Выбери любимый жанр

Пляска на бойне - Блок Лоуренс - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

— Не важно, — сказал он. — До нокаута тут не дойдет.

— Кто тебе больше нравится?

— Тот, черный. Но шансов у него мало. Педро чертовски силен.

Я взглянул в ту сторону, где сидели мужчина с мальчиком.

— Посмотри вон на того типа, — сказал я. — В первом ряду, рядом с мальчишкой. В голубом пиджаке и галстуке в горошек.

— Ну и что?

— По-моему, я его знаю. Только никак не могу припомнить откуда. Он тебе не знаком?

— Никогда в жизни не видел.

— Не могу понять, откуда я его знаю.

— Смахивает на полицейского.

— По-моему, нет, — сказал я. — Тебе вправду так кажется?

— Я не говорю, что он полицейский. Я говорю, что он смахивает на полицейского. Знаешь, на кого он похож? На актера, который играет полицейских. У меня вылетело из головы, как его зовут, но я вспомню.

— На актера, который играет полицейских? Да они все их играют.

— На Джина Хэкмана, — сказал он.

Я еще раз взглянул в ту сторону.

— Хэкман старше, — возразил я. — И худой. Хэкман весь жилистый, а этот поплотнее. И потом, у Хэкмана волос больше, верно?

— Господи Иисусе, — сказал он, — я же не говорил, что это Хэкман. Я только сказал, что он на него похож.

— Если бы это был Хэкман, они бы вытащили его на ринг и заставили поклониться.

— Да у них так плохи дела, что они заставили бы его поклониться, даже будь он Хэкману двоюродным братом.

— Но ты прав, — сказал я. — Он действительно похож.

— Не то чтобы вылитый, конечно, но…

— Нет, сходство есть. Но он не поэтому кажется мне знакомым. Никак не припомню, где я его видел.

— Может быть, на каком-нибудь твоем собрании?

— Возможно.

— Погоди-ка, а он не пиво пьет? Ведь если он из ваших, он не должен бы пить пиво, верно?

— Наверное, нет.

— Но ведь не все из ваших завязывают окончательно, правда?

— Нет, не все.

— Значит, будем надеяться, что в стаканчике у него кока-кола, — сказал он. — А если и пиво, то будем надеяться, что он взял его для мальчишки.

Пятый раунд Домингес выиграл. Многие его сильные удары шли мимо, но один-два попали в цель, и Рашиду пришлось плохо. К концу он оправился, но общая победа в раунде явно осталась за латиносом.

А в шестом раунде Рашид пропустил прямой правый в челюсть и лег.

Это был хороший нокдаун. Зрители повскакали с мест. На счете «пять» Рашид поднялся и стоял, как полагается, до «восьми», а когда рефери дал знак продолжать бой, Домингес кинулся вперед, осыпая Рашида ударами. Тот хотя и пошатывался, но все же показал отличную защиту, ныряя вниз, увертываясь от прямых ударов, выгадывая время в клинче, и держался мужественно. Нокдаун случился в самом начале раунда, но к концу его Рашид все еще был на ногах.

— Еще раунд, и все, — сказал Мик Баллу.

— Нет.

— Да ну?

— Он упустил свой шанс, — сказал я. — Вроде того парня в прошлом бою, как там его звали? Ирландца.

— Ирландца? Какого ирландца?

— Маккэна.

— А-а! Того чернокожего ирландца? По-твоему, Домингес тоже из тех, кто не умеет поставить точку?

— Уметь-то он умеет, только у него пороху не хватило. Слишком много прямых ударов. Они очень выматывают, особенно когда промахиваешься. По-моему, этот раунд обошелся ему дороже, чем Рашиду.

— Думаешь, решение останется за судьями? Тогда они присудят бой Домингесу, если только твой приятель Чанс их не подмазал.

Но в таких боях никто судей не подмазывает: здесь пари не держат. Я сказал:

— Нет, до судей не дойдет. Рашид выиграет нокаутом.

— Ты бредишь, Мэтт.

— Вот увидишь.

— Хочешь, поспорим? Только не на деньги — с тобой я на деньги не спорю. На что?

— Не знаю.

Я снова взглянул туда, где сидели отец с сыном. Что-то не давало мне покоя, а что — я никак не мог понять.

— Если я угадал, — сказал он, — прогуляем сегодня всю ночь, а утром пойдем на восьмичасовую мессу в церковь Святого Бернарда. На мессу мясников.

— А если угадал я?

— Тогда не пойдем.

Я рассмеялся.

— Ничего себе пари! Мы все равно не пойдем, и что я выиграю?

— Ну ладно, — сказал он. — Если ты выиграешь, я пойду на собрание.

— На какое собрание?

— На это ваше дурацкое собрание анонимных алкоголиков[4].

— С чего это ты вдруг захотел туда пойти?

— А я не захотел, — ответил он. — В этом вся штука, верно ведь? Я это сделаю, потому что проиграю пари.

— А зачем мне нужно, чтобы ты пошел на собрание?

— Не знаю.

— Если тебе когда-нибудь захочется, — сказал я, — буду рад взять тебя с собой. Но я совершенно не хочу, чтобы ты сделал это ради меня.

Отец положил руку сыну на голову и пригладил ему волосы. Было в этом жесте что-то такое, от чего меня как будто током ударило. Мик продолжал говорить, но я его не слушал, и пришлось переспросить.

— Значит, никакого пари не получится, — сказал он.

— Должно быть, так.

Прозвучал гонг. Боксеры поднялись со своих табуреток.

— Думаю, это к лучшему, — сказал он. — По-моему, ты прав. Этот лопух Педро выдохся на своих прямых.

Так оно и вышло. Седьмой раунд проходил с переменным успехом, потому что Домингес еще сохранил силы и провел несколько ударов, вызвавших шумное одобрение зрителей. Но заставить публику повскакать на ноги оказалось легче, чем сбить с ног Рашида — он выглядел таким же сильным, как и раньше, и вдобавок еще уверенным в себе. К концу раунда он нанес сильный короткий удар правой в солнечное сплетение, после которого мы с Миком переглянулись и кивнули друг другу. Никто не аплодировал и не кричал, но бой был сделан — мы это знали, и Элдон Рашид тоже. По-моему, и Домингес это знал.

В перерыве Мик сказал:

— Ты угадал. В том раунде ты заметил что-то такое, чего я не увидел. Эти удары по корпусу — все равно что деньги в банке, верно? С виду ничего особенного, только у противника ни с того ни с сего начинают подкашиваться ноги. А вот, кстати, и ноги.

Девица с плакатом возвестила о том, что сейчас начнется восьмой раунд.

— Мне кажется, я и ее где-то видел, — сказал я.

— Должно быть, встречал на собраниях, — предположил он.

— Да нет, не похоже.

— Нет, ты бы запомнил, верно? Может, во сне? Ты не гулял с ней во сне?

— Это, пожалуй, ближе. — Я взглянул на того человека в галстуке в горошек, потом снова на девицу. — Говорят, это признак приближения старости. Когда все, кого видишь, кого-нибудь тебе напоминают.

— Разве так говорят?

— Говорят и так, — ответил я, и тут прозвучал гонг к началу восьмого раунда. Через две минуты Элдон Рашид нанес Питеру Домингесу сокрушительный хук левой в печень. Руки Домингеса бессильно опустились, и Рашид свалил его ударом справа в челюсть.

На счете «восемь» Домингес поднялся, но держался только силой воли. Рашид делал с ним, что хотел, и три удара в корпус снова уложили Домингеса на пол. На этот раз рефери даже не стал считать. Он встал между боксерами и поднял руку Рашида над головой.

Те же самые зрители, кто требовал от Домингеса нокаута, теперь снова с радостными криками повскакали с мест.

Мы стояли около синего угла ринга рядом с Чансом и Баскомом, когда ведущий успокоил зрителей и объявил нам то, что мы уже знали и без него: что рефери остановил бой через две минуты и тридцать восемь секунд после начала восьмого раунда и что победил техническим нокаутом Элдон Рашид по прозвищу Бульдог. Сейчас будут проведены еще два боя по четыре раунда, добавил он и сообщил, что нам доставит огромное удовольствие захватывающее соревнование, которое проходит здесь, в спортивном зале «Нью-Маспет».

Участников этих четырехраундовых боев ждала незавидная судьба, потому что им предстояло драться почти в пустом зале. Последние бои телекомпания Эф-би-си-эс включила в программу на всякий случай: если бы предварительные встречи закончились раньше, чем нужно, один из этих боев поставили бы перед главным, а если бы Рашид уложил Домингеса во втором раунде или получил нокаут сам, ими заполнили бы оставшееся время телепередачи.

вернуться

4

«Анонимные алкоголики» («А. А.») — добровольное общество, объединяющее тех, кто бросает пить; проводит регулярные собеседования, на которых члены общества рассказывают друг другу о причинах, толкнувших их к пьянству, обсуждают его последствия и способы избавиться от алкоголизма.

3
Перейти на страницу:

Вы читаете книгу


Блок Лоуренс - Пляска на бойне Пляска на бойне
Мир литературы