Выбери любимый жанр

Ангел молитвы - Архимандрит (Крестьянкин) Иоанн - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

Архимандрит Иоанн был почитаем всей православной Россией как старец-духовник. Время его подвижнической жизни, когда он ежедневно принимал и утешал десятки человек, продолжалось более тридцати лет, почти до 90-летнего возраста.

Бывают наставники сдержанные, бывают суровые. А батюшка, как вспоминают видевшие его хотя бы раз, был весь любовь и радость…

С детства слабенького здоровья, часто болевший, всегда недоедавший, он никогда себя не жалел и даже просто не заботился о себе. И прожил 95 лет, причём до 90-летнего возраста был в силах и ещё служил. Сила Божия в немощи совершается (см. 2 Кор. 12, 9) и этим всё сказано. Сам отец Иоанн незадолго до кончины говорил так: «Божественная любовь, поселившаяся в маленьком, слабом человеческом сердце, сделает его великим, и сильным, и безбоязненным пред всем злом обезумевшего отступлением от Бога мира. И сила Божия в нас всё препобедит».

В последние годы из-за болезней отец Иоанн почти не вёл приёма, однако получал множество писем со всего света и на многие из них отвечал — или сам, или с помощью келейников.

Скончался старец 5 февраля 2006 года, похоронен в пещерах Успенского Псково-Печерского монастыря.

Его называют «старцем всея Руси», вспоминая ту удивительную доброту и любовь, которые исходили от него. Слава Богу, сейчас можно не только познакомиться с проповедями и наставлениями отца Иоанна по книгам, но и увидеть его самого в киноматериалах о Псково-Печерской обители.

Вот его высокий звонкий голос радостно возглашает: «Други мои!» Так и звучит он в сердцах тех, кто знал батюшку и был им любим.

Краеугольный камень жизни — Бог

Камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла

(Мф. 21, 42).

Краеугольный камень жизни — Бог. Убери Его из фундамента, и рухнет всё здание жизни. Это — от Господа. Это — закон жизни. И история народов ветхозаветных, и история народов нового времени, и история нашей Родины свидетельствуют об этом.

Дивный рай насадил Господь — Великий Виноградарь — единым мановением Своим и ввёл в него человека хранить и возделывать рай сладости. И Бог был в нём — всё и во всём. Но пал человек, и вечная радость и сладость райской жизни в присутствии Божием сменилась трудами и потами земными, где редкие радости смешаны с горем и грех сторожит добро.

Грехом смерть вошла в мир. И отдал Господь, Великий Виноградарь, виноградник жизни — землю — человеку. И оградил он жизнь от смерти надёжной оградой — Законом Божиим и заповедями, чтобы ничто чуждое не похищало человека у Бога. И водрузил Господь в винограднике жизни сторожевую башню — совесть — неподкупного и неусыпаемого хранителя чистоты и правды души.

Завещал Господь человеку обладать, возделывать, растить плоды и радоваться жизни. Но и опять, как когда-то в раю, дал Господь заповедь людям — помнить, что жизнь души, счастье души только в Боге. Господь отдал человеку виноградник жизни, чтобы плоды его, выращенные им, творили спасение души человека. Научил Господь человека, как возделывать землю виноградника, чтобы плодов было в достатке и избытке для жизни, научил, как возделывать и почву души своей, чтобы живой виноградник человеческий жил в мире, любви и довольстве.

Устроил всё Господь и отдал в руки человека, и почил от всех трудов Своих, отошёл как Творец, предав сотворенное в другие творческие руки, в руки человека. И теперь сам человек взращивает виноградник жизни на земле, сам творит спасение души своей.

Но Господь не оставил мир. Он, дав ему законы жизни, блюдёт и наблюдает, как живёт мир. Господь готов во всякую минуту оказать спасительную помощь человеку-делателю. И Он же приходит получить плоды трудов делателя, когда созрела жизнь.

Но что делает человек? Как когда-то в раю он пожелал быть богом, поспешно последовав нашёптыванию врага, так и до нынешнего времени он стремится строить свою «вавилонскую башню», замышляет насадить свой виноградник, не желая возделывать виноградник Божий.

И примеры живших до него поколений, разбившихся своим богоборчеством о краеугольный камень жизни — о Бога, стираются в сознании и памяти, и всё начинается сначала. Стихия зла, отравляя жизнь, развращая почву души человека, ослабляет связь человека с небом, ставит своей задачей изгнать из человека и саму память о Боге как о единственном Источнике жизни, о Господине души. И зло в человеческой душе, взращенное злом мира — сатаной, ширится, растёт, и человек, как продавшийся раб греха, ежедневно понукаемый злом, перестаёт ощущать и испытывать ежедневные промыслительные удары от Бога. Он воображает, что только он один и есть настоящий хозяин своей жизни.

«Душа — моя… жизнь — моя… способности, и силы жизни, и все дарования — мои… Я думаю… я убеждён… я хочу… я делаю… всё Я, Я, Я. Всё от меня и моё». И закружилась человеческая жизнь, и Богу нет в ней места. Но не может измениться в мире природа существующего. Изгоняя из виноградника жизни Жизнь, человек пожинает смерть, запустение и тлен. И слышим мы слова нынешнего Евангелия: Когда придет хозяин виноградника, что сделает он с этими виноградарями? Злодеев сих предаст злой смерти, а виноградник отдаст другим виноградарям, которые будут отдавать ему плоды во времена свои. (Мф. 21, 40–41).

И эти евангельские слова сбылись уже не однажды в истории разных народов. И во всей силе они явились в истории иудейского народа, отвергшего Иисуса. Христа как Мессию и Сына Божия. Получив в наследие от Бога обетованную землю, они закружились в веселии жизни, многие промыслительные удары Божией руки вменяли в случайные неудачи, продолжая утверждаться в самости и себялюбивом эгоизме. Посланцы Божий — боговдохновенные пророки, приходящие в рубищах, а не в злате, были изгоняемы как отребье мира. Сын Божий, пришедший открыть гибнущему народу объятия Отца Небесного, напомнить о смысле жизни, погибает от их рук. И, схватив его [Сына Божия], вывели вон из виноградника и убили (Мф. 21, 39).

И в тот же миг кончилась жизнь, ибо Бог изгнан. Милость Божия отступила, давая место собственному человеческому злу.

И сразу по вознесении Христа на небо стали проявляться в Израиле необыкновенные явления природы и страшные народные бедствия, и смертоносная, всё живое пожирающая война положила конец иудейскому царству.

И вспомним на этом страшном пепелище смерти слова Бога Сына, пришедшего спасти погибающее: «Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих… и вы не захотели! Се, оставляется вам дом ваш пуст» (Мф. 23, 37–38). Ушёл Бог, и смерть воцарилась там, где цвела жизнь. Пришёл Господин виноградника — Бог — и предал смерти виноградарей и отдал виноградник другим. И назвал Господь новых делателей христианами — новым Израилем, и призвал, чтобы они работали в Божием винограднике, принося плоды Господу во время своё.

И вот уже двадцать столетий возделывается новый сад жизни, где всё от Бога, всё Им, и всё к Нему. А камень жизни — Христос Бог, Которого убили прежние делатели, стал во главу угла, и это краеугольный камень в основании данного нам нового виноградника — основатель нашей Православной Церкви, которую никакие силы ада одолеть не смогут.

И Закон Божий — Святое Евангелие — новая ограда. И новое здание виноградника — благодатные Таинства Христовой Церкви — возрождают, освящают и укрепляют силы делателей. И столп и утверждение истины в центре виноградника — Святая Православная Церковь, храм Божий, где ежедневно приносится бескровная жертва за грехи людей, и Святые Христовы Тайны ходатайствуют Вечную Жизнь делателям виноградника Христова. И по-прежнему совесть человеческая — сторожевая башня всяческой чистоты.

Оглянемся же на себя, заглянем в виноградник своей души, ведь каждому из нас вручён Господом свой сад, свой виноградник, плоды которого получают тоже должное воздаяние. Есть ли в нашем винограднике Бог, есть ли в нём труд во славу Божию? Будет ли нам что принести Господу, сказав Ему: «Вот Твоя от Твоих, Господи!» Не трудится ли и наша душа уже в одной упряжке со злыми делателями? И вдруг ничего Божьего не найдётся в нас? Вдруг окажется, что при внешнем подобии православной жизни внутреннее в нас в лучшем случае — наша самость, а то и просто откровенно вражье.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы