Выбери любимый жанр

Дело — Табак - Торин Александр - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Александр Торин

Дело — Табак

(Разрозненные дневниковые записи)

Copyright © 2002 Alexander Taratorin. All rights reserved.

Любое изменение этого текста, а также воспроизведение его в коммерческих целях может осуществляться только с согласия автора.

E-mail: [email protected]

Запись 1.

Все, приехали. Сегодня объявили окончательные итоги президентских выборов. Победил этот розовощекий проповедник с благостно-правдивой физиономией, да и уши у него оттопыренные. Я бы у такого в магазине пылесос не купил, обжулит в секунду.

Приходится констатировать, что общество глубоко и безнадежно больно. Как иначе они могли проголосовать за человека с более чем сомнительной внешностью? (Где вы, старые добрые времена, когда в президенты выбирали Голливудских звезд…) А куда годится его предвыборная программа? С экономикой она рядом не стояла.

Ну, положим, с благосостоянием уже лет десять все в ажуре: к высоким заработкам и к отсутствию безработицы народ привык еще со времен компьютерного бума. И никто даже мысли в голове не держит, что в один прекрасный день все может рвануть к ядреней матери. Живут в домах с фонтанами и бассейнами, по три автомобиля на семью, в выходные таскают здоровенные пакеты из торговых центров, жрут в дорогих ресторанах, только что не похрюкивают от удовольствия.

Избранник народный выехал на моральных принципах отцов-пилигримов. Вернемся к святым истокам и всецело оздоровим Америку. Играет на больных струнах: преступность, наркотики, контроль над продажами оружия, образование. Апеллирует к обывателю, как-то раз три часа распространялся про идеалы нашего, самого лучшего в мире, американского образа жизни. Блин.

Вот они его и поддержали. Провинциальные домохозяйки, никогда не выезжавшие за пределы своего городка. Отцы семейств в белых рубашках с галстуками, перекладывающие бумажки с одного стола на другой.

Судьба у меня такая, где бы ни находился, недолюбливать народ и власти. Как я психовал в России, когда какая-нибудь мразь получала вдруг всенародную поддержку. «Народ имеет то правительство, которое заслуживает» — вот единственное, но слабое утешение.

Запись 2.

Сегодня новоизбранный (ах, как мне это слово напоминает медицинско-онкологическое «новообразование»). Короче, мистер президент выступил с обращением к народу. Обычное «бла-бла-бла», от самовосхвалений уши вянут. Мы — самые великие, самые гуманные, самые трудолюбивые и миролюбивые, самые лучшие, гаранты свободы, демократии и прав человека во всем мире. Ежели кто цивилизацию не уважает — заставим, а если откажутся — разбомбим на хрен. Нет, сколько бы ни ругали предыдущего хозяина Белого дома, его «бла-бла-бла» все-таки не выходило за рамки приличий.

Дальше пошла привычная демагогия с вышибанием сентиментальной слезы. Контроль над продажей оружия — залог безопасности наших детей в школах и на улицах. Рядом девочка маленькая, на костылях, подстрелили в прошлом году на переменке. Держись, девочка, жертва твоя была не напрасна. Погладил ее по головке. Ну, правильно, камера смотрит в зал. Фермерская жена с широким, добрым лицом рыдает. Даже у меня глаза режет, девочку-то действительно жалко.

Ну, наконец-то, слезу вышибли, теперь моральные принципы пошли. Ограничение насилия и секса по телевизору. Секс у них, надо признать, бездарный и противный какой-то, от него разве что только импотентом станешь. А с запретом насилия — пущай запрещают. В позапрошлом году установил дома спутниковую тарелку. Триста пятьдесят каналов, куда ни щелкнешь — маньяки, сериальные киллеры, на худой конец бравые полицейские, расстреливающие мафиози. Кровь, вырванные кишки. У детей крыша едет, да что там у детей — я телевизор почти не включаю, только новости иногда смотрю.

Шарики, шарики с потолка посыпались, красненькие и синенькие. Правильно, следующий пункт программы — борьба с наркотиками. Штрафы за производство табака и алкоголя. Вместе мы очистим нашу самую замечательную страну от скверны. И наступит всеобщая братская любовь в оздоровленном обществе. Неужели сейчас петь будут? Мамочка родная, а ведь взаправду поют, встали, шарики и мишуру стряхнули, и поют. Хорошо хоть, что не «Интернационал». Типичное шоу, помесь «Голубого Огонька» и партсобрания времен застоя (далее по тексту — многочисленные ругательства).

Оздоровленное общество представляется мне весьма скучным. Стандартная, бесцветная и безвкусная Американская мечта, примерно как Мак-Дональдс на обочине автострады. Домик в аккуратном пригороде, две машины, газонокосилка. И вот, мистер и миссис Смит будут принимать у себя в доме мистера и миссис Джонс, чинно пить чай со льдом, жарить гамбургеры на газовой жаровне, незаметно заболевая раком от продуктов сгорания, и обсуждать последнюю игру каких-нибудь Лэйкерсов или Шарков. Их дети, правильные и послушные мальчики и девочки будут играть в бейсбол на газоне.

Как было бы написано в учебнике времен моего детства: «Налицо победа среднего класса, реакционная по самой своей сути, революция обывателя, вытеснившего с политической арены люмпенов и денежных мешков». Ну, и так далее.

Блин, не зря я когда-то на школьной олимпиаде первое место по обществоведению взял.

Запись 3.

Сегодня в супермаркете наблюдал интересную сцену. Здоровущая баба с ногами-бревнами, болезненной полнотой. Таких довольно много: нарушенный обмен веществ, вызванный дешевой пищей, нашпигованной антибиотиками и пестицидами. Баба уставила руки в боки, и накинулась на щупленького такого мужичонку, покупавшего виски. Орала что-то вроде «Надо запретить» и «Алкоголь разрушает национальную экономику». Муж у нее бывший злоупотреблял, это точно, но сам факт выступления на публику весьма поучителен. Вспомнил борьбу с пьянством имени Горбачева. История повторяется, и нет ничего нового под луной.

Запись 4.

Нет, аборигены окончательно сдурели. В нашей корпорации сегодня разослали меморандум, типа, каждый работник должен пройти обязательный однодневный курс по социальному самоусовершенствованию и правилам здорового образа жизни. Вот уж не ожидал, что частнокапиталистический сектор настолько быстро выродится и начнет выслуживаться перед властями.

Забавно, что все сотрудники на курсы пошли безо всяких возражений, стояли в длиннющей очереди, чтобы зарегистрироваться. Как стадо баранов. Вот тебе и свободные люди в свободной стране. Иногда страшно становится.

Я в таких случаях всегда валяю дурака, делаю вид, что не знал, не получил. Так хорошо работалось: телефон не звонит, в коридоре тихо. Нет счастья в жизни, прибежала секретарша с выпученными глазами. Это — Синтия, увядающая худощавая баба с огромными отбеленными зубами и слащавым голосом. Вначале — вежливо: «Ах, вы не на собрании?» — «Каком собрании?» — делаю невинные глазки. — «Как, вы ничего не получали?». Препирался с ней десять минут, говорил, что срочная работа, слащавый голос незаметно стал враждебным. «Мало того, что вы курите, нанося вред себе и окружающим, так вы еще проявляете открытое неуважение к порядкам».

Хотел было послать ее, но сдержался, хотя внутри все кипело. Пошел, зарегистрировался. Вещает такой розовенький, жуликоватый и довольный собой, поросеночек в выглаженном костюме. Неужели они их клонируют? Почему-то обозвал его про себя Партайгеноссе. Под шумок смылся. Как и в любой бюрократической системе, главное — поставить птичку.

Ехал в машине домой, думал о происходящем. Какой-то зловещий симптом: говно поднимает голову. Власть большинства, кто не с нами, тот против нас. Нет, это, конечно, не фашизм, это демократия в своих высших проявлениях.

1
Перейти на страницу:
Мир литературы