Выбери любимый жанр

Щит и меч «майора Зорича» - Терещенко Анатолий Степанович - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

Его группа, переросшая в отряд, наряду с другими партизанскими отрядами и соединениями оказывала постоянную помощь словацким повстанцам в ходе проведения Словацкого национального восстания. Под непосредственным руководством Святогорова-Зорича был профессионально спланирован и удачно проведен ряд диверсий против гитлеровских карательных отрядов. Ликвидирован не один десяток высокопоставленных гитлеровцев, освобождены из фашистских застенков некоторые лидеры народного сопротивления Чехословакии — в частности, Вильям Широкий и Юлиус Дюриш.

При подготовке и проведении спецопераций на территории Словакии и Чехии Александр Святогоров познакомился и работал с такими местными антифашистами, как Климент Готвальд, Людвиг Свобода, Вилко Широкий, Густав Гусак и др.

Кроме того, после неудавшейся попытки легендарного разведчика из партизанского отряда Д.Н. Медведева «Победители» — Николая Ивановича Кузнецова, действовавшего в Ровно под кличкой обер-лейтенанта Пауля Зиберта, — ликвидировать рейхскомиссара Украины и гауляйтера Восточной Пруссии Эриха Коха эту задачу руководство НКГБ поставило группе майора Зорича.

Несмотря на то что палач скрывался, всячески заметая следы своего пребывания в том или ином районе Польши, разведчики в конце концов выследили его точное место нахождения и запланировали похищение или ликвидацию любимца Гитлера.

Один из агентов Зорича, польский патриот — ксендз заложил взрывчатку в подвале краковского замка Вавель — как раз под кабинетом бывшего рейхскомиссара Украины. Но подвело предательство другого негласного сотрудника. Именно он сообщил Коху о готовящемся на него покушении, и трусливый палач вовремя скрылся.

За голову майора Зорича в разное время фашисты давали от 150 до 500 тысяч крон. К нему в отряд под названием «Зарубежные» немцы не раз засылали террористов с целью ликвидации бесстрашного советского офицера-чекиста. Но все их планы заканчивались провалами — разоблачением лазутчиков: перевербовкой оступившихся или ликвидацией кровавых пособников фашистов.

Автору несколько раз доводилось слышать Святогорова во время выступлений перед разными аудиториями слушателей. А в день 90-летия со дня образования органов ВЧК — КГБ ему удалось встретиться в Киеве со старшим сыном героя Леонидом Александровичем Святогоровым. Сын очень похож на отца. Кстати, он — майор Зорич — один из прототипов собирательного героя фильма «Щит и меч» Иоганна Вайса — Александра Белова, которого профессионально и правдиво сыграл Станислав Любшин.

Вся его деятельность была, к сожалению, забыта — на полстолетия появился настоящий провал в памяти у советско-украинских властей. Создавалось впечатление, что о нем неудобно вспоминать. Почему?

— А чем занимался отец после разгрома немцев? — спросил автор этого повествования у Леонида.

Был на дипломатической работе. Дело в том, что после 1945 года, поскольку он воевал в Словакии и знал язык, его после стажировки в МИДе посылали в качестве вице-консула в Братиславу. Вскоре по откомандировании своего начальника в Москву отец возглавил консульство.

В феврале 1948 года руководство органов госбезопасности СССР направляет его в Берлин. Он действовал там как разведчик под крышей «невозвращенца». Он даже работал по Керенскому, но это отдельная тема.

Леонид Александрович в ходе рабочих встреч передал автору книги почти весь собранный материал и много эксклюзивных фотодокументов из разных этапов жизни и деятельности отца.

Бегло просматривая их, автор вспомнил старую притчу о путнике, узревшем возле дороги трех каменотёсов.

— Что ты делаешь? — спросил он первого.

— Обтёсываю камни.

— А ты? — обратился он ко второму.

— Зарабатываю себе на жизнь.

— Ну а ты? — задал он вопрос третьему.

— Я строю храм, — гордо ответил рабочий.

Такие, как Зорич, расчищали нашу землю от нацистской скверны, чтобы затем выстроить на ней Храм Духа. Но получился ли он у нас сегодня? Думаю, пока нет, и фронтовикам обидно за это.

Как говорится, из одного шелка шьют простыни для куртизанок-шпионок и парашюты для разведчиков. Так вот те, кто прыгал с парашютом ради возведения Храма, и есть настоящие герои Отечества.

И вот что мне подумалось: человек выстроил свой храм на войне из благородных и мужественных поступков. И жизнь могла оборваться в любую минуту. Но даже если бы это случилось, осталась бы память у людей о доблести этого человека, его конкретных делах в борьбе с озверелым врагом, посягнувшим на захват родной земли, на разрушение родного дома, на истребление соплеменников.

Память хранит всё, что совершил человек. Пока жива память — человек с нами. Место среди людей всегда дорого стоило.

Переданные материалы — это и есть благодарная память о человеческом достоинстве, и их нечего «секретить» или «забывать». Таким материалам не место в архивной пыли. Только на примерах героев из прошлого могут появиться герои в будущем. О том, что знал автор о Зориче и что рассказал ему сын известного чекиста-разведчика, и пойдет речь в данной книге. Она посвящена герою, который заслужил своим ратным трудом, чтобы писать его с заглавной буквы. Герой заслужил Героя страны, которой, к сожалению, сегодня уже не существует.

Глава 1. ПУТЬ В РАЗВЕДКУ

Александр Пантелеймонович Святогоров — герой нашего повествования — родился в холодный зимний месяц накануне Первой мировой войны — 15 декабря 1913 года в Харькове, будущей столице советской Украины, четвертым ребенком в рабочей семье. Словосочетание «рабочая семья» писали с удовольствием в своих анкетах комсомольцы тридцатых годов. То было интересное время государственного переустройства в экономике: создания коллективных хозяйств и индустриализации страны. Сегодняшние писатели, журналисты и некоторые политики, правда, подвергают критике эти события, но у истории нет сослагательного наклонения. Мы его можем только оценивать с позиций сегодняшнего дня и нередко ошибаемся. Нужно помнить, какая Россия осталась после страшных мясорубок Первой мировой войны, революционных событий и гражданской бойни. Выжить страна могла только с применением такого волевого пути. Но автор солидарен с теми, кто отвергает репрессивные методы, считая их средневековьем.

Репрессии (лат. repressio — подавление, угнетение) были карательными мерами, наказаниями, применяемыми государственными органами и самим государством. Они применялись, исходя из политических мотивов, в различных формах: лишение свободы, помещение на принудительное лечение в психиатрические учреждения, высылка, ссылка, лишение гражданства, привлечение к принудительному труду, лишение или ограничение прав и свобод лиц, которые были признаны социально опасными или неблагонадежными по классовым, социальным, национальным, религиозным или иным признакам, а также лишение жизни путем казни.

В одном из интервью В.В. Путин признался:

«Все мы хорошо знаем, что 1937 год хоть и считается пиком репрессий, этот год был хорошо подготовлен предыдущими годами жестокости — достаточно вспомнить расстрелы заложников в годы Гражданской войны, уничтожение целых сословий, духовенства, раскулачивание крестьян, уничтожение казачества. Такие трагедии повторялись в истории человечества не однажды. Это случалось тогда, когда привлекательные на первый взгляд, но пустые идеалы ставились выше основной ценности, ценности человеческой жизни, прав и свобод человека…

Уничтожены были и сосланы в лагеря, расстреляны, замучены сотни тысяч, миллионы человек. Причем это были люди со своим собственным мнением, люди, которые не боялись его высказывать. Это цвет нации. И мы, конечно, долгие годы, до сих пор ощущали эту трагедию на себе».

Но вернемся к тому времени.

Его называют Временем воспитания человека в коллективе и через коллектив. Рабочие и крестьяне, учителя и инженеры — труженики были в почете. Страна, которая нуждалась в грамотных специалистах, звенела от песен и гудела от маршей. Плакаты призывали: «Молодежь, на самолеты!», «Молодежь, осваивай паровозы!», «Молодежь, учись!», «В знаниях — сила!» и т. д.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы