Выбери любимый жанр

Спасатель - Романченко Вячеслав - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

Еще одна комната с аппаратурой. Кресло посередине, похожее на медицинское, и толстые жгуты разноцветных проводов. Она указала на него. Я уселся с некоторой опаской, подсознательно ожидая шприца, или чего-то в этом духе. Капитан закрепила на моих руках, шее и голове несколько датчиков с «присосками» и защелкала клавишами компьютера.

– Скажите, что такое «ответчик»? – не выдержал я.

– Вы не знаете? Специальное устройство. Определитель «свой-чужой». Чтобы свои по вам не стреляли, проще говоря. Автоматические боевые модули видели?

– «Курицы»?

Чертовски противные штуковины. Охраняют периметр Зоны, в глубине встречаются редко. Сталкеры их обычно десятой дорогой обходят. Опасные железяки. Передвигаются на двух ногах точь-в-точь как куры. Да и по виду очень похожи… Только вот вооружение неслабое, так что «клюнуть» способны – будь здоров… Открывают огонь по всему, что движется в поле зрения их датчиков.

– Да, «курицы». Вы теперь сможете подходить к ним без опаски. Более того, при необходимости они вас еще и огнем прикроют. Так… скажите что-нибудь в микрофон. Вон он, справа о вас.

– Зачем? То есть… я хотел сказать… что говорить-то? Ну… раз-два-три-четыре-пять, проверка.

– Все, достаточно. – она улыбнулась. – Тембр голоса человека индивидуален, как и отпечатки пальцев… Их мы сейчас тоже возьмем, а основные показатели биоритмов сердца и мозга я уже сняла… Идентифицировать человека можно по многим параметрам. Понимаете, каждый ответчик программируется индивидуально. Вы не сможете воспользоваться чужим, равно как и никто другой не сможет воспользоваться вашим. Теперь можете снять датчики, и пройдите туда, вон к тому белому прибору…

Через двадцать минут я вышел из кабинета, держа в руке небольшой ребристый цилиндрик ответчика, и еще пластиковую карточку со своей фотографией и штрих-кодом – удостоверение личности. Капитан сказала, что допуск категории «А» разрешает свободный вход в Зону без предварительного запроса. Всем военным патрулям и охране на блокпостах предписывается оказывать владельцу такого удостоверения полное содействие. Да… Неплохой документик для сталкера. Я еще раз украдкой взглянул на свою фотографию. Пропуск в Зону… Несколько часов назад в жизни бы в это не поверил.

Полковник, Сапер и Монах ждали меня у лестницы.

* * *

Предложение командира батальона спецназа довезти нас на БТР-е до самого комплекса НИИ я отверг сразу. Да, я знал, что туда ведет в общем-то неплохо сохранившаяся дорога, но только вот что на ней сейчас? Я предложил другой маршрут. После обсуждения решено было так: едем от блокпоста на границе Зоны только первые восемь километров, до железнодорожного переезда, сворачивая на перекрестке к северу, а не в сторону НИИ. От переезда остальные шесть – по обстановке, скорее всего пешком. Пойдет два БТР-а: первый наш, второй – резервный. Водители – спецы, которые мотаются по Зоне в укрепленные лагеря ученых. Не новички, да и дорогу хорошо знают. Один броник потом оставят в точке высадки для нас, когда пойдем обратно. Водители уедут на втором.

С момента нашего выхода спецназ сидит в «готовности один», в воздухе постоянно сменяя друг друга, будут дежурить вертолеты. Еще раз оговорили условные сигналы ракетами.

До рассвета оставалось еще три часа, и мы, трое сталкеров, отправились спать, оставив командиров совещаться между собой.

* * *

БТР двигался относительно медленно – не больше пятнадцати километров в час. Я сидел на броне по солдатски, свесив одну ногу внутрь, вторую поставил на скобу, торчащую из борта. Такая, не очень удобная на первый взгляд, поза имела одно неоспоримое преимущество: она позволяла в случае опасности либо мгновенно «уйти» вниз в люк, либо наоборот – спрыгнуть с брони, и дальше надеяться только на себя. СВУ я держал в руках, стволом вверх. Рядом в соседних люках устроились Сапер и Монах. Ехали молча, изредка перебрасываясь скупыми фразами. Все внимательно смотрели вперед и по сторонам. Пропавшая группа тоже шла этой дорогой чуть больше суток назад. Второй БТР держался сзади метрах в двухстах. И я вдруг подумал, что впервые за все время передвигаюсь по Зоне вот так – на броне…

Несколько раз останавливались, казалось, впереди «комариная плешь». Но каждый раз брошенные гайки падали на асфальт как обычно, и мы продолжали путь. Все это было странно. Зона вела себя так, как будто ее не было. Только небо напоминало о том, что она все же есть, и мы идем уже по чужой земле…

Небо Зоны… особенно сильно оно действует на новичков. Впрочем, опытные сталкеры тоже не особенно любят смотреть вверх. Странные серо-свинцовые облака, грозно клубящиеся, почти кипящие, или наоборот – застывшие и гладкие, словно стеклянные. Постоянные грозовые разряды. Иногда – пронзительная синева, и какое-то чужое солнце. Времена года… да их здесь просто нет. Ни зимы, ни весны, ни лета… Есть только одно время – время Зоны.

* * *

Впереди показался переезд, и я поднес к глазам бинокль. Будка смотрителя выглядела такой же заброшенной, как и полгода назад, когда я был здесь последний раз. Шлагбаумы давным-давно сгнили, на одном из крестообразных знаков у дороги висела пышная грива «ржавых волос». А вот рельсы блестели на солнце, словно уложенные вчера. Картина «Добро пожаловать в Зону»…

БТР остановился в ста метрах от переезда. Я обернулся к Монаху и Саперу.

– Ну что, парни, переходим в пехоту?

– Наверно придется. – Монах поднялся и встал на броне во весь рост, оглядывая окрестности в бинокль.

Сапер спрыгнул с борта, обошел вокруг с автоматом наизготовку, потом зачем-то полез внутрь машины. Тем временем подъехал второй БТР и остановился рядом с нашим. И вдруг… я почувствовал Нечто. Как будто кто-то смотрел мне в спину… Охваченный необъяснимым чувством тревоги, я повернул голову. Дьявол! Прямо на нас от ближайшей рощицы неслась маленькая снежная буря. Только это был не снег.

– Жгучий пух! – заорал я – Все в машину! Закрывай люки! Противогазы надеть! – и нырнул внутрь, больно ушибив локоть.

Ребром ладони рубанул по стопору, захлопнувшийся люк лязгнул над головой. Рядом на дно БТР-а «солдатиком» рухнул Монах, прижимая к себе винтовку и бинокль. Одна за другой щелкнули закрывающиеся крышки люков его и водителя. В машине как-то сразу стало темно. В ушах немного звенело. Тут к новым звукам добавился еще один. Загудел вентилятор.

– Мужики, противогазы можете не надевать. – раздался спокойный голос с переднего сиденья. – Я тут фильтровентиляционную установку включил, она избыточное давление создает. Так что эта гадость сюда не проникнет. Проверено…

Через десять минут все кончилось. Понаблюдав в триплекс, я решился высунуть голову наружу. Ветер разносил маленькие кусочки «пуха» по земле. Можно было спокойно вылезать. Эта гадость не атакует дважды. И «пух» – не самое страшное в Зоне…

Водители оставили наш БТР у переезда, и укатили на втором, как было условленно. А мы, одев поверх скафандров жилеты-"разгрузки" и небольшие рюкзаки, пошли в сторону заброшенного НИИ. До него оставалось чуть больше шести километров.

* * *

Монах и Сапер оказались прекрасными спутниками. Шли тихо, стараясь ступать след в след, внимательно смотрели под ноги, и при этом успевали не упускать из виду все остальное. Сказывалась подготовка военных разведчиков. Две «комариные плеши» Монах заметил раньше меня. За полтора часа мы прошли три километра – отличный темп для Зоны. Заброшенный НИИ уже был виден. Только однажды на нас налетел «жгучий пух», но скафандры и противогазы сделали свое дело. Через несколько минут неподвижного лежания в позе «мордой в землю» ветер ослаб и «пух» рассеялся, осев на траве и окружающих деревьях.

Несколько «мясорубок» и «каруселей» оказались, к счастью, далеко в стороне. Разумеется, мы не стали к ним приближаться. Пятна выжженной земли тоже встречалась редко.

Я посмотрел в бинокль.

3
Перейти на страницу:
Мир литературы