Выбери любимый жанр

Аполлон на миллион - Донцова Дарья - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

– Мне много времени не понадобится, – пообещал Игорь, расстегивая на саквояже молнию. – Вот, ядро Рылькина.

– Кого? – спросила я, увидев черный шар на ржавой железной цепи.

– Рылькина, – повторил Гарик.

– Это кто такой? – изумилась я. – И зачем ему понадобилось ядро?

Игорь выпучил глаза.

– Ты в школе училась? Про покушение на царя слышала? Рылькин хотел его убить, но не вышло.

– Вероятно, ты имеешь в виду декабриста, поэта Кондратия Федоровича Рылеева, – вздохнула я. – Он был одним из руководителей восстания на Сенатской площади в тысяча восемьсот двадцать пятом году. Группа дворян, в основном офицеров гвардии, пыталась не допустить восшествия на трон императора…

– Нет, я про Рылькина говорю, – перебил Гарик. – Его звали… сейчас сопроводительный документ покажу… где же он… Ага, во! Ксенофонт Рылькин родился в одна тысяча триста девятом году. Через двадцать один год он покусился на… на… Вот же пишут неразборчиво! На Ивана Калиткина, вроде такая у царя была фамилия, тут еще цифра стоит, то ли один, то ли четыре, почерк неразборчивый.

– Иван Первый по прозвищу Калита? – осенило меня.

– Точно! – обрадовался Гарик. – Рылькин хотел его задушить, напал на царя, когда тот купался, начал топить, но верный слуга Ивана Юрий Коротконогий спас правителя.

– Наверное, Юрий Долгорукий, – усмехнулась я. – Но он никогда не был лакеем, он князь, сын Владимира Мономаха, считается основателем Москвы. И Долгорукий никак не мог желать смерти Калите, потому что умер в тысяча сто пятьдесят седьмом году в Киеве, задолго до рождения Ивана Первого.

– Женщины обожают спорить по любому поводу, – поморщился Гарик. – Я тебе про Коротконогого говорил, а ты мне про Долгорукого талдычишь. Где логика? Это разные люди. Короче, Рылькина сослали на каторгу, он там это ядро на ноге таскал, пока не скончался. После смерти заключенного ядро отдали Коротконогому на память…

– Стоп! – скомандовала я – Отвечай на мои вопросы.

– Невоспитанно перебивать человека, – обиделся Гарик.

– Если хочешь заполучить меня в инвесторы, придется потерпеть, – отрубила я. – Где ты взял ядро?

– Купил на «блошке», – пояснил предприниматель. – Повезло удивительно!

Но я решила выяснить подробности.

– Подошел к прилавку, увидел товар и схватил?

Игорь понизил голос.

– Конечно, нет. Раритет никто открыто не выложит, надо знать, к кому обратиться. Мне помогли. Подсказали.

– Вот с этого места повествуй в деталях, – потребовала я.

И услышала дивную историю.

Глава 2

В последние месяцы Гарик полюбил гулять по толкучкам. Особых денег, чтобы покупать выставленную там ерунду, у него нет, поэтому он просто рассматривал статуэтки, табакерки, бижутерию. Чаще всего любимый сыночек Зои Игнатьевны посещал барахолку в подмосковном Браткине, где торгуют в основном женщины рукоделием или семейными реликвиями. Гарик тормозил у прилавков, рылся в коробках, вступал в разговоры с владелицами барахла. Беседа перетекала от одной темы к другой, и когда рынок закрывался, у Игорька возникало ощущение, что день прожит не зря. Вон он какой молодец – не валялся на диване, не пялился, как некоторые лентяи, в телевизор, а занимался делом, обсуждал возможность создания нового бизнеса, например, открытия магазина с шерстяными носками-варежками или кафе, где будут продаваться домашние чебуреки. Много идей можно подцепить на «блошке», надо лишь выбрать ту, которая зажжет в душе огонь, и вложить в нее деньги.

Люд на базаре встречал будущего олигарха приветливо. Оно и понятно – Гарик хорошо одет-обут, пахнет дорогим одеколоном, ездит на новенькой иномарке. Кроме того, Игорь нежаден, легко мог угостить какую-нибудь тетушку обедом в местном кафе. Только не подумайте, что он пытался соблазнить кого-то из симпатичных молодых торговок. Нет, нет! Во время трапезы Игорь обсуждал с ними бизнес-план, рассказывал, какое количество денег может влить в дело. Вот только он никак не мог определиться, с кем лучше организовать совместное предприятие.

