Выбери любимый жанр

Хомяки, или О судьбе с розовыми пальцами - Мейстер Максим - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

– А где вы живете? – спросил Арнольд Яковлевич и услышав ответ, с удивлением заметил: – Это же в двух кварталах от моего дома?!

– Правда?! – обрадовался молодой человек.

– Да. И на дорогу не должно уходить больше полутора, в крайнем случае, двух часов… Сейчас я вам расскажу оптимальный маршрут. Где садиться, где пересаживаться, в какое время выходить, чтобы не ждать автобуса… – Арнольд Яковлевич быстро набросал на листке бумаги схему и ключевые точки оптимального, выверенного за тридцать лет, маршрута.

– Вот вам, пользуйтесь! – профессор протянул ассистенту листок. – Из нашего района быстрее пути нет. Только на самолете. Проверено. И просьба на работу не опаздывать, договорились? Скорее всего, мы с вами будем встречаться утром на остановке…

– Спасибо… – молодой человек спрятал в карман сложенный вчетверо лист. – Когда я могу приступить к работе?

– Ну, для начала неплохо бы представиться…

– Ой, простите! Меня зовут Андрей Викторович… Просто Андрей…

– Вот что, Андрюша, – перебил профессор. – Работа у тебя будет несложная, но ответственная. Сбор статистических данных и поддержание объектов исследования в функционирующем состоянии… Анализ данных я провожу сам, но постепенно буду вводить в курс дела и тебя.

– А что за данные?

– Наша лаборатория занимается исследованием инстинктивной адаптируемости в искусственной среде, изучением скорости реакции на изменения, определением предела адаптируемости. А также выяснением восприятия адекватности затраченных усилий и полученного результата на примере примитивных систем. Разумеется, главная сложность работы – это анализ данных и попытки интерполяции результатов на более сложно организованные системы. Но тебя все это касаться пока не будет. Я этим занимаюсь уже десять лет, и тебе вряд ли быстро удастся понять все тонкости наших исследований… Но, я думаю, мы сработаемся… Зарплата неплохая. Выплачивают почти вовремя. Со временем под моим руководством напишешь и защитишь докторскую, а там дела пойдут…

– Спасибо! – улыбнулся Андрей. – А в чем конкретно будет заключаться моя работа?

– Я же сказал, в сборе и фиксировании статистических данных… В этой лаборатории все наше хозяйство… Вот здесь, с краю – клетки с крысами. Это наш исследовательский материал.

Профессор подвел Андрея к клеткам и открыл одну из них.

– Какие же это крысы? – удивился Андрей. – Это же хомячки! Я в детстве таких держал… Рыженькие…

– Крысы, хомяки… Какая разница?! – отмахнулся Арнольд Яковлевич. – Для нас это объект исследования. Примитивные системы, на основе инстинктивно-рефлекторной деятельности которых я делаю свои интерполяционные выводы… Конечно, я предпочел бы работать не с крысами, но это потребовало бы больших денежных вложений и замены всего инвентаря… Разумеется, денег нам никто не даст!

Профессор крайне разгорячился, однако Андрей весело постучал пальцем по стеклу клетки. Симпатичный упитанный хомячок в ответ зашевелил усиками, старательно принюхиваясь.

– А он что, один в клетке живет? – удивился Андрей.

– Да. Все наши хомяки живут отдельно. Не только самки от самцов, как обычно. Но и каждый самец отдельно. Они встречаются только в лабиринте…

– В лабиринте? – Андрей оглянулся и посмотрел на сооружение, занимавшее весь центр лаборатории. – Вон там?

– Да, – профессор шагнул от клеток к лабиринту. – Это моя гордость. Не один год я потратил, чтобы продумать и соорудить сию махину!

Профессор любовно похлопал лабиринт по прозрачному верху.

Андрей шагнул вслед за профессором и внимательнее присмотрелся к массивному устройству.

Лабиринт занимал весь центр большой лаборатории, в некоторых местах оставляя всего метр свободного пространства между собой и стеной. Правда, голых стен в лаборатории не было. Вокруг лабиринта, через какие-то метр-полтора, располагались шкафы, стеллажи с клетками, с книгами и папками, прозрачные шкафы с бутылями и бутылочками… На подоконнике стоял заросший водорослями аквариум и большой сосуд с почти стершейся химической формулой и корявым рукописным предупреждением «Осторожно! Конц. кислота!».

