Выбери любимый жанр

Чужая жена - Скоулс Кэтрин - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Кэтрин Скоулс

Чужая жена

ПРЕДИСЛОВИЕ

Каждая новая книга — это путешествие в неизведанный мир, волшебство знакомства с дальними странами, невероятные приключения или суровые испытания. Читая хороший роман, мы вживаемся в его мир, поневоле примеряем на себя костюмы и характеры героев, то есть получаем возможность побыть другим человеком. Пожалуй, от таланта автора во многом зависит, затронуты ли наши чувства, соглашаемся мы или нет с поступками героев произведения. Если у читателя возникло желание дать им совет, если он представил себя на месте персонажа, — значит, автор достиг своей цели, завоевал читательское внимание.

«Чужая жена» — именно такой роман. Его действие происходит в Восточной Африке, в Танзании. Главная героиня, австралийка с необычным именем Мара, замужем за охотником Джоном. После свадьбы они мечтали о том, как будут показывать людям красоту природы Африки, организовывая сафари без охоты на животных. Но спрос диктует свои правила. Охотник вынужден убивать. Счастливая поначалу семейная жизнь дает трещину, Джон и Мара отдаляются друг от друга. В их охотничий приют приезжает все меньше туристов, и похоже, что рушится не только брак, но и бизнес.

Неожиданно они получают заманчивое предложение — киногруппа из Голливуда ищет место для съемок. Приют Мары и Джона великолепно подойдет для их фильма. Это большая удача, но Джон уехал, и Маре придется самой принимать решения и вести дела. Сумеет она или нет? До этого ей приходилось играть роль жены охотника или, как говорят местные жители, быть женой бваны. Но теперь она должна стать бваной — хозяином, человеком, который отвечает за других. Справится ли она с такой задачей?

Успех съемок во многом зависит от нее, и Мара целиком погружается в новую работу. Незаметно для себя она начинает испытывать сильное и опасное влечение к актеру, исполняющему главную мужскую роль. И похоже, ее чувства взаимны…

Казалось бы, автор предлагает нашему вниманию весьма распространенный сюжет. Что может быть нового в истории мужчины и женщины, которых тянет друг к другу? Но Кэтрин Скоулс — автор трех мировых бестселлеров — мастерски показывает, что каждая судьба, каждая любовь неповторимы. Любая женщина, любой мужчина достойны счастья. Писательница рисует великолепные, можно даже сказать, кинематографичные сцены: здесь и пейзажи Африки, и крупные планы героев, и бытовые зарисовки. Конечно же, персонажи книги также впечатляют своими яркими, необычными характерами. В особенности Мара — очень своеобразная, запоминающаяся. В начале романа у читателя может возникнуть желание по-дружески обнять и приободрить ее, дать совет. Но с каждой страницей все больше понимаешь — это Мара может советовать. Ведь в ней есть характер и сила, просто до поры до времени они спали. И ближе к финалу отношение к героине меняется. Причиной тому — ее смелые и по-своему мудрые решения.

А что вы найдете для себя в истории Мары?

Пусть чтение принесет вам удовольствие!

Моей сестре Клэр посвящается

1

1968 год, Центральная Танзания

Мара медленно поднималась по склону холма, сгибаясь под тяжестью холщовой охотничьей сумки, которая, свисая с плеча, тянула ее вперед. Заброшенная за спину винтовка на каждом шагу обжигала кожу прикосновением раскаленного ствола. В белом мареве полуденного солнца воздух застыл, как слюда.

Миновав нагромождение валунов, Мара осторожно приблизилась к одинокой раскидистой акации. Мгновение она помедлила, всматриваясь в сплетение ветвей, — не мелькнет ли среди них свесившаяся мохнатая лапа или темная приземистая тень. Женщина понимала, что дикий зверь сторонится человека — то был один из первых уроков жизни в Африке, усвоенных ею от Джона. Однако Мару не покидала мысль, что две цесарки в ее ягдташе ставили ее в один ряд с хищниками, а тот, кто охотится на других, должен быть готов к тому, что кто-то ведет охоту и на него.

Не заметив опасности, Мара устроилась под пологом листвы, давая отдохнуть глазам от ослепительного солнца. Она перевела дух и окинула взглядом долину, расстилавшуюся теперь далеко внизу. Отсюда казалось, что деревья, кустарники и красные термитники составляют единую картину, разбросанную мазками по бесконечным просторам жухлой желтой травы. Хотелось остаться здесь подольше, чтобы внимательно рассмотреть эту картину, но Мара и так забрела гораздо дальше, чем можно было заходить в одиночку. Бегло взглянув на часы, она увидела: если не поторопится, то не успеет к ленчу. Последствия нетрудно было представить: Кефа, хаус-бой, станет расхаживать взад-вперед по кухне в раздумьях, не вызвать ли надежного следопыта или поисковую партию. Менелик, повар, даже не станет утруждать себя догадками — он и вовсе не скажет ни слова, лишь неодобрительно покачает головой, давая понять всем и каждому, что лично для него нет ничего неожиданного в том, что от жены бваны одни лишь хлопоты.

Вначале Мара уловила запах сырой зелени среди привычной горячей пыли. Но задуматься, откуда он, не успела — она была уже на гребне холма. И здесь женщина замерла — поперек тропы лежало вывороченное из земли большое дерево, его корни вздымались высоко в небо. Ниже тропу преградил еще один ствол, переломленный надвое. Далее, куда ни глянь, вниз по склону громоздились поваленные деревья, торчащие сучья и сломанные ветви. Неподалеку от того места, где она стояла, расплывалось темное пятно навоза.

Сузив глаза и напрягая зрение, Мара быстро оглядела горизонт, пытаясь рассмотреть большие серые тени, скользящие по равнине. Как ни странно, обнаружить их было нелегко — благодаря приглушенному окрасу слоны как нельзя лучше «растворялись» в дымке жаркого дня — уж это она знала не понаслышке. В конце концов, Мара убедилась — слонов поблизости не было.

Она еще раз окинула взглядом изувеченную рощу, пытаясь убедить себя в том, что ничего необычного не произошло: слонам свойственно крушить деревья ради нескольких пригоршней скудной листвы — буйная сила в них сочеталась с расточительностью; но, однажды появившись, ее уже не покидало чувство: за поваленной рощей кроется нечто более серьезное, чем простая кормежка. Все это сделано нарочно. Здесь не просто применили силу — ее продемонстрировали. Казалось, сам воздух насыщен яростной силой, внушающей животный ужас. Он обволакивал и мешал двигаться.

Мара заставила себя идти дальше. Через несколько шагов она побежала, петляя между кустарниками и валунами. Одолев следующий подъем, женщина опять увидела перед собой саванну. Мара вновь перешла на шаг, стараясь идти быстро. Вскоре она огибала знакомое озерцо, где лениво плескались бегемоты. Об их присутствии загодя предупреждала потрескавшаяся на солнце грязь на берегу. Мара вышла на тропу, ведущую на невысокое плато за озерцом. Впереди уже виднелся темно-зеленый полог манговой рощи, сквозь него просвечивали красные крыши.

Все так же быстро Мара пересекла парковку, единственным движущимся средством на которой был старый «лендровер» с открытым кузовом, давно утративший первоначальный цвет, зато украшенный многочисленными вмятинами. Свободные места на парковке были тщательно помечены белыми камешками. Обогнув указатель с надписью: «Добро пожаловать в Рейнор-Лодж», Мара направилась к въездным воротам, срезав угол. Ворота представляли собой два побелевших от непогоды огромных слоновьих бивня, посаженных на бетонную основу; они соединялись острыми краями высоко над головой.

Тропа вела к самому дому. В силу привычки Мара оглядела двор и постройки, мысленно представив себя гостьей, которая только что приехала. Она отметила, что ромбовидные зарешеченные окна, вмонтированные в каменный фасад дома, сияли чистотой, а дорожки недавно почистили граблями. Мара мимоходом взглянула на видневшиеся неподалеку домики для гостей — традиционные африканские рондавели[1] с круглыми, сложенными из глинобитного кирпича стенами и тростниковыми крышами — своей экзотичностью они контрастировали с домом, построенным в английском стиле. У дверных проемов висели наполненные керосином лампы. А неподалеку, словно вот-вот должны были подать чай, стояла мебель из плетеной лозы. Все было как и положено. Тем не менее место выглядело покинутым. Шторы были опущены, и нигде не было видно забытых книг, обуви или чайных чашек. В саду вызывающими яркими островками пестрели цветы — календула, герань и бугенвиллея всевозможных оттенков. Обычно зеленая круглый год лужайка, на которую всегда стекала вода из душевых, теперь была такой же высохшей и коричневой, как и райграс[2] на равнинах.

вернуться

1

Рондавель (фр. rondavelle) — круглый дом народов банту в странах на юге Африки. (Здесь и далее примеч. пер., если не указано иное)

вернуться

2

Райграс — род травянистых растений семейства злаков.

1
Перейти на страницу:

Вы читаете книгу


Скоулс Кэтрин - Чужая жена Чужая жена
Мир литературы