Позавчера Гарик копался на лотке у старушки Евгении Федоровны, рассматривал надтреснутые статуэтки советских времен, книги, значки. Ничего особо интересного или ценного у старушки не было, и Игорь уже хотел переместиться к другой точке, но тут к пенсионерке подошла женщина неопределенного возраста и спросила:

– Сказала ему?

– Нет, Марточка, – испуганно ответила старуха. – Лучше не надо.

Незнакомка подбоченилась.

– Хочешь, чтобы я умерла?

– Что ты, доченька! – перекрестилась Евгения Федоровна. – Дай бог здоровья тебе богатырского.

– Мама, не юродствуй, – сердито перебила ее Марта, – немедленно выкладывай правду.

– О чем? – полюбопытствовал Игорь.

Старушка бочком-бочком стала отодвигаться в сторону, а отойдя от столика, поспешила к выходу.

– Эй, ты куда? – завопила Марта. – Товар на кого бросила?

– Присмотри за ним, – не оглядываясь, велела мать. – Дело у меня. Срочное.

А дочурка, всплеснув руками, обратилась к Гарику:

– Видали? Думаете, она и правда занята? Фигушки. Маман хочет посмотреть сериал «Сорокины», и плевать ей на потенциальных покупателей!

– Неправильный подход, – осудил бабку Гарик, – неделовой. Евгении Федоровне повезло, что вы появились. Иначе не видать бы ей, в прямом смысле слова, многосерийной ленты. А что вашей маме следовало мне сообщить? Может, сами поделитесь?

Марта покусала нижнюю губу.

– Вы вроде решили свои деньги в чужой бизнес вложить?

– Думаю над этим, – кивнул Игорь. – У вас есть выгодное предложение?

Собеседница понизила голос:

– Мастерскую по ремонту обуви знаете? У метро расположена, на первом этаже жилого дома.

Гарик напряг память.

– Вроде видел вывеску.

– Ступайте туда, – зашептала Марта. – Как войдете, скажите мастеру: «Коля, я от Коротконогой».

Маневин галантно возразил:

– Зачем вы на себя наговариваете? Ножки у вас прелестные.

Марта хихикнула.

– Это моя фамилия, законная, так в паспорте указано. Короче, отправляйтесь к Николаю. Я прибегу туда минут через десять, только мамину лавочку запру, окна снаружи деревянными щитами закрою.

– Давайте помогу вам, – вежливо предложил Игорь.

– Ни в коем случае! – вздрогнула Марта. – Не надо, чтобы местные узнали про нашу дружбу. Бегите к Коляну, там я вам все объясню.

Заинтригованный Игорь выполнил указание и был проведен парнем через помещение мастерской в небольшую кухоньку. Вскоре туда ворвалась Марта и с места в карьер заявила:

– Предлагаю вам франчугу!

Игорь не понял, о чем речь, но бойкая дамочка живо растолковала:

– Не знаете, что означает мудреное слово? Тогда слушайте. Есть, например, сеть детских магазинов «Крокодильчик». Берешь у них разрешение и открываешь еще одну лавочку с этим названием. «Крокодильчик» поставляет тебе свой товар на реализацию, ты им торгуешь, слегка повысив цену. Разница между оптовой и магазинной ценой капает в твой карман.

Я обрела дар речи.

– А, франшиза… Но при чем тут антиквариат и ядро Рылькина?

Игорь насупился.

– Вижу, кое-кто ужасно торопится, поэтому в трех словах излагаю суть. У Коли сеть антикварных лавок «Пыль веков». Он мне разрешит открыть свою под тем же названием, если я куплю у него франчугу.

– И сколько стоит это удовольствие? – поинтересовалась я.

– Три миллиона, – выпалил Игорь. И, увидев мои вылезающие из орбит глаза, добавил: – Рублей, не евро!

– Погоди, – забормотала я, – ты сказал, что у Николая обувная мастерская.

– Да, – подтвердил Гарик.

– И сеть антикварных салонов? Это странно.

– Почему? – удивился Игорь. – Мужик сначала ботинками занялся, разбогател и взялся за антиквариат. Так все поступают, бизнес должен развиваться. Просто ты крупным делом не ворочаешь, поэтому принципы его управления не знаешь.

– Ага, – протянула я. – Но зачем тебе связываться с Николаем? Начни свое дело, тогда не придется отдавать огромные деньги за чужое название.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы