Выбери любимый жанр

Роковой имидж (Серая мышка) - Браун Сандра - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

– Мне и так хорошо, Руби.

Миссис Бейли настаивала, чтобы к ней обращались по имени, это помогало ей забыть о своем возрасте.

– Как красиво вы сервировали стол!

– Спасибо, – ответила Руби и тут же огорченно вздохнула: на рукаве платья собеседницы темнело засохшее пятно краски. – Кстати, у вас еще есть время переодеться.

– А разве так важно, что на мне надето?

– Да в общем-то нет, – с грустным видом пожав плечами, смирилась Руби. – В любом случае вы надели бы что-нибудь такое же мешковатое и ничуть вас не украшающее. Я бы и хоронить себя не позволила в подобном наряде, а я ведь старше вас лет на тридцать. Я уверена, мисс Рэмси, что стоит вам хоть чуть-чуть постараться, и вы станете настоящей красавицей. – Руби никогда не обращалась к Рэне, как и к остальным постояльцам, по имени.

– Мне все равно, как я выгляжу. Лишенные элегантности туфли на плоской подошве; бесформенное платье; тяжелые, безжизненно свисающие пряди волос; огромные круглые очки, уродующие худое лицо девушки, – зрелище это навевало на миссис Бейли тоску.

– Вы уже познакомились с Трентом? – сдержавшись, спросила Руби.

– Да, я встретила его наверху.

В карих глазах Руби блеснул озорной огонек.

– Он очень милый мальчик, не правда ли?

– Честно говоря, я не думала, что он такой… молодой.

«Молодой и слишком привлекательный для того, чтобы жить с ним под одной крышей, – добавила Рэна про себя. – Только бы он меня не узнал!»

– Мне кажется, вы говорили, что новый постоялец – ваш родственник?

– Племянник, дорогая, племянник. Он всегда был моим любимчиком. Сестра его ужасно баловала, и я, конечно, ее за это ругала. Но она, как и все остальные, ничего не могла с собой поделать. Перед этим ангелочком еще тогда не могла устоять ни одна женщина. Когда он позвонил и сказал, что ему необходим приют на ближайшие три недели, я поворчала немного, намекнула, что мне это жутко неудобно, но на самом деле очень обрадовалась. Как хорошо, что он приехал!

– Так он здесь всего на три недели?

– Да, потом он уедет обратно в Хьюстон. «Несомненно, он разводится, – мелькнула мысль у Рэны. – Этому племянничку Руби наверняка нужно место, где можно отсидеться, пока не завершится бракоразводный процесс».

Конечно, пусть старушка думает, что этот Трент – ангел небесный, но Рэна с первого взгляда поняла, кто скрывается за маской мистера Обаяние, – нахальный, самонадеянный бездельник. Ей меньше всего хотелось, чтобы их пути пересеклись. Что ж, такой мужчина, как Трент Гемблин, вряд ли станет обращать внимание на бесцветную, дурно одетую мисс Рэмси.

– Боже, как вкусно пахнет!

Бархатный мужской голос заставил девушку вздрогнуть, а тут и сам Трент появился из-за портьеры, закрывающей дверной проем. От его уверенных шагов жалобно заскрипели деревянные половицы, зазвенели стеклянные безделушки и посуда. Загорелые сильные руки – с такими можно было бы смело идти в натурщики к самому Микеланджело – легли на плечи Руби.

– Тетушка, а чем вы нас накормите? – нежно проворковал Трент.

– Отпусти меня, медведь, – притворно возмутилась Руби, выпархивая из его стальных рук. Однако ей не удалось скрыть радости от появления любимого племянника: щеки зарумянились, глаза засветились. – Садись и веди себя прилично. Надеюсь, ты помыл руки?

– Конечно, тетушка, – послушно ответил Трент, едва заметно подмигивая Рэне.

– Будь хорошим мальчиком, и я разрешу тебе сидеть во главе стола. Мисс Рэмси нальет тебе рюмочку хереса, если ты вежливо попросишь ее об этом. Простите, но я должна ненадолго вас покинуть – пора подавать горячее.

Трент обернулся и, улыбаясь, проводил глазами ее хрупкую фигурку, облаченную в нечто голубое и шуршащее.

– Чудесная у меня тетушка, а?

– Да, согласна с вами. Я ее обожаю.