Лабиринт был огромным. Где-то три на четыре метра. Снизу он был сделан из непрозрачной пластмассы, а сверху – из прозрачной, очень похожей на обычное стекло.

Андрей принялся внимательно разглядывать внутреннее устройство лабиринта. Чего там только не было! Извилистые тоннели переплетались, образуя причудливый узор. Тут и там располагались подъемы и спуски, хитрые дверцы и ловушки…

Лабиринт имел много входов… или выходов. Вокруг каждого было пристроено по прозрачной клетке-кубу с дверцей. В каких-то из кубов стояли кормушки, поилки, разные непонятные устройства… Половина кубов была пустой…

– Впечатляет! – сказал Андрей.

– Это еще что! – гордо ответил профессор. – Посмотри вон туда! Вот это действительно впечатляет. Такой объем работы!

Арнольд Яковлевич указал на противоположную стену, целиком занятую под стеллажи с папками.

– Это ежедневные статистические данные нашей работы за десять лет! Там все: возраст, время прохождения, способности к преодолению препятствий, время адаптируемости к новым преградам, предпочтения… пища-самка… Все!

– А анализ данных тоже? – заинтересовано спросил Андрей. – Я бы хотел посмотреть выводы, чтобы быстрее войти в курс дела и лучше понять смысл работы…

– Нет, работу по систематике, анализу и прочему я веду у себя в кабинете. Следовательно, соответствующие документы тоже там… Но это тебе еще не скоро понадобится, я думаю… Пока держи вот эту инструкцию. Здесь подробно, вплоть до мелочей, расписаны твои обязанности. Внимательно изучишь после обеда, а я пока кратко опишу все на словах, договорились?

– Да, конечно… – Андрей засунул пухлую папку с инструкциями подмышку и приготовился слушать.

– Значит, так, – начал профессор. – Первым делом, как приходишь на работу, тебе следует включить в лаборатории свет. Тем самым ты будишь наших подопытных крыс. Для них начинается день: лампочки в клетках включаются одновременно с лампами дневного света в лаборатории… Затем берешь у меня со стола листок, который содержит список ежедневных изменений. Я этот листок готовлю накануне. Он может не меняться несколько дней, но все равно твоя главная задача – ничего не перепутать! В листке будет указано, какую крысу из какой клетки в какой стартовый куб посадить. Также в листке будут указаны изменения препятствий. Видишь, каждый вход, дверца, ловушка, да и вообще все, что есть в лабиринте, – пронумеровано?…

Андрей кивнул. Хотя он только сейчас заметил, что в некоторых местах на лабиринте были наклеены не слишком аккуратно отрезанные кусочки лейкопластыря с надписями.

– С помощью кодов, нанесенных на лабиринте и подробной инструкции, которую я тебе дал, ты сможешь управлять внутренним устройством лабиринта. Менять его, корректировать. Одним словом, твоя задача: максимально точно следовать ежедневному листку с изменениями. Данные, которые необходимо будет фиксировать, описаны в подробной инструкции…

Профессор внезапно замолчал и исчез в соседнем кабинете. Через минуту появился, держа в руках исписанный альбомный лист.

– На примере все лучше усваивается, – сказал Арнольд Яковлевич. – Держи. И попробуй с ходу выполнять…

Андрей уставился на лист, испещренный знаками, цифрами и редкими надписями.

– Этот значок означает «клетка», а этот – «куб»? – наконец решил спросить Андрей, указывая на решетку и треугольник, рядом с которыми было проставлено по цифре.

– Молодец! – одобрительно улыбнулся профессор.

– Хорошо! – отозвался Андрей, довольный, что его догадка оказалась верна. Он воодушевленно подошел к клеткам. – Значит, из клетки номер «три» взять хомяка и поместить в куб номер «пять»…

Андрей открыл помеченную все тем же лейкопластырем дверцу и нерешительно заглянул внутрь. Из-за стекла на него смотрели две черные бусинки хомяковых глаз.

– Не кусаются? – с опаской спросил Андрей.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы