Выбери любимый жанр

Первомайка - Зарипов Альберт Маратович - Страница 4


Изменить размер шрифта:

4

Люди с ужасом смотрели, как живой факел с криком бросался в разные стороны, пока не упал на землю и не затих навсегда.

Один из спешивших в свой РОВД дагестанских милиционеров был ранен несколькими выстрелами в упор из проезжавшего навстречу легкового автомобиля. Машина пронеслась дальше, а из стоявшего рядом дома через несколько минут выглянул хозяин-старик. Увидав лежащего на земле милиционера, старый дагестанец подбежал к нему и стал оттаскивать к своим воротам. До них оставалось несколько метров, когда по обоим был открыт огонь из автоматов. Доехав до окраины, автомобиль развернулся обратно и через несколько минут притормозил. Сидевшие в нем боевики выпустили несколько очередей по хозяину дома и милиционеру. У старика были перебиты обе ноги, а раненый получил еще несколько пуль в живот и грудь.

Последние раны оказались для милиционера крайне тяжелыми…

Смертельно раненый милиционер был еще жив, когда его принесли в свой родной дом.

На какое-то время он пришел в сознание и попытался успокоить плачущих отца, мать, жену и детей:

– Ну, что же вы… Не надо плакать… Видите – я живой и скоро поправлюсь Не надо…

Но эти слова оказались для него последними. Так как в это раннее утро жителей города на улицах было мало, то боевики стали врываться в дома и квартиры кизлярцев и выгонять их наружу. Те, кто отказался подчиниться, были расстреляны прямо на глазах остальных членов семьи. Если хозяева отказывались открыть дверь незваным гостям – радуевцы стреляли через дверь, выбивая замки и убивая стоящих за ней людей…

Когда весь отряд сосредоточился в здании горбольницы и роддома, Салман Радуев выдвинул ультиматум российским властям: – прекращение боевых действий в Чечне; – вывод всех российских войск с территории Ичкерии; – предоставление его отряду и заложникам автобусов для беспрепятственного проезда в Чечню; – освобождение всех заложников после того, как будут выполнены его условия и его отряд прибудет в Ичкерию.

Но руководство России еще слишком хорошо помнило буденновскую трагедию, а особенно последовавшие затем отставки силовых министров. Позволить Радуеву еще раз утереть себе нос оно не могло. По этим причинам официальные власти судорожно искали другие варианты разрешения сложившейся ситуации.

А пока власти медлили с ответом, радуевские боевики укрепляли оборону в зданиях и устанавливали мины и фугасы на случай штурма. Некоторые взрывные устройства в управляемом варианте размещались прямо среди заложников. Взрывные сети и устройства ловко и быстро собирал и устанавливал подрывник-белорус, который был единственным в отряде Радуева наемником-славянином. Черноволосые и смуглые дагестанцы с ужасом смотрели на русую голову и открытое лицо белорусского парня, который, не обращая на них никакого внимания, продолжал выполнять привычную работу подрывника и размещал аккуратно собранные фугасы среди беззащитных кизлярцев.

Кроме этих мер радуевцы пытались провести свою агитационную кампанию. В здание больницы было допущено несколько тележурналистов, которые засняли сидевших в палатах испуганных больных и медперсонал.

Перед объективами телекамер командир чеченского отряда Салман Радуев тоже старался убедить общественность в том, что главной задачей его рейда было не захват городской больницы, а нападение на российский военный аэродром, расположенный вблизи Кизляра. По его словам, российские спецслужбы сами спровоцировали его на это нападение, подкинув ему информацию о якобы предстоящей доставке крупной партии оружия на этот аэродром. Говорил он и о неспособности государственных структур обеспечить безопасность своих же граждан:

– Все это – специально спланированная спецслужбами России специальная вылазка была для того, чтобы стравить наши народы. Мы приблизились к этой вертолетной базе на восьми еденицах автотранспорта. Почему-то мы незамеченными прошли все… всю границу Чеченской Республики… Восемь единиц нашей броне… наших машин никто не заметил. Хотя навстречу нам стоял несколько тысяч вооруженных милиционеров… Сам Ельцин это подтвердил. Потом мы выходим на территорию Дагестана – опять нас не замечают. Раз думают, что это наши уловки – мы идем…

Центральный блокпост проезжаем города Кизляра – опять не замечают… Мост через реку проезжаем – никто не замечает… Мы поэтому решили, что у нас Всевышним Аллахом… нам помогает он, и нанесли удар по этой вертолетной базе…

В операционной на столе лежал тяжело раненный утром боевик. Он был без сознания и, казалось, не замечал стоявших вокруг него людей. Чеченец с видеокамерой, уже успевший заснять его, продолжал снимать стоящих рядом медсестер и врачей, с трудом выговаривая гортанным голосом русские слова:

– Вот. Посмотрите на него. Он пришел сюда не чтобы убивать вас. Он пришел защитить свою землю. В Чечне он оставил таких, как вы, жен, матерей, сестер. Но он оставил их в могилах – российские самолеты камня на камне не оставили…

Если Аллах захочет, иншалла, – он будет жить. Если нет, то он станет шехидом…

Но он умрет за свой землю…

Пожилая медсестра-дагестанка попыталась что-то сказать, но ее жестом остановили и после того, как видеокамера взяла ее крупным планом, дали сказать и ей:

– Ми все били против войны. Простому народу война не нужна. Ми сколько вам помогали гуманитарной по…

Ее сбивчивую речь прервал оператор:

– Может бить, вы против войны. Сколько авиации и российских солдат пришло в Чечню, а сколько пришло с земли Дагестана? А дагестанские народы еще не узнали, что такое война. Теперь вы почувствуете это…

Стоявший рядом с ним молчаливый боевик что-то сказал ему по-своему, а затем медперсоналу, показав на раненого:

– Теперь помогите ему.

Медсестры и врачи тут же принялись за свою привычную работу. Кто-то начал давать указания операционным медсестрам, которые стали готовить инструмент, капельницы, бинты.

В общей суматохе пожилая русская медсестра недовольно буркнула себе под нос:

– Позасрали тут… Грязи-то…

Для нее было, наверное, дико видеть в стерильной операционной столько людей без сменной обуви… Но боевики не услыхали ее слов…

К больнице были стянуты наши войска, в основном внутренние, и дагестанская милиция. В небе кружило несколько вертолетов. Изредка боевики выпускали из окон больницы по нескольку выстрелов.

Руководство Дагестана направило к Салману Радуеву своих парламентеров, которые гарантировали беспрепятственный и безопасный проезд всему отряду боевиков в обмен на немедленное освобождение захваченных дагестанцев после пересечения административной границы с Чечней. Свои личные гарантии письменно дал Председатель Госсовета Дагестана. Оставалось решить чисто технические вопросы по выбору маршрута передвижения, предоставления автобусов, обеспечения милицейского сопровождения на всем пути следования колонны…

Все ждали… А в это время в Москве решалась судьба боевиков и заложников. В ходе телефонного разговора с Президентом России министр внутренних дел Куликов доложил, что кизлярская больница окружена спецподразделениями подчиненного ему ведомства, и ждал дальнейших указаний. Выслушав предложенные варианты, Президент приказал ни в коем случае не выпускать террористов с территории Дагестана и провести спецоперацию по освобождению заложников в тот момент, когда отряд Салмана Радуева вместе с захваченными кизлярцами будет выдвигаться к дагестано-чеченской границе на предоставленных автобусах.

– Вы же показывали мне на учениях, как ваши спецподразделения освобождают заложников, находящихся в автобусах с террористами. Вот и действуйте! – завершил беседу глава нашего государства.

Министр ответил, что соответствующие приказы будут немедленно направлены Командующему внутренними войсками и Командующему объединенной войсковой группировкой в Чеченской Республике.

Как и следовало ожидать, специальные силы внутренних войск были стянуты в Кизляр только для штурма городской больницы, а для штурма колонны автобусов с боевиками и заложниками можно было направить подразделения из объединенной войсковой группировки в Чеченской Республике, куда входят не только части МВД, но и полки и батальоны из Министерства обороны Российской Федерации.

4
Перейти на страницу:
Мир литературы