– Она пережила трех мужей и похоронила дочь, но никому из них не удалось с ней справиться. – Трент покачал головой, словно недоумевая, как у нее это получается, и одновременно восхищаясь ею. – Где вы обычно сидите?

Рэна подошла к привычному месту, но не успела она взяться за спинку стула, как Трент подлетел к ней из другого конца комнаты и с грацией истинного кавалера отодвинул стул.

Рэну приятно поразило, что Трент оказался намного выше ростом, чем она. Она всегда считала себя высокой, но даже если бы она была в туфлях на шпильках, ей все равно пришлось бы смотреть на него приподняв голову.

Наконец Рэна опустилась на стул из розового дерева с изящной, как лира, спинкой, а Трент занял место во главе стола.

– Вы давно здесь?

– Полгода.

– А до этого где жили?

– В восточной части Штатов.

– Я бы не сказал, что у вас техасский выговор. – Трент широко улыбнулся. Рэна не смогла удержаться от смеха.

– Да, вы правы.

Чтобы не смотреть на собеседника, Рэна сделала вид, что занята изучением причудливого узора на серебряной ложке.

– Вы были знакомы с постояльцем, который занимал мою комнату до меня?

– Вы имеете в виду предыдущего гостя?

– Гостя?

– Дело в том, что Руби называет нас гостями, поскольку слово «постоялец» ей кажется слишком официальным.

– А, понятно. – Небрежно расстегнутый воротник рубашки открывал взору загорелую мускулистую шею.

При виде темного треугольника кудрявых волос Рэна почувствовала, как ее охватывает приятное чувство невесомости.

– Вы познакомите меня с распорядком дня? Когда у нас отбой? – снова обратился к ней Трент.

«Ну вот, опять он за свое», – раздраженно подумала Рэна. Она знала многих мужчин, которые в отношениях с женщинами всегда упорно гнули свою линию, и надо сказать, у некоторых это получалось лучше, чем у ее нынешнего собеседника. Эти игры, в которых мужчина – охотник, а женщина – добыча, казались Рэне утомительными и глупыми. Вызывала возмущение любая попытка втянуть ее в подобное действо.

Неужели Трент Гемблин решил всерьез заняться такой малопривлекательной особой, как мисс Рэмси? Но зачем ему это? Ответ пришел незамедлительно: Рэна была единственной женщиной в этом доме, не считая Руби. Неисправимый ловелас – это первое, что приходило в голову при встрече с таким мужчиной.

– До вас эту комнату занимала вдова, ровесница Руби. Она была нездорова. Когда ей стало хуже, она переехала поближе к своей семье, в Остин, – коротко объяснила Рэна.

Взяв бокал с водой, девушка дала понять, что до прихода хозяйки разговор можно считать завершенным. В комнате неожиданно стало как-то необычно жарко. Рэна не хотела признаться себе, что виной тому – присутствие Трента Гемблина. Наверное, Руби просто забыла отрегулировать кондиционер, мысленно сказала она.

Забыв о просьбе тетушки быть хорошим мальчиком, Трент подпер подбородок рукой и стал, не скрывая интереса, разглядывать мисс Рэмси.

Сколько ей может быть лет? Она не выглядит старой – ей разве что чуть за тридцать. Как странно, что с виду здоровая и явно неглупая женщина подвергает себя добровольному заточению в пансионе тети Руби, каким бы уютным и гостеприимным он ни был. Что послужило причиной такого отчаянного поступка?

Может, семейная драма? Или разбитое сердце? Возможно, ее бросили у алтаря?

В любом случае ее привела сюда какая-то трагедия.

Мисс Рэмси напоминала ему учительницу из школы прошлого века: худое лицо, прямые волосы, которые в мерцании свечей приобретали какой-то волшебный, необычный оттенок. Лишенное изящества серое платье полностью скрывало фигуру мисс Рэмси даже от его опытного глаза. Она не пользовалась косметикой, и Трент отметил нетипичный для рыжеволосых женщин оливковый оттенок кожи. Взглянув внимательнее, Трент понял, что ошибся: волосы у нее были не рыжие, а цвета красного дерева, с красивым матовым блеском.

Ее на удивление изящные руки не переставали вертеть серебряную ложку. Коротко остриженные ногти длинных пальцев не были накрашены. Трент считал себя крупным специалистом в области женских духов, но сейчас не ощущал ни одного из пятидесяти знакомых ему запахов. Слегка затемненные очки не позволяли определить цвет глаз собеседницы, и это его раздражало.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы