолько привык к тому, что Лесь ведет себя как совершенно нормальный парень, а не какой-нибудь гомик, что от неожиданности даже слегка опешил — трусы у него были из какой-то тоненькой гладкой ткани. На ощупь — паутинка, только плотная.

— На Андросе не растет хлопок, — тут же откликнулся Лесь, — поэтому все хлопковое стоит довольно дорого. Я не ожидал, что сегодня буду перед кем-либо раздеваться. Извини. Надел обычные трусы, из дешевого крента.

Мне стало стыдно. Я взглянул на Леся, но он улыбался.

Я опустился на колени и опять оказался в каком-то полушаге от его вертикально стоящего члена. Тот дернулся, и мешочек мошонки с яичками дернулся тоже. Выглядело это так сексуально!

Я вдруг понял, почему геи любят целовать члены своих партнеров. Пусть меня стошнит, но я должен, обязательно должен поцеловать этот…

— Не вздумай! — тут же раздался голос сверху. — Ты обещал!

Очень надо!

И тут же понял, что отдал бы все, буквально все, чтобы получить возможность на самом деле прикоснуться губами к зависшему передо мной стволу.

— Ты обещал! — повторил Лесь.

Я стал расправлять трусы и почувствовал, что завернутые внутрь участки ткани хранят еще тепло тела Леся. Поразительно, эта материя касалась его члена, мошонки, ягодиц… А я не могу…

Парень поочередно приподнял ноги, и я продел их в отверстия, потянул трусы вверх и с физическим ощущением потери прикрыл все то, что притягивало меня так сильно, — мошонку, член, кустик курчавых лобковых волосков.